Чтение онлайн

Натужно кряхтя, лорд Беррим кое-как встал на свои короткие широкие ножки.

— За вашу беспредельную жадность, за нарушение принесенной властителю и жителям Алькорры клятвы верной службы, вы, лорд Беррим, заслужили справедливое наказание, — жестко произнес Вельдан, глядя испепеляющим без единой искры взглядом в испуганно выпученные глаза толстяка. — Властью, дарованной мне народом нашей северной страны, я без малейшего промедления и тени сомнения снимаю вашу неблагонадежную персону с должности главного казначея. Отныне вы лишены права на владение поместьем Розовый Цветок и права на проживание в пределах Крепости Властителя. Я не стану лишать вас аристократического титула, лорд Беррим, чтобы не пострадала честь вашей ни в чем не повинной единственной дочери. Слышал, ее намерен сосватать лорд Келирен. Желаю им семейного счастья, а вам с верными помощниками благополучного устройства на новых землях. Вы вольны отправиться куда угодно в границах Алькорры. К пастухам Горбатого Холма, или к охотникам Одноглазого Утеса. Даю слово позаботиться о том, чтобы вас приняли в любом селении, где пожелаете продолжить жизнь.

— Нижайше вам кланяюсь и покорнейше благодарю за милосердие, мой повелитель, — бывший казначей упал на четвереньки и трижды хлопнулся лбом о каменный пол.

Его глаза растерянно забегали, когда он встал и пошел прочь из тронного зала вместе с приспешниками под громкий позорный свист собравшейся публики. Изнеженный казнокрад прикидывал, каково ему будет жить среди пастухов или охотников. Там уж точно уменьшится необъятное брюхо, канет в прошлое бархатистая мягкость пухлых пальцев. Но, конечно, понимал толстяк, что нелегкая простонародная жизнь все лучше постыдной смерти на публичной казни, и милость правителя не могла его не радовать.

Порадовала она и меня. С каждым днем все ближе, все роднее становился мне мужчина, о котором нельзя было даже посметь мечтать.

— Леди Эльвира! — только я собралась покинуть зал, как Вельдан меня окликнул.

Оглянулась, чуть не споткнувшись на нижней ступеньке пьедестала. Рефлекторно придержала верхние юбки.

— Предлагаю вам занять освободившееся место главного казначея Алькорры, — правитель протянул ко мне руку и опустил, не коснувшись плеча. — Перед народом заявляю, что уверен в вашей честности и преданности, доволен показанной прилежностью в труде. Надеюсь на согласие. Ваши умения и опыт нужны Алькорре.

— Я… — растерянным взглядом окинула притихший зал.

Люди смотрели на меня с доверительной надеждой, а Вельдан… Я видела, как его карие глаза просветляются, в них появляются отблески далекого огня — нежно согревающего, а не обжигающего.

Поняла, что не могу отказать ему и принявшему запредельную гостью в свой мир народу Алькорры.

Поскольку решила остаться и не отступать, то должна уверенно следовать по выбранному пути.

— Я… согласна. Принимаю с радостью ваше предложение, справедливый и мудрый властитель. Для меня великая честь — доверие жителей прекрасной снежной Алькорры и ваша благосклонность. Клянусь, что не подведу. Буду верно нести порученную службу, честно выполнять обязательства.

С подачи мягко соединившего ладони Вельдана многолюдный зал взорвался громом бурных аплодисментов.

Я улыбалась и кивала головой подобно победительнице конкурса красоты.

Внезапная радость захлестнула. Счастье наполнило до краев, и разом иссякло, как только Вельдан прошел мимо, примкнул к отряду рыцарей и вышел с ними из тронного зала.

Тянуло побежать за ним, но понимала, что нельзя.

Знать свое место, следовать порученным обязанностям.

Старалась утешить себя приятным возвращением к любимой работе, но все равно давила грусть. Мучила тоска по мужчине, с которым я не могла быть рядом.

Поговорить с великим магистром тем вечером мне так и не удалось. Ужин провела в столовой для слуг, чем порадовала милую доброжелательную Тариту, но ничего интереснее житейских сплетен узнать не смогла.

