Чтение онлайн

— Да уж, нам с любимым лучше на узкой дорожке не встречаться. Любовь у нас такая страстная, что, боюсь, твой трактиришко не устоит — на головы гостей рухнет.

— А я об чём! — совсем по-бабьи всплеснул руками Ждан. — Лучше тебе в другом месте эту сволоту подстеречь, когда он ждать удара в спину не будет.

Вот же дурень старый! Или он Лордина не знает, который всегда настороже, словно уличный кот. Да, и я, прежде чем вырезать ему сердце, хочу в зелёные кошачьи глаза поглядеть. Страх там отыскать, или, может быть, сожаление. Любопытно, конечно, что за сорока такая умная Ждану весточку нашептала. Видела я давеча, когда полы намывала, что возле хозяина пьянчужка лохматый крутился. Недавно у нас появился этот бродяга. Жил подаянием, ночью пил, а днём под заборами спал. Я-то думала, он стопку горькой клянчил, а оказалось, что наушничал, паразит. Именно после его ухода Ждан в ленивую задумчивость впал, и даже мой летающий веник не заметил.

Сборы много времени не заняли. Единственное моё богатство — шкатулку со старыми свитками я замотала в платочек, доставшийся мне от Синильи. Старуха, умирая, умоляла меня платок сберечь, уверяя в какой-то там его ценности. Я, честно говоря, ничего интересного в этом куске алой ткани с узелками на концах не видела, но с собой всё же таскала, как память о человеке действительно меня любившем когда-то. Сунув свёрток в кожаную сумку на длинной ручке, я с тоской пересчитала медные монетки. Не густо, даже трёх серебрушек не набралось. Натянув сапоги на пару размеров больше, чем требовалось, да накинув на плечи старый чёрный плащ с цветными заплатками, я со вздохом присела на край койки, чтобы собраться с духом перед дорогой. Куда идти ещё не решила, но выбор был невелик, так что верила — путь уж как-нибудь сам отыщется, если я, конечно, не решусь всё же задержаться и со своим суженым посвиданничать. Впрочем, я понимала, что встречаться с Лордином имея в руках лишь небольшой, пусть и острый, нож достаточно глупо. Он меня голыми руками придушит, я и пикнуть не успею. Так что долгожданную встречу, пожалуй, придётся отложить до лучших времён. Повертев в руках нож с искусно вырезанной деревянной рукояткой, я мысленно поблагодарила заезжего торговца за такую полезную вещь. Правда, нож пришлось вытащить у него из спины, обнаружив несчастного выпивоху плавающим в канаве. Кошель у покойника был уже кем-то аккуратно срезан, а вот нож ребятки вынуть побрезговали, а может, просто торопились, боясь потерять богатую добычу, уступив более сильным противникам. Ну, я мимо такой добротной вещицы проходить не стала, справедливо рассудив, что нож в спине торгашу уж точно без надобности. Сапоги, кстати, покойнику теперь тоже вряд ли могли пригодиться. Конечно, чтобы удобнее в них себя чувствовать, пришлось обмотать ступни кухонными полотенцами. Но всё равно босиком топать мне было бы намного тоскливее. Это уж я по опыту знала.

Когда собралась уже покинуть целый год бывшую моей каморку, ранее служившую кладовкой, в скрипучую дверь тихо постучали. Я насторожено вскинула голову. В щель просунула свой курносый нос малышка Аглая. Пугливо отводя глаза от моего удивлённого лица, девка протянула мне небольшой узелок и сбивчиво прошептала:

— Верна, мы тут с девчонками тебе одежду в дорогу собрали. Немного белья, штаны и пару рубах. Не новое, конечно, но всё чистое. Кое-что своё отдали, другое от ухажёров завалялось. А Мальва ещё и бусы стеклянные в подарок передала, в надежде, что ты за ум возьмёшься и мужика себе хоть немного порядочного найдёшь.

Я нервно хихикнула от смущения, принимая неожиданный дар. Дуры девки, но добрые, хоть и потаскухи. И когда только прослышали про моё выдворение?

Аглая кивнула на прощание и, уже уходя, бросила через плечо:

— А если порешить Лордина решишься, то мы наудачу за тебя кулаки держать будем.

Да уж, не только мне успел насолить мой любимый. Не одна я о его безвременной кончине мечтаю. Да, и за что его любить, коли он человеческую жизнь меньше пыли под ногами ценит. Лишь за косой взгляд готов горло перерезать, и тут же забыть об убиенном, словно его и не было никогда. Я глухо выдохнула, справляясь с приливом ненависти, смешанной со странной, почти болезненной любовью. Объяснить это дикое чувство я даже не пыталась никогда. Забыть его мечтала. Но вряд ли это получится, пока он жив. Не знала также, смогу ли забыть, когда его не станет. Но я буду стараться, очень буду.

