Чтение онлайн

Мой город. Город говорящих улиц, город тянущийся ко мне во сне – словно кошка за лаской, город в чьих тенях таятся красноглазые убийцы и сияющие рыцари. А homo sapience sapience мечутся, одержимые скучными проблемами и мелкими бесами. Кровавая еда для пожирателей плоти. Низ пищевой цепочки, из которой мне их не вытянуть.

И Адриана, рожденная в Каррау, плоть от его плоти, ненавидит его.

Я оттолкнул ее. Так сильно, что Рин, шагнув назад, неустойчиво качнулась на каблуках и врезалась бедром в столешницу. Книги, грохоча, упали одна за другой.

Пытаясь устоять, Адриана до белизны сжала пальцы на крае стола.

– Ты эту историю себе рассказываешь? – Шагнул я к секретарю. В висках, заглушая собственный голос, пульсировал гнев. – Про голодного профессора, который спрятал голову в трудоголизм?

Теперь впритык подошел я. Адриана съежилась.

Тень на полу извивалась, пытаясь нырнуть под стопу – чтобы я, потеряв контроль, рухнул в ждущую рядом бездну.

Палец за пальцем, я разжал кулаки. Положил горячую ладонь на мягкий изгиб бедра Рин – там, где она ударилась. Где пульсировал огнем наливающийся кровью синяк. Успокаивая сначала боль, затем – опухоль.

Нужно было извиниться, но не получалось.

Поэтому я просто смотрел девушке в лицо.

Зеленые глаза Адрианы блестели. Тело под пальцами била мелкая нервная дрожь. "Пожалуйста, не плачь", попросил я мысленно. Стоило подумать – из правого глаза Рин покатились крупные сверкающие слезы.

– За-зачем я вам? – Адриана закусила губу. – Зачем всё это? Ваши дурацкие книги… Я ничего в них не понимаю! Это всё ненужное. Никому ненужное.

– Понимать – недостаточно. – Горечь во рту. – Я бы хотел…

Хотел объяснить. Показать не один фокус, а тысячу. Научить тысяче фокусов, потому что ты мне подходишь. Я чувствую, что подходишь. Не так, как та Единственная женщина, но лучше чем любая другая.

Адриана вывернулась и, всхлипывая, побежала к двери. Сообразила, что на улице холодно. Рванула к шкафу с верхней одеждой.

– Стой! – Я прыгнул, пытаясь опередить. – Рин, стой!

Но девушка уже распахнула дверцу. Из шкафа выпала сначала коробка, которой я прижал руку Лиз, затем – рука, а затем и сама Лиз.

Адриана отскочила от трупа – и завизжала.

Я прыгнул к девушке и, поймав сзади за талию, зажал ей ладонью рот.

– Рин, я объясню. – Она все еще орала мне в руку, уставившись на упавшую к ногам Лиз. – Я могу объяснить!

Адриана вдруг развернулась бедрами – и вогнала локоть мне в ребра. Я задохнулся от неожиданной боли, руки разжались – а Рин отскочила. Второго удара я не увидел – лишь тень, летящую в лицо. Мелькнули верхние полки шкафа и потолок, затылок треснулся обо что-то – и мир вспыхнул сначала черным, а затем алым.

Прошла секунда, прежде чем я осознал, что лежу на полу. У лица пошатывались каблуки-шпильки. Хотел подняться, но вдох расколол тело на части: в носу булькало, в груди горело, голова пульсировала и звенела раздувшимся будильником. Я закашлялся, сворачиваясь в клубок.

Адриана пискнула, на этот раз сама зажала себе рот, и попятилась. Я бросил вдогонку за девушкой Тень – но та расплылась нефтяным озером. Фокуса не хватало. Я все еще не мог поверить, что Адриана меня ударила. И боль отвлекала.

