Чтение онлайн

Беспута яростно сверкнула взглядом, цепко схватив купца за руку. Лишь мгновение она вглядывалась в его глаза, тут же ставшие маслеными.

— Если хочешь меня в жены, собирай обоз в дорогу!

Купец покорно кивнул, глупо улыбнувшись и крепко обнимая ее:

— Все сделаю, как ты хочешь, Любаша. Прямо сейчас уедем!

…Спустив парус, ладья Ратибора медленно опускалась на городскую площадь. Собравшиеся со всего города зеваки, задрав вверх головы, восторженно приветствовали чудо-корабль. Мало кто из людей встречался в своей жизни с чародейством Уров. О них все больше легенды да сказки слагали, как правило, привирая для красного словца.

Князь Велислав вышел из дома, окруженный многочисленной дружиной. Опасливо покосившись на приземлившийся корабль, он буркнул одному из дружинников:

— Бегом воеводу ко мне приведи. Одна нога здесь — другая там!

Воин бросился к дому воеводы исполнять приказание. Велислав неторопливо присел на свой трон, приготовившись встретить асгардского чародея на правах хозяина. С корабля спустили трап, и воины Сварожьей Дружины стали спускаться наземь, быстро выстраиваясь живым коридором до самого княжьего дома. Малюта бежал одним из первых, зорко озираясь по сторонам в поисках скрытой угрозы. Поймав на себе колючий взгляд князя, он непроизвольно коснулся рукояти меча. Быть беде — мелькнула в голове мимолетная мысль. Не дружеским взглядом встречал князь Великого Ура. Дружина его во всеоружии, пять сотен ратников оцепили городскую площадь. Не было на их лицах ни улыбок, ни удивления по поводу прибытия Ура. Лишь испуг и нежелание поступать против совести. Недоброе дело князь задумал. Малюта грозно нахмурился, занимая положенное ему место у самого княжьего дома.

Ратибор ступил на трап, внимательным взглядом окинув собравшийся на площади люд. Подняв руку, он улыбнулся горожанам, приветливо посылая им волну счастья и душевной благодати. Народ радостно загомонил в ответ, размахивая шапками и приветствуя одного из великих учителей человечества. Даже лица княжих дружинников перестали хмуриться, расплываясь в улыбках. Велислав недовольно поджал губы, не отводя пристального взгляда от направившегося к нему Ура. Вдруг у дома воеводы раздался хохот горожан, заставивший любопытных зевак обернуться. Распахнув окно, толстый воевода пытался вылезти из дома ногами вперед. Грохнувшись наземь, он громко выругался под веселое улюлюканье толпы. Вскочил на ноги, поправляя сбившийся на глаза шлем, и яростно пригрозил кулаком хохочущим горожанам:

— Я вам похохочу! — Бросившись к княжьему дому, воевода испуганно оглянулся через плечо, словно за ним гнались все черти Пекла. — Чур меня от нечистого!

Князь Велислав скрипнул зубами, наливаясь яростью от возмущения, и прорычал на подбежавшего воеводу:

— Скоморох, а не воевода! Позорить меня удумал?!

Воевода виновато пожал плечами, склоняясь к княжьему уху:

— Прости, Велислав. Чертовщина в моем доме поселилась. Черпаком воды не набрать, со стола все на пол падает, стены ходуном ходят. Даже в дверь не выйти! Открываешь дверь — а там стена из бревен. Вот оно как, Велислав. А еще меч ведьмачий куда-то запропастился…

Воевода умолк на полуслове, понимая, что сболтнул лишнего. Князь прищурился, смерив его подозрительным взглядом.

— Что-то ты про меч мне ничего не сказывал. Хорош, наверное? Себе умыкнуть решил?! — Велислав схватил воеводу за бороду, бросив быстрый взгляд на приближающегося Ратибора, и прошипел: — Чтобы сегодня же меч у меня ночевал, если хочешь и дальше в воеводах ходить. А теперь — цыц! Я с Уром говорить стану.

Ратибор подошел к княжьему трону, приветственно прикладывая ладонь к груди.

— Здрав будь, князь Велислав. Хлеб да соль народу твоему.

Князь подслеповато прищурился, вновь принявшись изображать немощь.

— Здрав будь, великий чародей. Ты уж прости, что не встаю, стар я уже — ноги не слушаются.

Ур усмехнулся в седую бороду, насмешливо сверкнув глазами.

