Чтение онлайн

— Почему Сапфира всегда пытается похитить тебя у меня? — Спросил тот недовольно. Эйлал даже поразилась.

— Откуда мне знать? И вообще, я же не только с тобой танцую.

— Не-ет, на этот вечер ты моя. — Таласия почувствовала, как сердце пропустило удар. Музыка закончилась, и она стояла к Кану спиной, чувствуя тепло его груди. Он положил руку ей на бедро. Гости разбрелись к столу, пока настал перерыв. Рубиус опалил её ухо шёпотом. — И, я хочу кое-что показать тебе. — Он мягко взял её за руку, но быстро потащил ту к выходу. Вся красная, Эйлал надеялась, что тот не потащит её к себе в комнату и не закинет на кровать. Но вместо этого, спустившись по лестнице, они подбежали к двери на улицу, что вела из кухни, которая сейчас была пуста.

У Таласии перехватило дыхание от бега, и она тяжело дышала, что было немного трудно из-за платья. Серебристая лента и вовсе подпоясывала грудь, не давая той глубоко вздохнуть.

— Куда мы идём? — Кан решительно открыл дверь на улицу, и обоих охватил холодный воздух. Кан схватил плащ с вешалки, стоявшей у двери. Эйлал оставалось только гадать, чей это плащ. Небрежным жестом накинув чёрный плащ на плечи Таласии, Рубиус улыбнулся.

— Ты уже видела сад королевы Розалии? Я нет, и мне очень хочется взглянуть. — Эйлал удивлённо смотрела на него, пока тот, ещё крепче сжав её руку, не вышел на улицу. Холод был не особо сильным, но всё равно пронизывал кожу. Эйлал сильнее закуталась в плащ, следуя за Каном. Он уверенно шёл по заснеженной дорожке. Они обошли весь замок, и завернули на его заднюю сторону. Эйлал молчала, боясь разрушить эту атмосферу, что казалась волнующей. Пройдя ещё немного, девушка выдохнула. Вокруг было полно цветов. Они цвели, не обращая никакого внимания на мороз. Словно, сама земля защищала их от холода.

— Ого…

— Никто, кроме королевы Розалии не смог совершить такое чудо. — Кан весело осматривал цветы. По бокам стояли миниатюрные хвойные деревья, а на аллеях были посажены то фиалки, то пионы и незабудки. И даже ландыши, что пробивались сквозь снег, противореча своей природе.

Пройдя ещё немного Эйлал выдохнула, оказавшись в окружении полян с розами. Жёлтые, светло-розовые, ярко-розовые, даже синие. Лучше всего на фоне снега выделялись алые розы. Эйлал вспомнила, как обычно говорили об алых розах.

«Цветы любви и страсти».

И на эти цветы сейчас они с Каном любовались. Эйлал зарделась ещё больше, немного отворачиваясь. Кан тем временем смотрел по сторонам. Остановив свой взгляд в стороне, он удовлетворённо кивнул. Потянув ничего не понявшую Эйлал в сторону, он отступил, упирая руки в бока.

— То, что надо.

Эйлал испуганно подумала, для чего надо? Но, посмотрев вперёд, она выдохнула. Это была поляна белых роз.

Они почти сливались со снегом, но окутывали всё вокруг ароматным покрывалом. Их нежные бутоны были раскрыты и устремлены в звёздное небо. Луна освещала это зрелище.

Обычно, Эйлал не обращала внимания на цветы вообще. Она считала, что срывать их низко, словно медленно убивать цветок. Но сад… Белые розы выглядели нежными и беззащитными, но их острые шипы доказывали обратное. Кан выдохнул.

— Красиво. — Он даже не спрашивал, но Эйлал всё равно кивнула. — Именно этого я ожидал от этого сада. — Эйлал сделала несколько нерешительных шагов вперёд, проводя ладонью по лепесткам роз. Они были холодны и нежны.

При том, Таласия умудрилась уколоть палец об один из шипов и выругалась на себя. Пара капель крови капнули в снег, красиво размазываясь. Кан подошёл к ней, достав платок из нагрудного кармана. Он протянул его, вытирая кровь с пальца девушки.

— В детстве, у моей матери был такой же сад. Как бы я не касался роз, вечно укалывался. — Эйлал удивлённо смотрела на него, а потом на то, с какой нежностью он посмотрел на цветы.

— Они тебе нравятся…

— Унаследовал. — Пожал тот плечами, плюхнувшись на край бордюра дорожки. Эйлал, всё ещё прижимая платок к пальцу, опустилась рядом.

