Чтение онлайн

Когда командир ушел, Белинда вздохнула, все еще держа руки над раной Эллы… вернее, там, где была рана. Кровь все еще была на месте, но под ней теперь виднелся шрам, который медленно таял, превращаясь в розовый гребень, а не в рваный порез.

— Как? — спросила я.

Белинда покачала головой.

— Люди всегда думают, что могут обмануть наемников. Я видела это в столице со стороны знати и видела это со стороны наемников. Они втягивают нас в то, на что мы не подписывались, и ожидают той же цены или обвиняют нас, когда происходит что-то плохое. О-о, вот и оно, начинается самое трудное.

Хватка Эллы сжалась на моей руке, когда мышцы под ее кожей начали соединяться с неестественно быстрой скоростью. Я стиснула зубы, отказываясь отдернуть руку. Когда Белинда наконец убрала свои руки, боль почти исчезла со лба Эллы. На месте раны, которая была там несколько минут назад, остался неровный розовый шрам.

— Спасибо, — пробормотала Элла. Прочистив горло, она вслепую нащупала фляжку. Когда она не сделала и двух попыток, я взяла на себя смелость расстегнуть ее и вложить холодный металл ей в руку. Она сделала глоток и открыла глаза. — Честно говоря, ты просто спасатель.

Белинда подмигнула.

— Ты так говоришь только потому, что никогда не видела моего счета. Теперь я собираюсь вылечить Виктора. Он повредил плечо. Ты хочешь, чтобы я это сделала? — Она похлопала себя по щеке, показывая на порез на щеке Эллы.

— Нет, сама заживет.

Белинда неодобрительно скривила губы и быстро провела пальцем по порезу.

— Я выжигаю инфекцию, — выругалась она, когда Элла начала протестовать. — Ты можешь оставить свой проклятый боевой шрам, но я не позволю твоей щеке сгнить. Думаешь, когти нашего друга были чистыми? Не забудь промывать рану. Рано или поздно. — Рассердившись, Белинда перешла к следующему пациенту.

— Спасибо! — крикнула ей вслед Элла. Положив голову в кожаном шлеме мне на плечо, она пробормотала. — Мне просто нужно… закрыть глаза, — она широко зевнула, на мгновение. И быстро задремала.

Я улыбнулась Люку, который сел рядом с нами. Он сжал мое плечо и одними губами произнес.

— Ты была великолепна.

— Спасибо, — ответила я одними губами.

Никто из нас не говорил вслух, не желая беспокоить друга. Хотя рана была незначительной, ее тело нуждалось в отдыхе. Когда я сломала руку, Эндрю объяснил, что исцеление требует силы не только от мага, но и от пациента, поскольку тело работает, чтобы не отставать от того, что магия просит делать. Вот почему даже самый сильный маг не мог сохранить жизнь человеку, если его тело не было достаточно сильным, чтобы помочь в борьбе.

Ну, если только этот человек не был некромантом. Или кто-то другой готов принять огромное количество силы от других живых существ.

Мысль о мастере Ноланде заставило руки покрыться мурашками. Был ли это древесный дым на ветру? Принюхиваясь, я украдкой огляделась. Там. Из трубы, расположенной несколькими улицами ниже, струился копотливый дым.

Облегчение затопило меня, и я мысленно встряхнулась. Почему я ищу неприятностей? Мастера Ноланда не было здесь, на ярком солнце, да и зачем ему быть здесь? Я даже не могла представить его среди этого песчаника, оштукатуренных зданий и песка. Не то, чтобы я точно знала, как он выглядит, кроме того, как он был описан мне — старик в плаще с капюшоном, но…

Храп сорвался с губ Эллы, отвлекая меня от этих мыслей. Я повернула голову, чтобы посмотреть, слышал ли Люк. Он слышал, и мы обменялись улыбками. Обычно Элла гордилась тем, что не храпит; должно быть, она устала.

