Чтение онлайн

– Лена, что это?! Что с ней! Верни эту связь! Ты должна ей помочь! – Соня вцепилась в меня и трясла, как грушу, пока я пыталась справиться с нахлынувшим на меня холодом. – Лен-а-а-а-а! Не смей молчать! Там моя мама умирает! Из-за тебя!

Последнее привело меня в чувство, и я перевела взгляд на зареванную подругу.

– Не смей, – сказала холодно, – обвинять меня в этом.

Мои слова поглотило шипение открывшегося портала, в который шагнул Валентайн.

– Что здесь произошло?! – Он окинул взглядом меня, Соню, ритуальное блюдо.

– Темная магия, – это ответила я. Спокойно встретившись с его бушующим взглядом.

– Да уж вижу.

– Там моя мама умирает! – заорала уже на него Соня. – Вы хоть понимаете это! Сделайте что-нибудь! Верните ее! Помогите ей!

– Лена больше не сможет открыть переход, – жестко произнес Валентайн. – Просто потому, что ее уничтожит тьма. Ты что, не видишь, что с ней происходит?!

Соня бессильно отшатнулась, а Валентайн положил руку мне на плечо. Тело ощущалось чужим, пустым, невесомым, его прикосновения я даже не ощутила. Просто увидела.

– А ты? Ты же можешь что-нибудь сделать?! – крикнула подруга. – Открой этот долбаный портал между мирами, Альгор! Ты должен…

– Я никому ничего не должен, девочка, – холодно произнес он. По-прежнему держа меня за плечо, открыл портал в наш дом, и я снова оказалась голой. В его руках.

Знакомое чувство, а вот ощущения другие. Я была словно снова заперта в своем теле, только не благодаря Ленор, а благодаря темной магии. Все, что со мной происходило, воспринималось странно, будто со стороны.

– Что ты сделала, Лена? Быстро. Говори, что произошло, – Валентайн всмотрелся в мое лицо.

– Сонина мама упала, и я не удержала заклинание. Оно разорвалось, и чтобы спасти Соню, я втянула в себя всю тьму.

Сознание выпадало: частями, целыми эпизодами из жизни – и возвращалось вновь. Я более-менее пришла в себя в ванной, где меня оплетали серебро и черные нити, вот только сейчас, в отличие от прошлого раза, я забилась в руках Валентайна.

– Не смей! Не трогай! Отпусти! – пытаясь вырваться, я расплескивала воду, по-прежнему не чувствуя себя.

– Лена, это не ты, это тьма. Ее слишком много, дай мне тебе помочь!

Я закричала еще сильнее, но Валентайн держал крепко. Кажется, впервые за долгое время я почувствовала холод, озноб, увидела, как взлетают вверх ленты тьмы, как она собирается и клубится в глазах удерживающего меня мужчины. После озноба началось покалывание, и меня затрясло. Теперь его руки на теле ощущались, как раскаленные кандалы, поэтому я закричала уже от боли. В прошлый раз это было красиво, сейчас – страшно. Мне казалось, что я умираю, что из меня вытягивают мою суть, а потом все закончилось. Так же резко, как началось.

Меня все еще трясло, но Валентайн уже заворачивал меня в халат и нес в спальню. Там завернул нас двоих в одеяло, прижал к себе.

– У тебя отравление тьмой. Скоро все пройдет.

С губ сорвался смешок. Интоксикация тьмой. Такой, типа, местный клуб анонимных темномагоголиков. Чутка перебрала, с кем не бывает. Я подавила желание расхохотаться и замерла в его руках. Слушая биение сердца – его, отдающееся в мое, моего – отдающегося в его.

– Как ты додумалась все это провернуть сама?

– Соня попросила. Ей было очень плохо, очень-очень. Это сейчас она помирилась с Сезаром, а до этого… беременная, отчаявшаяся, одинокая. Она моя лучшая подруга. Что я должна была сделать?

– Прийти ко мне?

– Я не могу бегать к тебе по любому вопросу.

– Если это связано с темной магией – можешь.

– А если это связано со мной? – Я повернулась в его руках, посмотрела на него. – Это моя магия, моя сила. Ты не можешь вечно защищать меня от нее. Не можешь постоянно ее блокировать, боясь, что…

– Я не собираюсь ее блокировать, Лена.

От неожиданности я замолчала, а Валентайн добавил:

– То, что ты сделала – сама восстановила заклинание, это невероятно.

– Я не просто восстановила, – буркнула я. – Я еще и добавила туда возможность поговорить, слышать и слушать друг друга.

Он на мгновение замолчал. Молчал долго и смотрел на меня так, что я предполагала очередное чтение морали или новую ссору, вместо этого Валентайн произнес:

– Еще более невероятно. У тебя талант.

Хорошо, что я лежала, а то моя челюсть оказалась бы на полу. Сейчас же ее нежно поддерживала подушка.

– Это что? Ты меня сейчас похвалил?

– Не должен был?

Он притянул меня к себе, положил ладонь на голову, высушивая волосы. В тему, потому что из распахнутого настежь окна потянуло холодом, а я как раз снова научилась его ощущать.

– Думала, ты будешь рассказывать, что это опасно, что я безответственная, и все такое.

– Нет. Не буду. Ты права, это твоя сила, это часть тебя. Так же, как моя магия – часть меня. Долгое время я считал, что она мешает мне жить, но сейчас я понимаю, что это я сам мешал себе жить. Мешать жить тебе я не хочу.

Я посмотрела ему в глаза. Не ощущая ровным счетом ничего. Это было странно, поскольку я как минимум должна была злиться за то, что он сделал с моей памятью, но… мне было все равно. Настолько все равно, что мне бы сейчас порадоваться. Мне казалось, что тогда, в прошлом, это было несоизмеримо больно. Знать, что любимый мужчина спал с другой, не узнал тебя, ничего не сделал, чтобы… чтобы – что? Валентайн и так постоянно делает все исключительно ради меня.

– Почему ты на меня так смотришь? – произнес он.

– А ты прочитай мои мысли.

Валентайн нахмурился:

– Что-то не так, Лена? Ты на меня злишься?

Хотела бы я.

– Да нет, – я пожала плечами. – Мы можем чем-то помочь Сониной маме?

– Нет. Забрать ее сюда мы не можем, дотронуться до нее в том, другом мире, тоже.

А твой отец мог бы… наверное.

Мысли текли совершенно иначе, как-то удивительно равнодушно. Но даже сам факт этого я отмечала через странное равнодушие. Как там сказал Валентайн? Отравление тьмой?