— Будет тебе, Велислав, богов гневить. Ты еще крепок и умом, и телом. — Ур обвел взглядом настороженную рассенскую дружину. — И вои твои могучие, раз такого демона смогли живым спеленать. Радостная то была весть для Асгарда. Правитель лично просил отблагодарить тебя, Велислав, за то, что о деле нашем общем печешься. Ну что ж, ведите, больно уж хочется на пленника взглянуть.

Князь усмехнулся, благодарно склонив голову, и начал издалека свой мудреный торг:

— Спасибо тебе, Великий Ур, за слова твои лестные. И Правителю я благодарен, что помнит еще старого Велислава. — Князь откашлялся в кулак, делая паузу для пущего внимания. — Нелегкая то была битва для моей дружины, Ратибор. Ой, нелегкая! Явился ведьмак к нам не один, а с целым отрядом головорезов. Скот они наш увести хотели. Слава Перуну, вои мои не из трусливого десятка. Сошлись с разбойниками грудь на грудь да оборонили рассенов от того посягательства. Только вот воинов наших две сотни в том бою полегло. И ведьмак тот — особо в том постарался. Десятками жизни отбирал, пока мы его не угомонили.

Князь обернулся к воеводе, молчаливо спрашивая подтверждения своих слов. Воевода тут же закивал головой, разыгрывая перед Уром грустный спектакль:

— Правду князь молвил. Много воинов полегло в той схватке. Большой урон мы понесли. Ой, большой!

Ратибор недобро усмехнулся, начиная понимать, куда клонит князь. Однако торговаться с Великим Уром — подобной наглости не позволял себе ни один князь Империи. Сцепив в недовольстве зубы, Ратибор прорычал, едва сдерживая в груди клокочущую ярость:

— И чего же ты хочешь, князь Велислав? Чтобы Асгард заплатил тебе за пленника?

Князь наигранно отмахнулся руками от его слов, тут же запричитав:

— Что ты, Великий Ратибор, как можно? Где ж это видано, чтобы князь с Правителя мзду требовал. — Он добродушно улыбнулся Уру, переходя на шепот: — Налоги бы вы нам снизили за усердие — на том бы и сговорились? Ну, сам посуди: вои мои головы ратные сложили, семьи без кормильцев остались. Ну, а то, что ведьмака живым взяли? Неужто не стоит он того, чтобы простить нам годовой побор?

Глаза Ратибора изумленно распахнулись. Годовой побор? Однако, Велислав, губа не дура! Ур задумчиво вздохнул, размышляя над его словами. Дело было не в деньгах, хоть и против правил была просьба князя. Асгард никогда не облагал царства и княжества высоким налогом. Все в Империи было сбалансировано. Деньги, с одних княжеств полученные, во благо других направлялись. В Империи, как и в обычном стаде: есть корова дойная, а есть и телки молодые, коим еще расти надобно. С одной коровы кормишься, а телку все одно растишь, пока и она молоко давать не станет. Много было молодых княжеств, которые лишь становились на ноги. Охрану им обеспечь, пока более сильные соседи не растоптали. Торговлю наладь с иными племенами и народностями. Умельцев ремесленных отыщи да научи, что и как делать. Потому и не мог Ур принять требования Велислава. А еще потому не мог, что знал он — князь свое с народа так и так получит. Как платил люд налог на дым — так и будет платить. Никто против княжьей воли не пойдет, боясь голову свою потерять.

— Ладно, Велислав, — Ратибор повысил голос, обращаясь больше к дружине, чем к самому князю, — будь по-твоему. Пусть выйдут на площадь вдовы павших в схватке с врагом воинов. Каждая семья, кормильца утратившая, освобождается от налога на дым. И не на год, а пока сыновья мужьями не станут. Пусть выйдет люд, я сам каждой вдове о том сообщу…

Князь недовольно нахмурился, перебивая Ура на полуслове:

— Надо оно тебе, Ратибор? На то у народа князь имеется, чтобы законы до их ушей доводить. Главное, чтобы мы с тобой понимание нашли в том вопросе. — Князь приосанился, чувствуя, что весы переговоров покачнулись в его сторону. — К тому же я не только о вдовах прошу, я о каждом рассене радею. О тех, кто пал в битве, печалюсь. А те, кто победу одержал, ведьмака в плен захватывая? Не-ужто недостойны они твоей благодарности звонкой? Отмени налог для рассенов, Великий Ратибор. Всего на один год прошу. А то ведь, пока мы с тобой торгуемся, пленник еще и помрет в темнице. Сыро там, да и дружина моя ему здорово бока намяла. Боюсь, долго не протянет.