Трактир покидала через заднюю дверь, честно считая, что со всеми уже попрощалась. Ждать до рассвета не хотела. Ночь была тёплой, луна светила ярко и тени меня не пугали, ведь я уже долгое время сама была этой тенью. Ждан меня удивил во второй раз, перехватив у самого порога. Я даже забеспокоилась, как бы из-за таких чудес дождю не случиться. Старик воровато поплевал мне на макушку, то ли благословляя ну совсем по-отцовски. Видать, в роль вошёл. То ли от сглаза заговаривая, как престарелый знахарь Фрай, что жил у городских ворот. После чего, Ждан неуверенно натянул мне на оплеванную голову свою старую шапку, похожую на грязный котелок, нестерпимо воняющую чесноком.

— На удачу, ну и от холода сгодится, — рассеяно проворчал старик, явно сам себе удивляясь. Я застыла истуканом, забыв стянуть вонючий головной убор. А толстяк тем временем сунул мне в руки заплечный мешок, тяжёлый на вид, и глухо пояснил:

— Перекус на первое время. На дне пара серебрушек в узелке и склянка с лечебной мазью от знахаря. Старикан сказал, что от всех болей лекарство помогает, и даже мёртвого из могилы поднять может. Врёт, поди. Но выбрасывать не торопись, может, что и залечит.

Я перестала гадать, что случилось с моим хозяином. Выглядит, словно головой ударился, а подлечиться позабыл. Знала бы, про такой припадок доброты, ещё раньше в дорогу собралась. Или он обрадовался, что додумался от меня избавиться, наконец. Не раз ведь ворчал, что я своими чудными зенками его гостей пугаю и засиживаться за выпивкой долго не даю. Как бы там ни было, но его пухлую руку я на прощание искренне пожала. За такой приступ неслыханной щедрости и поблагодарить от души не жалко. Уже успела шагнуть в темноту, как расслышала его тихое напутствие:

— Коли Лордина убить удастся, вертайся. Я тебе за такое доброе дело злотником одарю.

— За что ты его так ненавидишь? — спросила не оборачиваясь. — Я думала, сильнее моей ненависти не сыскать.

— Он сына моего единственного со двора свёл. Сманил лёгкой жизнью в столице. Ушёл сын и как в пропасть канул. Не стало у меня наследника. Лордина твоего многие ненавидят, но боятся очень. Я так и не решился спросить, что с сыном стало. Даже ни разу в его звериные глаза не глянул. Ты одна его не боишься. Может и правда, с драконами в родстве. Если бы они существовали, я бы тебе поверил.

— Правда, — еле слышно хмыкнула я, не заботясь о том, услышал ли меня старый Ждан. А про себя прибавив:

— Я его не боюсь. Это ему бояться меня следует. Ведь я, одна из немногих, ведаю о нём много больше, чем он хочет показать. Лордин из рода полуночных котов ещё в ранней юности украл моё сердце, навсегда лишив душу покоя.

Пусть говорят, что заклинатели такая же легенда, как и драконы, я-то знала, что они существуют. Не случайно их, способных подчинять своей воле опасных хищников, прозывали котами. И пусть у Лордина девять жизней, как он бахвалился порой, только вряд ли он сможет долго их листать, лишившись головы. А лживое сердце убийцы я оставлю себе на память, как воспоминание о первой и, может быть, единственной моей любви. Ведь если верить старым дневникам, драконы любят лишь однажды и остаются с этим чувством навсегда. А я точно знала, что во мне течёт кровь драконов и древних королей. С моей смертью их род оборвётся. Но я пока ещё не умерла, и надеюсь, что в ближайшее время покидать этот мир не придётся.

2. Начало пути.

Дорога потянулась к моим ногам, словно только и ждала, когда я соберусь приласкать её здоровенными мужскими сапогами, упрямо выбивающими пыль из серой ленты, убегающей в неведомую и скорее всего опасную даль. Как жаль, что я не могла помахать рукой опостылевшему городишке, так же скоро, как я это сделала надоевшему до оскомины трактиру под звучным названием «Драконье логово». Всегда ухмылялась, читая перекошенную вывеску с кривыми буквами. Сам Ждан даже в драконов не верил, но своё питейное заведение горделиво их домом назвал. Припомнилось, как ехидно ухмылялся Лордин, оставляя меня здесь год назад.

— Тебе ли жаловаться, Вернушка, — пропел он тогда, насмешливо кривя ярко алые, словно окровавленные, губы. — Не ты ли себя родственницей драконов величаешь? Я всего лишь доставил тебя в родное гнездо. Вон же красным по белому написано о том, что это именно драконьи хоромы. В них, правда, людишки проживают, ну так и ты далеко не дракониха, так что нечего нос воротить. А то, что я с хозяина за тебя деньгу стребовал, извиняй — дорожные издержки, знаешь ли. За благополучную доставку твоего неказистого тельца в безопасное место тоже платить нужно. Тебе ведь известно, что благотворительностью я принципиально не занимаюсь.