Чтение онлайн

— Его Величество так мне доверяет? — Он картинно поднял бровь. По правде сказать, отношения с королём в последнее время у него не ладились от слова совсем. Хотя что ему было не так, он не мог понять.

— Больше некому, — пожал плечами Ксаврин. — Так что у тебя стряслось?

— Тут в двух словах не расскажешь. И в этом во всём крепко завязан другой человек, — Эверен почувствовал, что просто не может произнести имя Джулии. Не может заговорить о своём сокровище даже с Ксавом.

— Кто? Уж не твоя ли риис? — С Высочеством и не надо было слов. Он иногда подозрительно легко угадывал его мысли. — Она хоть ещё жива?

— Жива, но скорее вопреки, — Ему вдруг стало страшно. Мысль о том, что вот он сейчас здесь, болтает с Ксавом, а она там одна, в гардеробной и ей может грозить, драконы какая опасность, в доме, который он привык считать своим, вдруг ужалила сильнее пчелы. Если она сейчас не придёт, он, как последний идиот, побежит её искать.

Эверен сам не понял, откуда вдруг взялся такой страх. Но мысль о том, что он может потерять её, не давала сердцу спокойно биться в груди.

— Эв! — Кажется Высочество звал его и уже не первый раз. Да что это за наваждение?!

— Да? — Эверен повернулся к нему.

— Где, говорю, твоя риис и что с моим подарком не так?

Он не хотел ходить вокруг да около. Открыл рот, чтобы ответить Ксаврину, да так и застыл. В двери стояла Джулия, собственной персоной. Он не слышал, как она вошла. Ни шагов, ни шелеста платья. Но на ней было то самое платье Миры. То, в котором она встречала его тогда, после службы в Элдане. Как Джулия могла из сотни платьев, выбрать именно это?

Он смотрел на неё ошеломлённо, пытался вспомнить Миру в этом платье — тяжесть кос, смущённую и чуть растерянную улыбку, тонкие, почти прозрачные руки, и не мог. Он видел только Джулию. Такую красивую, что захватывало дух. Он никогда не замечал, насколько она красива. Иная. Не такая, как Мира, не такая, как местные девушки. И в то же время его риис, его сокровище.

Эверен отвернулся, с усилием, чувствуя, как рушатся все барьеры, что он так старательно возводил после смерти Миры. Ещё немного, и он пойдёт на любую глупость ради Джулии, ради того, чтобы оставить её себе и никогда не отпускать, ради того, чтобы увидеть их общих драконят.

Он помотал головой. Он не хочет об этом думать. Не хочет. В углу висел портрет Миры. Это была её старая спальня. И его первая и единственная жена, смотрела на него с укоризной. Видит небо, он никогда не старался забыть её и думал, что это невозможно. И едва не переступил черту.

— А вот и твоя драгоценная риис, — повернулся он к Ксаву.

Юлия

— А вот и твоя драгоценная риис, — Эверен повернулся к собеседнику, в котором я тут же узнала принца. Как это «твоя риис»? Я вообще-то риис генерала, хочет он этого или нет? Но сердце почему-то неприятно заныло. И сразу радость от красивого платья, которое я так старательно выбирала, словно рукой сняло.

— Да она просто расцвела, — ухмыльнулся принц. — Очень приятно, сейврин Джулия.

Надо же, принц запомнил мой имя! Он подошёл ко мне и поцеловал мне руку. Неожиданно, но приятно. Я улыбнулась принцу. Нет. Я не позволю испортить себе сегодня настроение! Мне хватило вчерашних происшествий за глаза.

— И мне очень приятно, Ваше Высочество, — ответила я, как умела. Может быть, мне по этикету полагался поклон, но Эверен не озаботился моим обучением, а значит это не моя вина.

— Так что там случилось с твоей риис, Эв? Вижу она жива и вполне себе здорова, — Беловолосый красавчик широко улыбался, но я чувствовала тревогу за его улыбкой. Да. Даже принцы порой волнуются.

Генерал вздохнул, хмуро на меня посмотрел, но ничего мне не сказал. Я разве в чём-то провинилась? Потом помолчал и начал рассказывать обо всём, что произошло за это время. Принц внимательно слушал, иногда задавая наводящие вопросы. Но при всём при этом, меня даже не спрашивали, как будто меня не существует. Или как будто это всё, о чём они сейчас говорят, происходило не со мной.

Ну и ладно, я не гордая, потерплю. Я отошла к окну, делая вид, что меня их разговор и вовсе не касается. Небо за окном нахмурилось тучами. Видимо, собирался дождик. А мне вдруг стало тоскливо. Совсем скоро уже кончится лето. Как я поняла — год и месяцы здесь считаются так же как у нас. И это будет моя первая осень в этом мире, а потом и зима. А потом придут какие-нибудь проверяющие и возможно я так и не увижу лета здесь, в этом замке.

Я сжала губы. Нет уж! Пока у меня всё хорошо, плакать я не буду. Не дождётесь! А то с таким настроением можно сразу вон, к тому же сейру Галинду идти. Что воля, что неволя…

Я помотала головой и отвернулась от окна. И тут же встретилась с внимательным взглядом принца. Он изучал меня, пристально и вдумчиво. А потом вдруг спросил:

— Сейврин Джулия, а вы что думаете по поводу покушения?

— Я? — Я растерялась. Вопрос принца застал меня врасплох. Что я могла думать? — Я думаю, что это какие-то враги моего супруга.

Нет, ну а действительно, кому ещё нужен генерал? Лицо важное, но, прямо скажем, не супер значительное. Или… Внезапная мысль вдруг заставила сердце быстрее забиться. Я подняла глаза и встретилась с изучающим взглядом принца. А Эверен наоборот смотрел куда угодно, только не на меня. Да что тут произошло, пока меня не было?

— На моего отца за последний месяц покушались шесть раз и он уже никому не доверяет. Тем более, что на меня не было ни одного покушения.

— Умелая игра. Ты не говорил этого, — вмешался в разговор Эверен.

— Да, всё выглядит именно так, будто это я желаю смерти моему отцу, — печально усмехнулся принц. — А ещё они потихоньку подбираются к оставшимся верными Его Величеству, людям. Несколько покушений было уже на главного советника, Садима, на главу безопасников, на королевского судью, и вот теперь на тебя и твоих родных. Причём всё выглядит так, будто это всего лишь межродовые разборки. Тебе ведь угрожали зелёные?

Эверен кивнул.

— Вот видишь. Я не удивлюсь, если руками зелёных попытаются убрать тебя. Тогда как на самом деле они просто марионетки. И всё намного серьёзней, чем нам кажется.

— Но пока они только угрожали и пытались убить Миврис, — Словно тень пробежала по лицу генерала.

— Ну, возможно, марионетки не всегда хотят играть по правилам, либо им позволяют пока делать то, что они хотят.

— Но зелёный дал магическое обещание, что никто из его родни к этому не причастен.

— Ты кажется забыл, — усмехнулся принц, — что уже давно род не считается роднёй. Поэтому отвечать он может только за свою родню по крови. А они, скорее всего, и не причастны к этому. Иначе бы не пустили этого дурака к тебе.

— Ваше Высочество! — Я внимательно слушала разговор двух мужчин и хотела прояснить для себя несколько вопросов, на которые Эверен вряд ли даст ответ.

— Да! — Ксаврин повернулся ко мне, а я успела заметить быстрый взгляд Эверена. Мне показалось, или в нём сверкнуло что-то странное, непохожее на его обычное равнодушие.