Рин побежала к двери. Вернулась, выдернула из шкафа пальто и выскочила из кабинета. Шпильки, удаляясь, дробно стучали по цементной лестнице. Она еще не кричала. Сейчас начнет.

Я задержал дыхание, глотая кашель. Из разбитого носа в Тень часто капала кровь. По луже черноты расходились круги.

– Какая нервная сучка. – Хриплый знакомый голос. – И горячая!

Я сел рывком. По спине как наждаком погладили, а волоски на руках щекотно шевельнулись от ужаса.

Комнату сковал мороз, мебель трещала от перепада температуры. А от моего стола, наоборот, повеяло волной жара. Сухого, словно там распахнули окно в пустыню. И в этой пустыне что-то недавно сдохло: ветер, словно всадника, нес тошнотворный сладостно-трупный запах.

От холода на глазах выступили слезы. Я вытер ресницы, сбрасывая уже не влагу, а ледяные кристаллы. Прищурился, до боли вглядываясь в дрожащий над столешницей воздух. Вынуждая себя увидеть. Насилуя свое сознание, чтобы увидеть.

Раздирая само пространство взглядом. Истина сложилась рывком – как одна из тех картинок, изображающих и два лица, и ваза.

Боаз примостился на крае моего стола. Выросший из Тени, в угольно-черном пальто с высоким воротом – словно вышел из фильма-нуар. Его бледно-серое лицо красиво, в отличие от большинства демонов, щеки впалы, а скулы остры. Полы шляпы бросают тень на глаза, но они все равно сияют сквозь нее – голодной черной густой тьмой. Провалами в абсолютную бездну. Контуры Боаза столь четки, что он кажется самым настоящим, что есть в комнате. Вырезанным ножом на ткани реальности. На него почти невозможно смотреть.

– Опять запал на блондинку, Керри. – Хихикнул-тявкнул демон.

– Тебя нет. – Я отполз к стене, барахтаясь в Тени, как в воде. – Тебя нет. Ты изгнан. Изыди отсюда!

Рот Боаза раскрылся в оранжево-алой, как старое пламя, усмешке:

– Но ты же сам позвал. Дверь отворил. – Рифмами: – Не так-то просто дверь закрыть, когда у побирушки прыть! А я войду, а я войду, и будем вместе мы в аду.

Боаз расхохотался.

– Пошел вон! – Горло перехватило, я шептал. – Пошел вон, я сказал! Никто тебя не звал! Это мои владения! Я изгоняю тебя именем…

Демон прекратил ухмыляться. Подался вперед, обеспокоенно:

– У тебя же сейчас поважнее проблемы, да?

На улице, приглушенно из-за двух дверей, Адриана кричала "Помогите!" и "Полиция!".

Районный участок на соседней улице. Она побежит именно туда.

Перепуганная, уверенная, что месяц просидела в четырех стенах с маньяком, у которого труп в шкафу. Рин приведет полицию, и они найдут всё, что нужно: меня, сморкающегося на полу кровью и разговаривающего с пустотой, Лиз – легкую и давно остывшую, книги, написанные на несуществующих языках. И если немертвой повезет, то она проснется под ножом патологоанатома. Голодная, растерянная и злая. Она перебьет кучу народа. … Если повезет людям – на нее попадет солнце и Лиз сгорит.

Но что я могу сделать? Спрятать ее? Куда? Тут все перевернут вверх дном – и найдут. Бежать? Пусть Лиз разбирается сама со своими проблемами. … для этого надо хотя бы встать.

Боаз метнулся ко мне. Присел, подаваясь к моему лицу так близко, что едва не касался носом. Дыхание демона пахло падалью.

– А я могу помочь. – Вкрадчиво сказал он. – Это ведь так хорошо, когда у одного из двоих есть мозги. Мы с тобой отличная пара, Керри!

Я отодвинулся, задержав дыхание, чтобы не вдыхать смрадный запах. Стараясь не содрогаться от одного его присутствия.