Чтение онлайн

Белинда повернулась на каблуках и направилась в свою комнату. Ито, у которого был жаркий поединок с Деем, повернулся, чтобы последовать за ней. Дей смотрел им вслед, сжав руки в кулаки. Мы с Эллой обменялись встревоженными взглядами. В роте были горячие головы, этих троих среди них не было.

Эдит вздохнула и потерла лоб.

— Предлагаю всем, приятно провести время в Дабскине, не считая дрейков. Желаю хорошо провести время сегодня и завтра. Отдыхайте. У нас впереди долгое лето.

***

За ужином Двенадцатая рота по-прежнему ела и играла в игры. Среди наемников настроение было, как всегда, легким — на первый взгляд. На самом деле, если бы я была посторонней, я бы не заметила, что что-то не так. Однако с тех пор, как я познакомилась с мужчинами и женщинами вокруг меня, я привыкла к некоторым вещам, таким как дразнящий смех Белинды и тихое бормотание Дея во время обеда. Ни один из них не присутствовал, и легкое напряжение в воздухе продолжало усиливаться во время еды.

Дело было не только в том, что они не разговаривали друг с другом, но и в том, что они были скупы в своих разговорах со всеми остальными. Было трудно притвориться, что все в порядке, когда обычно нежная Белинда огрызнулась на меня за то, что я предложила ей тарелку зеленых бобов с миндалем.

Единственной передышкой от напряжения была леди Фамай. Она опоздала к ужину вскоре после того, как Ито и Белинда ушли, а Люк уже исчез со служанкой. Этого было жалко. Люк оценил бы красоту леди Фамай. Сегодня она была завернута в невероятный лазурный шелк с золотой вышивкой. Рукава были элегантно расклешены на концах и выглядели тяжелыми.

— Она могла переодеться, — пробормотала Элла уголком рта, когда я указала на нее, но я шикнула.

Глаза леди были выкрашены в цвета, схожие с ее одеждой: голубые и золотые, отчего казалось, что ее глаза сверкают. Ее волосы были разделены на пряди, а затем собраны в красивый пучок на макушке, который был украшен свисающими кусочками золотой цепочки. Ноги, выглядывавшие из-под платья, были обуты в богато расшитые туфли. Она даже пахла великолепно, мягкий аромат сандалового дерева доносился от ее веера, который она использовала не только для охлаждения себя, но и для акцентирования своих слов, которых у нее было много.

В перерывах между длинными речами, которые слушали ее люди — Тимон, Гедда, Калеб и еще несколько мужчин и женщин, она аккуратно брала кусочки с тарелки. Я была слишком далеко от нее, чтобы расслышать, о чем они говорят, но один раз леди Фамаи, казалось, почувствовала, что я наблюдаю за ней. Она осмотрела комнату, прежде чем поймать мой взгляд. Когда она это сделала, она улыбнулась так мило, что мне пришлось улыбнуться в ответ, хотя она наклонила голову и веер, что означало, что я должна подойти. Это была слишком большая компания для таких, как я. Теперь, когда я знала ее истинное положение, а забыть его было невозможно, так как она была великолепно одета, я знала, что только выставлю себя дурой.

В любом случае, мы с Эллой играли в карты с несколькими другими посетителями гостиницы. У всех были карты, нарисованные красивыми, но простыми изображениями, такими как цветы, лягушки или кролики. Цель состояла в том, чтобы опустошить свою руку, получив как можно больше совпадений для этих карт, насколько это возможно. Это можно сделать, спросив оппонента, есть ли у него карта, которая соответствует твоей. Если у другого есть, то он должен был отдать ее тебе, но если нет, то он говорил: «иди, ищи еду!» — и тебе нужно было брать две карты из колоды в центре круга.

Группа игроков была небольшой, только я, Элла, Кассандра, а также двое мужчин, которые путешествовали вместе. Кассандра была добродушной женщиной, и она не хотела говорить о драматизме собрания компании, как некоторые могли бы, что было облегчением. Мужчины были рыбаками с юго-востока, и у них было много историй, и мы с Эллой чуть не плакали от смеха.

К тому времени, как я направилась спать, все свечи были зажжены. Кое-кто из ребят забрел на территорию «слишком много выпил», и хотя было забавно наблюдать, как они воют свои любимые баллады, мне не хотелось задерживаться там дольше. Некоторые люди стали слишком дружелюбны. Гарольд, на мой взгляд, стал слишком обидчивым.

Я была на полпути к своей комнате, когда пара рук легла мне на плечи и сжала. Поморщившись от отвращения, я толкнула его локтем назад.

— Думаю, что…

Я поняла, что это голос Эллы, но опоздала на мгновение, когда мой локоть ткнулся в ее мягкий живот.

Повернувшись к ней лицом, я увидела, что она отступила назад, когда удар пришелся в цель. Это уменьшило силу удара, но все равно было больно. Она издала болезненный звук, когда я взяла ее за локти. Она использовала обе руки, чтобы опереться на мои плечи, сгорбившись.

— Боги! Элла, мне так жаль, — выпалила я. — Я не знала, что это ты!

Она легонько ударила меня по голове.

— Я собиралась сказать тебе, что ты прекрасно выглядишь сегодня в новой одежде. А может, и нет.

Я улыбнулась. Если она может шутить, значит, не слишком сильно пострадала.

— Тогда я скажу. Ты тоже выглядела прекрасно.

Она такой и была. Когда я не пялилась на леди Фамай, я смотрела на нее. Где-то в сумках она хранила свободную черную тунику, оливково-зеленые леггинсы и прозрачный черный шарф, который обмотала вокруг волос и плеч, как это было модно на юге. Как и многие местные мужчины и женщины, она подвела глаза карандашом, на что у меня не хватило смелости даже попытаться. Она не была придворной красавицей, как эта леди, но весь ансамбль оживлял ее смуглую золотистую кожу. У нее был свой собственный вид привлекательного очарования, как у ее матери, который мне нравился больше.

Заметив, что я смотрю на нее, она многозначительно повела плечами.

— Ты так думаешь?

— Да, — сказала я внезапно охрипшим голосом.

Я поцеловала ее, нежно, с сердцем, застрявшим в горле. Это был порыв. Я так давно не целовала ее, что почти забыла, каково это. Даже по ночам в Форклаке, когда алкоголь придавал мне смелости, я держалась в стороне. Най однажды намекнула, что выпивка была основой моих чувств к Элле. Это заставило меня сомневаться, даже спустя месяцы после того, как она произнесла их. Но сейчас я была трезва.

Элла запрокинула голову. Ее глаза расширились от удивления, когда она посмотрела мне в глаза. То, что она там нашла, должно быть, ее удовлетворило. Ее губы были сильными и мягкими, когда она поцеловала меня в ответ. Когда у меня закружилась голова, не без удовольствия, я снова отстранилась. Наши глаза встретились, и я почувствовала толчок в животе. То, как она смотрела на меня, вызвало жар на шее и щеках.

Когда она поцеловала меня снова, одно чувство продолжало возвращаться… что это было правильно, что поцелуи и ласки никогда не были правильными ни с кем прежде. Боги, раньше мы даже не чувствовались так хорошо вместе. В прошлом, я всегда чувствовала себя неловко и неуверенно. У нас никогда не было подходящего времени. Время пришло прямо сейчас.