— Моя мама тоже любит розы. Только алые. — Сказала она, посмотрев вбок. Кан пожал плечами.

— Нет, моя любила только белые. Она говорила, что те кажутся беззащитными, но когда надо могут дать по шее. Как ты. — Сказал тот весело, посмотрев на Таласию. Она нахмурилась, но покраснела, поняв, что тот сравнивал её с розой. Она смущённо отвернулась, убрав платок от пальца. Кровь перестала идти, но платок был испачкан. Кан взял его у той из рук. Эйлал вжала голову в плечи.

— Прости.

— Не извиняйся. На беззащитность роз всегда ведутся, и ранятся. Тоже самое и с тобой.

— Это что значит? — Эйлал удивлённо посмотрела на него. Кан сделал задумчивое выражение лица, подперев рукой голову.

— Ну… я и подумать не мог, что ты обгонишь меня во время соревнований.

— Или ты просто черепаха. — Машинально ответила Таласия. Кан, словно не заметил её слов.

— Или, когда подняла тяжёлую штангу, хоть почти и отдавила ноги сторожу.

— Кто бы говорил, взял, и поднял двести килограмм. Ты вообще человек? — Эйлал сильнее закуталась в плащ, чувствуя, как холод проникал под платье через вырез. Кан состроил зловещую рожицу, потянувшись к ней руками.

— Нет, я демон-искуситель, который совращает невинных девушек. — Эйлал отшатнулась от него. Кан пустил смешок, садясь обратно. — Не бойся ты, я тебя не трону.

— Кто сказал, что я боюсь? — Возмущённо спросила Таласия. Тогда, Рубиус пробежался рукой по оголённой спине девушки, просунув её под плащ. Эйлал сдавленно пискнула, вскочив. Кан рассмеялся.

— Не боится она. Не-е. — Эйлал зло скрипнула зубами, схватив снег с земли и слепив снежок. Тот прилетел точно в лицо Рубиуса, который поражённо смотрел на неё. Теперь его ресницы были в снегу, делая его ещё красивее. Эйлал чертыхнулась на саму себя. Эйлал перекидывала в руке второй снежок, готовая в любой момент кинуть его. Кан потёр руки, хитро оскаляясь. — Чтож, время вали-ить. — Эйлал испуганно раскрыла глаза.

— Нет! Даже не думай! — Парень подорвался, снося ту с ног. Эйлал взвизгнула, стоило только снегу проникнуть под плащ и коснуться кожи. Кан навис сверху, смотря на неё с ухмылкой.

— Очевидно, победил я? — Эйлал застучала зубами.

— Холодно, Рубиус. — Та ткнула его в грудь, попытавшись скинуть с себя. Вместо этого тот подхватил её, перевернувшись. Теперь удивлённая Таласия валялась на Кане, которому в пиджаке не было холодно вовсе. Тот весело улыбался. Эйлал раскраснелась, но взяла себя под контроль, нахмурившись. — Ты в курсе, что теперь я заболею?

— Ну, что поделать. — Тот улыбнулся, сильнее сжав кольцо рук, в котором держал девушку.

— Рубиус, ты не выносим. — Вздохнула Эйлал, положив руку тому на грудь и вставая. Кан притянул её обратно, от чего она уткнулась ему в шею и поражённо посмотрела на него. Кан приоткрыл рот, пытаясь подобрать слова. Голова не соображала.

— Ты всегда говоришь Рубиус…

— И что?

— Назови меня по имени. — Сказал тот чётко, смотря в упор на девушку. Она не могла выдавить из себя и слова, выдохнув, когда он положил ладонь ей на щёку, коснувшись почти невесомо. — Эйлал…

Девушка потеряла способность дышать, ощущая лишь ткань его рубашки рукой, и тепло кожи, что исходило от него, несмотря на мороз. Прикосновение холодных пальцев и ледяного кольца на руке наоборот, обожгло щёку Таласии.

— Кан…

Казалось, что та выдавила это единственное слова из себя силой, и прозвучало оно донельзя жалостно. Но кожу Кана покрыли мурашки. Он чуть провёл рукой от её щеки до затылка, мягко надавив и поддавшись вперёд.

Эйлал прикрыла глаза, ощущая нежное прикосновение тёплых губ к своим. Её пронзили миллионы мурашек, иголочками впившихся под кожу. Теперь, её покалывало вовсе не от мороза, а от того, как она сжала рубашку шатена.