Чтение онлайн

— Я хотел расспросить его о бунтах, и узнать, кого он считает виновным в смерти Коридона.

Эйлал была удивлена ответом. Она опёрлась на стол руками, фокусируя внимание на словах Рубиуса.

— И что он сказал?

— Он не знает, кто мог убить Коридона. Но насчёт бунтов говорить не хотел. Пытался убедить меня, что это лишь недовольство крестьян и иногда бунты полезны для страны.

— Коридон также говорил…

— Я слышал разговор королевы Ротадии и графов Изумрудии.

— И что?

— Казалось бы, как обычно подозревают другие страны Ларадеса. Но кто-то был уверен, что это из-за жестокости и кровожадности правительства.

— Что? — Эйлал удивлённо смотрела на Кана. Тот опёрся подбородком на руку, задумчивым взглядом исследуя пол. — Но ведь королевские семьи не жестокие. Они справедливые.

— Это так. Но ведь если бунтовщики использовали это как повод устроить бунт, то должны были быть основания, по которым они обвиняли знать? У них должны были быть доказательства.

— Тогда… даже бунтовщики знают больше нас.

Кан кивнул. Он поднял взгляд на Таласию, отрываясь от очень интересного пола.

— А чего не знаем мы? Зная всю общепринятую историю Ларадеса — чего мы можем не знать?

Эйлал судорожно выдохнула, почувствовав как руки задрожали.

— Того, что от нас скрывают. А от нас скрывают правду.

— Что-то произошло… не знаю когда. Может недавно, или в 140-х. Если королевской крови так легко скрыть правду, лишь немного изменив её, то я не уже не знаю, что из того что мы знаем правда.

— А если нам с самого начала врали? Даже про создание Ларадеса? Мы уже не можем быть уверены.

— Ага. Вдруг основатели были пиратами, силой завоевавшими сокровища. Или ещё лучше, у них всех был роман, когда они являлись родственниками.

— Перестань. — Таласия смирила Рубиуса осуждающим взглядом. Парень вздохнул с улыбкой.

— А что? Может быть, так и окажется.

— Навряд ли.

— А с чего такая уверенность.

— Я просто знаю это.

— А я разряжаю обстановку. — Парень откинулся на подушки, устало прикрывая глаза. Сразу как он приехал, их с Маюрой встретили и потащили в тронный зал, хотя тот ещё на пороге был готов свалиться намертво, и уснуть, подложив под голову дорожную сумку. Эйлал ушла раньше всех, и только недавно все разошлись, как сказал Ларадей. Получается, Кан пришёл к ней сразу как отвязался ото всех? Даже не отдохнув после такой долгой дороги?

По венам расплылось приятное чувство. Но, пытаясь вернуть себе холодную отчуждённость, Эйлал прищурилась.

— А что тогда ты делал в Рубинии неделю, если отец тебе толком ничего не сказал?

— Как что? Я по семье соскучился! По отцу, по сестре и брату… и по Грете…

Парень мечтательно прикрыл глаза, с лукавой улыбкой. Эйлал споткнулась о собственную ногу и почти упала на пол, обронив один из подсвечников, к счастью без свечи. Она вытаращилась на довольного Рубиуса.

— Что? Что ещё за Грета?!

— Так и знал, что ты меня ревнуешь! — Парень победно сел на кровати, а после встал, да так резко, что Таласия испугалась. Она покраснела от стыда и попыталась унять дрожь в ногах.

— Ты не ответил.

— Грета — это вообще не человек. Мамина дракониха, а сейчас моя.

Внутренне, Эйлал выдохнула с огромным облегчением. Благодаря Кану она прекрасно поняла выражение «камень с души упал». Иногда его шуточки доводили ту до белого каления. Сейчас девушка грозно смотрела на него, когда парень встал вплотную. Он опёрся рукой на стол, лукаво смотря на неё.

— И что теперь? — Рубиус протянул эти слова, пробуя их на вкус. Эйлал незаметно поёжилась, покрываясь приятными мурашками. Но, Таласия всё ещё была в образе. Она вскинула голову, пытаясь смотреть на него свысока.

— Теперь ты можешь идти.

— Так скоро?

— Да. Всё, что нужно ты мне уже рассказал.

— Хах.

Эйлал медленно, сосредоточившись, смотрела, как парень приблизился к ней, оставив небольшое расстояние между лицами.

— И вы, правда, хотите, чтобы я ушёл? Я ведь и правда, могу уйти.

— На здоровье.

Девушка почти прикрыла глаза, наклонив голову, когда дистанции практически не было. Но парень резко поддался назад, и сделал пару шагов к двери.

— Чтож, тогда спокойной ночи!

Девушка глупо хлопнула глазами. Кан снова улыбнулся, раззадоренный этой ситуацией. Таласия уже сжала кулаки, готовясь гневно накричать, как в дверь постучали. Оба шатена повернули голову в нужную сторону. Кан — с любопытством, а Эйлал с ужасом.

Что она могла сказать в своё оправдание, когда Кан в одиннадцать ночи был у неё в комнате? Девушка осмотрела себя, чертыхнувшись. Она опять предстала перед Рубиусом в непозволительно короткой и открытой ночнушке. Неужели ей поверят, что они зельеварением занимались?

Девушка побагровела от стыда. Она схватила Рубиуса за руку, выпихивая его на балкон.

— Эй! Ты что делаешь?

— Сиди тихо!

— Февраль на дворе!

Девушка захлопнула дверь, закрыв окно занавеской. С ненормально бьющимся сердцем она открыла дверь. На пороге стоял Ларадей.

— Ты чего, уснула?

— Н… не думала, что ты придёшь.

— Я зашёл поговорить.

Эйлал отступила в сторону, пропуская почтмейстера. Тот выглядел помято, но, только одеждой. Девушка не могла хотя бы представить, где его носило. Только листьев в волосах не хватало Парень сел на кровать, задумчиво смотря в пол. Эйлал опустилась рядом, положив руку на плечо Ларадея.

— Ты чего?

— Ничего особого. Не знаю, как утешить Уриэль. Думал, может, ты подскажешь.

Эйлал поперхнулась.

— А я что подскажу? У меня нет опыта в утешении второй половинки.

Ларадей хитро посмотрел на неё, от чего девушка поспешно отвела взгляд.

— Неужели? Мне казалось, что вы с Вэноном в последнее время ладите…

— Вэнон? Причём здесь Вэнон?!

— Откуда мне знать? Я не знаю, кто тебе нравится из наследников.

— Никто мне не нравится! Так. Давай не будем об этом. А насчёт Уриэль, просто оставь её наедине со своими мыслями. Она скоро придёт в себя.

— Хэх… хорошо.

— Так, а теперь иди спать. Поздно уже, завтра будем как два выжатых лимона. — Эйлал улыбнулась. Ларадей выгнул бровь.

— Тогда пойду. А то Адаманта и Рубиус опять издеваться будут. И ты ложись, уверен, противный Рубиус придумает шутку про твои круги под глазами.

— Ага. — Девушка нервно сглотнула. Улыбнувшись, аквамарианец зевнул и пошёл спать. Девушка было облегчённо вздохнула, но балконная дверь громко хлопнула. Таласия с испугом повернулась. Кан сложил руки на груди, недобро смотря на неё.