Чтение онлайн

Носила под сердцем ребенка? Была беременна?

Холодом обожгло спину. Я захрипел:

– Ты была беременна? У нас мог бы быть сын?

– Почему мог? – она ухмыльнулась. – Он есть. Только не у нас, а у меня. И совершенно скоро станет твоим наследником. Признаюсь, я была крайне удивлена, когда ко мне вернулась моя служанка Марта, и рассказала, что герцог-то жив!

Драконница расхохоталась.

– А ведь мне такого труда стоило разыграть эту сложную партию. Сначала заставить свою племянницу обратить внимание на твоего племянника. Затем подловить и руками младшей дочери Рочестер отравить твоего сына. Знаешь ли, я до сих пор баронессе не простила, что она тогда переспала с тобой. На нашем ложе. Одна дочь – я посчитала достаточной платой за грех.

И все прошло идеально. Только беда, Ксавьер не умер, а стал калекой. И тогда я послала свою служанку, чтобы завершила начатое до конца.

Потом убедила, что кузену моя племянница не нужна, переключила ее на императора. Его сестра, дурочка, разболтала мне все секреты. И я ими воспользовалась. Внушила племяннице мысль, что твоему кузену надо отомстить и помогла отправить отравленное кольцо в шкатулке. И да, тебя тоже отравила я. Вернее Адель, но моими руками.

Наивная, пришла к магу просить средство, чтобы лишить человека памяти, а я подсыпала туда яд. Но видимо не учла сочетание, и вместо того, чтобы умереть, ты уснул. И лучше бы не просыпался.

Потому что станешь свидетелем, как умрет твой любимый сын. И всем твоим имуществом будет управлять старший сын – Уинфред Кромвельс. Он твоя кровь! Его признают твоим наследником. Но ты не увидишь этого, ты умрешь!

Она вытащила из-за спины нож и бросилась на меня. Я не успел среагировать.

Но вдруг она обмякла и затряслась. Изо рта пошла белая пена.

– Марта, дрянь, подменила бокал.

Нож выскользнул из руки, и она упала. Я ее поддержал.

Офелия взглянула на меня нежным любящим взглядом.

– Кэлвин… любовь меня… я так долго тебя ждала… жаль, что мы встретились при таких обстоятельствах…

Она закашлялась. Я не отпускал. Гладил ее шелковые длинные волосы.

Офелия закрыла глаза:

– Это все Руби… Руби Вейз… Она решила помочь своей влюбленной в тебя подруге, и подложила под тебя служанку, написав той письмо от тебя. А потом послала мне анонимку, что ты развлекаешься дома с другой…Я пришла и застала… Была очень зла… А недавно узнала, что ты не так уж виновен. Это все Руби… но я отомстила и ей… ее дочь скоро умрет.

Я молчал. Слушая бред. Ведь я знал, что у бывшей императрицы нет дочери. Вообще нет детей.

– Кэлвин, если сможешь, прости меня. – я провел рукой по ее щеке.

Видя в ее глазах раскаяние, я почувствовал и свою вину. Если бы тогда я не был слабаком и боролся бы за свое счастье, мы могли быть жить счастливо. А я реально пустил ситуацию на самотек. И в итоге пострадали невиновные люди.

– Прощаю. И ты прости. Я виноват.

Офелия улыбнулась. Глубоко вздохнула и это был ее прощальный вздох.

Я зарыдал. Навзрыд. Прижимая ее начавшее остывать тело.

Я дурак! Столько дел натворил! Пострадали все влюбленные в меня женщины! Я недостоин…

Спустя два месяца.

Я лежал в кровати и смотрел в потолок. Чувствуя в глубине души лишь апатию. Мое тело, ранее полное силы, казалось, было приковано к мягкому ложу невидимыми цепями. Я отказывался есть, не мог спать, начал страдать каждую ночь бессонницей.

А если и закрывал глаза, то меня мучали кошмары и страшные сны. Такие, что я просыпался с криком и вспотевшими ладонями. Я исхудал. Побледнел. Осунулся.

Управляющий говорил, что если я и дальше продолжу так себя мучать, то скоро снова попаду в склеп.

А ведь все началось с того, что по возращению в замок, я решил познакомиться со своим старшим сыном. Уинфредом Кромвельсом.

Из письма Элеоноры, я понимал, что Седрик – бывший муж Офелии, был в курсе, что Уинфред – не его сын. Поэтому заявился к ним без предупреждения.

Седрик сразу же принял меня, без обиняков. Заявил, что понимает мое состояние и совершенно не против, если я расскажу, кто настоящий отец.

Позвал сына, оставил нас наедине у себя в кабинете, чтобы я смог с ним поговорить и все объяснить. Рассказать, что не виделся с ним, и не воспитывал, потому что до недавних пор вообще не знал о его существовании, и думал, что у меня есть только Ксавьер.

Когда Уинфред вошел в кабинет, растерянный, с непониманием, я задержал дыхание, а когда выдохнул, то понял, как сильно рад. Что у меня такой взрослый сын! Красивый и статный, очень похожий на своего дедушку – герцога Честера Бирека.

Бездна! Даже мой дракон при виде его почувствовал наше родство и испытал прилив гордости. Я подошел и хотел его крепко обнять.

Но Уинфред от меня отстранился.

– Вы кто? И о чем хотели поговорить со мной? Отец сказал, чтобы я пришел. Но я впервые вас вижу. И не понимаю, что вы хотите сказать мне?

А у меня сердце выпрыгивало из груди. От счастья. От его близости. Это же так здорово, что у меня есть сын!!!

Но стоило мне представиться и сказать, что я герцог Кэлвин Бирек, как Уинфред нахмурился, а потом и вовсе меня обвинил, что это я виновен в смерти его матери.

Что из-за меня она страдала всю жизнь, что я намеренно ее бросил беременной. Потому что дракон всегда чувствует свое дитя.

А сейчас, когда он вырос, а у меня кроме немощного сына никого нет, то сразу вспомнил про старшего. И что лучше бы, чтобы я не приходил. И никогда не появлялся бы в его жизни.

И что если я предложу все сокровища своего рода, он меня вс е- равно никогда не назовет отцом, а назовет – коварным убийцей. Который сделал из него сироту, поскольку я виновен в скоропостижной гибели его матери. И громко хлопнув дверью, ушел.

С грустью в сердце я вернулся домой. Решил дать молодому дракону смириться и принять правду о своем рождении.

А когда через неделю вновь к ним пришел, то оказалось, что Уинфред на следующий день сбежал из дома. И с тех пор от него нет вестей.

Я каждый день к ним прилетал. Но ни весточки, ни намека. Я обратился в гильдию, отдал тысячи золотых, чтобы разыскали и рассказали, что с моим сыном. И где он.

Но ничего не нашли. Ни одной зацепки. Его следы терялись в Лонгории, и на этом все.