Чтение онлайн

Накрытый на двоих стол теперь казался слишком большим, она сама не могла ответить, почему так. Ведь раньше ела за ним – и все было хорошо. А значит, и сейчас надо…

Соня приблизилась к своему месту, коснулась приглашающего артефакта, и в столовую тут же вошли слуги. Один отодвинул ей стул, другой снял крышку блюда, поинтересовался, какой напиток предпочитает тэрн-ари. Соня выбрала ягодный морс, которым тут же наполнили ее бокал.

Расстилая на коленях салфетку, она прикоснулась к приборам. Украдкой бросив взгляд на сервированное второе место, которое сейчас пустовало. Сама не понимая, почему впервые за долгое время после ухода Сезара она чувствует не облегчение, а острое, саднящее одиночество.

Люциан Драгон

– Драгон, может, ну его? – уточнил братец Ленор, глядя почему-то за его плечо.

– Ну его?

– Все-таки это… существо… ну, ты ему доверяешь?

Люциан приподнял брови.

– А ты? Это ты, между прочим, меня с ним свел.

– Сейчас все изменилось, – произнес Макс.

– За два дня?

– Да не за два дня. После случившегося. Откуда ты, например, знаешь, что он не использует тебя в своих целях? И почему такая секретность? Ты в моем доме, и он в моем доме. Который, между прочим, накроет сетью и здесь появятся боевые маги… Ты хоть понимаешь, что опять начнут говорить, что в доме Ларо опять мутят что-то с темной магией? Родителей, конечно, оправдали, но Хитар…

– Так. Мы вроде все обсудили. Секретность – потому что это тайна твоей сестры, – Люциан сунул руки в карманы. – Захочет – все сама тебе расскажет, не захочет – тут я бессилен. Ее заставить что-либо делать невозможно. Всю ответственность за происходящее я беру на себя. То есть с боевыми магами общаться буду я, а не ты.

– Да они мгновенно появятся. И Альгор…

– Мне хватит нескольких мгновений.

Макс как-то тяжело вздохнул, но только махнул рукой.

– Как знаешь.

Люциан пристально посмотрел на него, но тот больше не сказал ни слова.

– Где кабинет ты тоже знаешь.

Это было что-то новенькое, но Макс за ним не пошел. Напротив, взлетел по лестнице наверх, оставив его одного. Нахмурившись, Люциан посмотрел ему вслед, а после направился знакомой уже дорогой в кабинет, который когда-то принадлежал отцу Ленор, после Равену, а теперь его занимал Макс. Сдаваться он точно не собирался, хотя защитные меры, конечно, добавляли определенного рода сложности. В частности, потом наверняка придется объясняться с отцом, но это он как-нибудь переживет. Зато Лена будет знать правду. Ну а сложности… они всегда были, есть и будут.

Надо было, конечно, делать это сразу. Но сразу не получалось: на выходные Лена уезжала с драховым Альгором на острова. Уже одна эта мысль сводила с ума, даже если не развивать ее дальше. Ко всему привыкаешь, но привыкнуть к тому, что твоя женщина… точнее, женщина, в которую ты до безумия влюблен, с другим, не получится никогда. По крайней мере, ему это не удавалось.

Если честно, Люциан смутно представлял, что будет – после того, как Дракуленок откроет ей правду.

Смешное имя. Жуткий зверь. Но Лена обладала такой особенностью: все самое жуткое делать светлым. Даже непонятно, как он мог настолько заблуждаться по ее поводу. Непонятно, как в ней вообще уживалась эта темная магия, но без разницы. Темная, светлая, Люциан давно понял, что для него это не важно.

Она такая, какая есть. И она нравится ему такой. Хотя «нравится» – не то слово.

– Ты на своей Ленор Ларо помешался! – выдала ему Амира во время их последнего разговора.

Какое-то время они вообще не общались. После того случая, когда он пролетел мимо нее и ее родителей в кабинете, когда ее собирались отчислить. Якобы собирались. Эстре на это все-таки не пошла, что в очередной доказывало: у ректора все-таки есть мозги. Не совсем она повернутая на дисциплине и правилах. Случись, конечно, ей все-таки попытаться Амиру отчислить, Люциан использовал бы все ресурсы, чтобы этого не случилось, но пронесло. Амира же обиделась на то, что он просто бросил ее в тот раз и долгое время с ним не разговаривала.

Ночью, когда Люциан встречался с Дракуленком, все изменилось. Она написала, что была неправа, сказала, что хочет поговорить. Вот во время их разговора на следующий день, когда он объяснил, что узнал кое-что важное о близком друге, что ему нужна помощь, поэтому так и ушел, Амира спросила:

– Ему или все-таки ей?

– Даже если ей, какая разница?

– Разница большая! Ты на своей Ленор Ларо помешался.

Потом она, правда, извинилась. Сказала, что очень расстроилась и перенервничала, когда речь зашла об отчислении, а еще – что ей здорово досталось от родителей. Несмотря на сильную магию, дела у них в последнее время шли не очень, и узнав о том, что дочери грозит отчисление, они, мягко говоря, не обрадовались.

– Мне запретили с тобой общаться! – воскликнула она, почему-то отводя глаза.

– Так ты поэтому меня избегала?

– Нет. Я… мне просто было очень больно, Люциан. Я думала, что я тоже твой близкий друг. – Это было совершенно искренне, а в синих глазах даже сверкнули слезы, и ему вдруг стало стыдно. Драх его знает, откуда это чувство взялось, раньше оно в нем в принципе не водилось.

– Я сожалею, Амира, – искренне произнес он. – Я правда очень тебя ценю, ты потрясающая.

– Но я не Ленор, – пробормотала она.

– Ты не Ленор, – подтвердил он. Не стал отшучиваться, сворачивать с разговора или вообще игнорировать, как раньше поступал со всеми своими девчонками. Тем более что дружба с ней – никакая не дружба, вполне очевидно, что она просто в него влюбилась. Такое уже случалось, точнее, такое случалось постоянно, и раньше ему было плевать. Но не с Амирой. Во-первых, она отчаянно напоминала ему сестру. Во-вторых, чужие чувства – это не игрушка. Стоило ощутить это на себе, чтобы понимать, как не стоит поступать с другими. Поэтому Люциан произнес: – Я пойму, если ты не захочешь дальше общаться.

– Я… что? Нет! – Амира покачала головой. – Нет, Люциан, давай просто… Давай останемся друзьями, хорошо? Даже если я тебя не так поняла, я все не так поняла… для меня это очень важно!

Она смотрела ему в глаза, и Люциан сразу понял, что дружбы у них не получится. Девчонка была влюблена в него по самую макушку, а он это допустил. Не просто допустил, еще и поощрял. Ничего нового в общем-то. Но вместо того, чтобы как обычно ее отфутболить (смешное словечко из мира Лены), он произнес:

– Хорошо. Будем друзьями.

Пройдет время, Амира найдет себя парня и поймет, что ей самой эта дружба не очень-то и нужна. А пока… пока пусть будет так. Причинять девушке еще больше боли ему не хотелось.

Вернувшись в реальность, он толкнул дверь в кабинет Макса и вошел. Закрыл ее на замок. Накинул Cubrire Silencial, и только после этого посмотрел на виритта. С Леной он не говорил с того самого дня, как они поругались из-за Альгора. Ходили друг мимо друга, как чужие. Что, если за это время он и впрямь стал для нее чужим? Что, если она не ответит?