Чтение онлайн

Напитав меч маной, я лёгким движением ткнул в воздушный щит княжича. С тихим хлопком щит лопнул, словно мыльный пузырь. Заклинание «Анаконда» обвило княжича, а её огненная голова, разинув пасть, нависла над ним.

— Сдавайся, княжич. Дуэль закончена, ты проиграл, — обратился я к Шаховскому.

— Нет! Убей меня — таковы условия дуэли. Я не сдамся, — княжич посмотрел на меня, и я отчётливо чувствовал его парализующий страх.

— Ну что же, ты сам выбрал свою участь, — произнёс я, и голова змеи начала медленно опускаться.

— НЕЕЕТ!!! — раздался отчаянный крик с трибун.

Я не собирался убивать княжича — лишь сильнее напугать его. Поэтому заклинание «Анаконды» лишь ограничило движения Шаховского, причиняя ему боль при малейшей попытке шевельнуться. Голова змеи застыла в воздухе. Княжич стоял неподвижно, расходуя ману из накопителей на поддержание своей кольчуги и не отрывая взгляда от раскрытой огненной пасти.

В этот момент с трибуны ко мне бежал седой крепкий мужчина, а за ним следовали несколько охранников в форме рода Шаховских. Я мгновенно создал вокруг себя мощный воздушный щит и повернулся к новым противникам, готовый к любым неожиданностям.

Седой мужчина остановился на почтительном расстоянии и приказал своим людям отступить к трибунам.

— Я глава рода, князь Шаховский, прошу, не убивайте моего сына, князь, — произнёс он срывающимся голосом.

— Ваш сын отказался сдаваться, у меня нет выбора, — ответил я, не опуская щита.

Князь опустился на колени прямо передо мной, и трибуны ахнули. На арене воцарилась мёртвая тишина.

— Я, глава рода, князь Шаховский, признаю поражение своего сына в честной дуэли по правилам, установленным моим сыном княжичем Шаховским. И хочу выкупить его жизнь у вас, князь Драгомиров. Я отдам всё, что вы скажете. Если хотите, мой род станет… — князь на мгновение замолчал, но тут же продолжил, бросив взгляд на сына. — Если вы скажете, то мой род станет вашим вассалом. Только пощадите моего сына, князь.

Я смотрел на князя, поражённый силой его отцовской любви. Он был готов обречь свой род на вечное подчинение ради спасения единственного сына.

Развеяв «Анаконду» и убрав свой воздушный щит, я подошёл к князю и протянул ему руку:

— Встаньте, князь. Мне не нужен ваш вассалитет. Забирайте сына и объясните ему, что прежде чем вызывать кого-то на дуэль, надо разобраться в ситуации, а не идти на поводу у сомнительных друзей.

— Опять этот Кутеев? — спросил князь, опираясь на мою руку и поднимаясь с колен.

— Не знаю, как насчёт «опять», но да, это княжич Кутеев распустил обо мне недостоверные слухи, а ваш сын, не разобравшись в ситуации, вызвал меня на дуэль до смерти, — я посмотрел на княжича, который уже подошёл к нам. — Обратитесь к ректору или к декану Светогорову, они вам расскажут правду.

— Я прямо сейчас это сделаю, князь. Хочу, чтобы сын запомнил этот урок: своим поведением он чуть не обрёк себя на смерть, а род — на вечный вассалитет, — князь Шаховский смотрел на сына с явным гневом, но любовь к нему по-прежнему светилась в его глазах.

— Если у вас всё, князь, то я, пожалуй, пойду, — произнёс я и уже начал разворачиваться, когда князь Шаховский сказал:

— У нас нет с вами союза, ваше сиятельство. Но вы всегда можете рассчитывать на наш род. Я считаю теперь наш род вашим официальным союзником и доведу это до всех на Совете Великих Родов. И ещё, если это возможно, князь, ответьте: какой у вас уровень силы? Я видел атаки моего сына, которые легко выдерживала ваша кольчуга, вы даже не удосужились поставить стихийный щит. А мой сын — младший магистр.

Снова повернувшись к князю лицом, я посмотрел ему в глаза:

— Недавно я ответил другому человеку, что те, кто знают это, либо мои верные люди, состоящие в роду, либо те, кто принёс мне клятву стихий. Я не могу ответить на ваш вопрос, князь.

Я развернулся и направился к девушкам и княжичам Голицыну и Одоевскому, которые уже ждали меня на выходе с тренировочной площадки. Их лица светились от восторга и уважения, а в глазах читалось восхищение.

Толпа на трибунах ещё не разошлась, обсуждая поединок и свой проигрыш. К нам попытались подойти несколько студентов, но Одоевский и Голицын быстро усмирили желающих, сказав, что следующая дуэль будет с ними.

В ресторане нас уже ждал накрытый стол, и мы с девушками решили воспользоваться гостеприимством княжичей, чтобы поужинать. Голицын и Одоевский обсуждали бой, пытаясь втянуть меня в разговор, но я отказывался обсуждать эту тему.

В итоге первым не выдержал Голицын:

— Какой у вас уровень силы, князь?

Я засмеялся:

— Княжич, вы уже второй за последний час, кто задаёт мне этот вопрос. Я думаю, вся академия мучается этим вопросом, да и не только академия. Я прав, княжичи?

— Правы, правы. Наши отцы уже просили нас выяснить ваш уровень, но никто не знает. Мы даже у ректора пытались выяснить, но он отправил нас к вам, сказав, что сам не знает, — ответил Одоевский.

— Я, конечно, могу вам сказать, но толку от этого не будет, — смеясь, я положил себе ещё кусок нежного поросёнка.

— Это почему же? — удивился Голицын.

Я посмотрел на него и серьёзным голосом произнёс:

— Вам придётся дать мне клятву стихий. А значит, отцы от вас ничего не узнают. Вообще никто не узнает.

Голицын, улыбаясь, посмотрел на Одоевского.

— Согласен, ты выиграл. Заберёшь себе из моей доли десять тысяч, — он тоже заулыбался.

— И на что же вы спорили? — мне стало любопытно.

— На то, что вы расскажете свой секрет, но надо будет принести клятву стихий, а Гриша считал, что вы и так скажете, — ответил Голицын.

Я засмеялся, как и девушки.

— Вы всегда на что-то спорите? — спросила Елена.

— Только когда наши мнения расходятся, а это бывает часто, — заулыбался Голицын.

Мы ещё поговорили какое-то время про академию, когда Одоевский вдруг посмотрел на Голицына и серьёзным голосом произнёс:

— Миллион.

— Гриша, ты уверен? Нам придётся принести клятву стихий, чтобы узнать правду, — Голицын внимательно смотрел на Одоевского.

— Владимир, я уверен на сто процентов. И ставлю миллион из моей доли, — ответил Одоевский.

Голицын посмотрел на меня долгим взглядом:

— А может, ты и прав, Гриша. Может, и прав. Сегодня мы видели с тобой стихию Воздуха и Огня. А тот солдатик, не помню, как его там зовут, уверял нас, что видел стихию Земли, Огня и Воды. Если князь владеет и пятой стихией… Да, Гриша, это невероятно.