Филимон осваивался на просторах замка и сада. Разведал, где водится сметана, а где живут злые охотничьи собаки, от которых лучше держаться подальше.

Ворочаясь в пакостной любовной бессоннице под одеялом, я начала подумывать, как хорошо, что не побеспокоила понапрасну Мельтаира. Похоже, пугающее магическое послание было делом рук вороватого казначея или его помощников.

Я не ждала новой встречи со змеей, но красная кобра явилась, можно сказать. точно по расписанию.

— Не посс-слушш-шалась, негодница, — прошипела она, свернувшись на моей груди. — Не вняла предосс-стережению. Ссс-сунула любопытный носсс куда не просс-сили. Всс-тавай и сс-ступай в подлунный миррр. Оссс-слушшш-шаеш-шься ссс-снова — пощщ-щади не жжжди. Получила ты ссс-сегодня посс-следнее предупрежж-ждение.

Змея исчезла, ярко вспыхнув, как и в первый раз.

Я поспешила успокоить взъерошенного, замершего на подоконнике Филимона. Взяла его на колени, погладила и почесала шею.

Рассказала Мельтаиру о шипящих кошмарах наяву после утреннего урока.

— Может ли загадочный враг быть женщиной? — спросила я магистра. — Змея говорила женским голосом.

— Голос магического письма и голос его создателя далеко не всегда совпадают. Если создатель не хочет, чтобы получатель письма узнал его, то сделает речь видимого иллюзорного творения как можно более разнящейся с собственной речью. Не переживай, доброе дитя. Пока что я не предвижу опасности для твоей жизни. А если и возникнет некая угроза, все образуется и ничто тебе не повредит. Осторожность все же не помешает. Бери всюду с собой кота-фамильяра. Кот почует зло и тебе на него укажет.

Я послушалась совета Мельтаира. Чтобы не носить подозрительно часто питомца на руках, приспособила котомку, взятую из лесного домика Матушки Сельмы. Наделенному волшебными способностями любимцу понравились такие путешествия по замку.

Жаль, что на устроенный правителем бал не разрешалось брать животных. Вельдан объявил пышное торжество в честь нового государственного казначея, то есть, меня. Поэтому я не могла проигнорировать отправленное в виде бабочки волшебное приглашение. Следуя рекомендациям летающего “письма”, тут же позвала по связующему камешку Тариту, и попросила ее помочь мне выбрать лучший наряд и украшения.

Торжественным вечером в замке было теплее, чем обычно. Бальный зал был полон веселых господ и дам, радующихся неожиданному счастливому случаю, который им позволил, не дожидаясь короткого лета, пощеголять в легких изысканных нарядах из ситца, шелка и шифона.

По светскому поверью, у яркой белокурой красавицы в роскошном красном платье из тончайшего шелка, расшитого пышными розами, не будет отбоя от кавалеров на балу. Однако гости правителя не спешили приглашать на танец новоявленного главного казначея. Пришедшая из подлунного мира и за считанные дни доказавшая свою незаурядность и в некотором роде опасность загадочная леди привлекала и отталкивала. Мужчины колебались, сияли масляными улыбками, и не решались шагнуть ей навстречу.

Лишь у первого рыцаря Роланда хватило смелости подать руку леди-казначею, невесомо коснуться губами ее шелковой перчатки, а затем с галантной неспешностью повести в круг танцующих.

Танец походил на вальс. Роланд вел идеально, маскируя мои редкие огрехи. Тяжелое золотое ожерелье с крупными рубинами непривычно холодило шею и грудь, и подвески слегка подскакивали при резких поворотах.

— Не лучше ли вам, доблестный лорд Роланд, в прекрасный вечер уделить больше внимания дражайшей супруге, а не растрачивать на незнакомок. Не тревожить ее любящее сердце непроизвольными уколами ревности, — льстиво пропела я, не испытывая ни малейшего желания танцевать хоть с кем, а с первым рыцарем и другом Вельдана — тем паче.