Исцеление Виктора закончилось за полсвечки, и солнце уже начинало чувствовать себя неуютно без навесов, под которыми можно было спрятаться, когда, наконец, подъехал Аньо на желтом мерине. Он резко натянул поводья при виде голов дрейков, сложенных на открытом месте, чтобы все могли их видеть. Несколько местных жителей выглядывали из-за углов зданий, но они рассеялись при появлении знати.

Мерин жалобно заржал и попятился на несколько шагов назад от запаха и вида останков. Аньо взял его под контроль, затем спешился. Не глядя, он передал поводья человеку, который бежал за ним. Несколькими большими шагами он достиг Эдит.

— Что это? — Напыщенное негодование в его голосе было явно и отчетливо слышно. Ушел тот спокойный человек, что был утром, и его близость к нашему лидеру переступила черту вежливости. Эдит не двигалась.

Заговорил Калеб, поравнявшись со своим командиром. Голос у него был приятный, но глаза — стальные.

— Вы хорошо знакомы с дрейками, добрый сэр. Это головы дрейков.

— Я вижу, — пробормотал мужчина, покраснев под золотистой кожей. — Что они делают здесь, на улице?

— Ну, было бы невежливо нести их обратно в гостиницу. — Калеб наклонил голову. — Мы решили подождать вас здесь.

— Да, но почему… — Аньо замолчал. Его взгляд был прикован к чешуйчатым головам. Новорожденных выбросили из сумки рядом с родителями. Ни одна из этих голов не была больше рукояти меча Эдит. Рядом с ними родители выглядели массивными. Его брови нахмурились, когда он окинул их взглядом. Его губы двигались, считая. — Это неправильно.

Одна бровь Эдит изогнулась вверх.

— Именно наши мысли.

— Не должно быть никаких родителей. Охранники убили родителей кладки, для убийства которой вас наняли.

— Так нам сказали, — согласился Калеб.

— Вы охотились здесь? В Восточном округе?

Эдит кивнула.

— Они были определены у основания технического туннеля, к юго-западу от главного входа, но все еще в пределах Восточного района.

Аньо покачнулся на пятках. Он хмыкнул, щелкнув пальцем в сторону мальчика, который держал его лошадь. Мальчик достал из седельной сумки Аньо пергамент, перо и стеклянную банку с чернилами цвета индиго. Он подтащил их к хозяину, согнувшись в поясе так, чтобы его спина могла служить столом. Элла все еще спала, но я заметила, что Белинда и Ито обменялись презрительными взглядами. Было ли это из-за слуги или советника, я не была уверена.

После того как Аньо нацарапал сообщение и подул на чернила, чтобы высушить их, он свернул пергамент и протянул мальчику.

— Макай. Он находится в теплице, наслаждаясь завтраком, без сомнения. Его слуга скажет, чтобы его не беспокоили. Все равно передай ему. — Мальчик послушно кивнул и отправился бегом.

Прежде чем он завернул за угол, я поняла, что он без обуви. Я подняла брови. Я не была уверена, достойно ли восхищения или жалости, что он так привык бегать босиком по раскаленной земле, что мог делать это, не обжигаясь.

Эдит наблюдала за всем этим с мягким выражением на лице. Теперь, глядя в ту сторону, куда убежал мальчик, Аньо прочистила горло.

— Нам не заплатили за двоих взрослых, мастер Аньо из Дабскина. — Слова сорвались с ее губ, как тяжелые камни.

Аньо вскинул голову в удивлении.

— О, деньги. Мое извинение. Очевидно, вы нашли отдельный ход от того, который должны были расчистить. Естественно, мы компенсируем вам и это.

— Естественно. — Улыбка Эдит была почти беззвучной. — Нам также понадобится несколько дней отдыха, прежде чем мы снова отправимся в канализацию к первоначально намеченной каменоломне. Двое из моих людей были ранены в этом сюрпризе. Им нужно время, чтобы их исцеления затянулись.