Драконы осенних сумерек
Шрифт:
— Стоит ли теперь идти в Гавань? — обращаясь к Танису, спросила Золотая Луна. — Чего доброго, там не лучше, чем здесь. И откуда вам знать, существует ли еще Совет Высоких Искателей?
— Хотел бы я это знать, — вздохнул полуэльф. И потер глаза: — По-моему, самое лучшее — попробовать добраться до Квалинести…
Разговор успел наскучить Тассельхофу; зевая, кендер откинулся к спинке стула. Ему не было никакой разницы, куда идти. С интересом оглядывая грустно изменившуюся гостиницу, Тас мечтал посмотреть, что осталось от разрушенной кухни; увы, Танис загодя строго-настрого наказал ему сидеть смирно, и кендер — делать нечего — принужден был ограничиться созерцанием других посетителей.
Его внимание немедленно привлек незнакомец в плаще с капюшоном, сидевший у двери. Тот пристально разглядывал друзей, явно ловя обрывки их разговора. Вот Танис вновь сверх меры повысил голос:
— Квалинести…
Незнакомец со стуком поставил на столик кружку недопитого зля. Тас хотел уже было обратить на него внимание Таниса, но в это время из кухни вынырнула Тика и, ловко уворачиваясь от когтистых лап драконидов, поставила перед ними поднос с едой. И снова подошла к спутникам.
— Можно еще картошечки? — застенчиво попросил Карамон.
— Конечно! — Улыбнувшись ему, Тика подхватила сковородку и вернулась на кухню. Карамон почувствовал взгляд Рейстлина, отчаянно покраснел и принялся вертеть в руках вилку.
— В Квалинести… — повторил Танис, споря с рыцарем, упорно стремившимся на север.
Тас увидел, как незнакомец покинул свой угол и направился к ним.
— Танис, гости идут, — негромко сказал кендер.
Разговор мгновенно прекратился. Все уткнулись в свои кружки, спинами ощущая приближение чужака. Танис клял себя за то, что с самого начала не пригляделся к нему…
…чего никак нельзя было сказать о драконидах. Один из них вытянул когтистую заднюю лапу, подставив незнакомцу подножку. Тот споткнулся и, падая, неловко схватился за край соседнего столика. Дракониды пьяно заржали. Потом…
— Эльф! — зашипел один из них и рывком сдернул с незнакомца капюшон. Все увидели миндалевидные глаза, остроконечные уши и тонкие, мужественные черты знатного эльфа.
— Дайте пройти, — сказал он, пятясь и поднимая руки. — Я всего лишь хотел поздороваться с этими путешественниками…
— Придется тебе поздороваться с Младшим Командиром, эльф, — прорычал драконид. Вскочив, он схватил незнакомца за грудки и отшвырнул его к стойке. Двое других драконидов надрывались от смеха…
Тика, появившаяся из кухни со сковородкой в руках, бесстрашно пошла прямо на драконидов.
— А ну-ка прекратите! — крикнула она, ловя одного из них за лапу. — Оставьте его в покое! Он такой же клиент, как и вы!
— Не твое дело, девка! — Драконид отпихнул Тику прочь и дважды ударил эльфа в лицо кулаком. Брызнула кровь. Эльф зашатался.
— Прикончи его! — заорал кто-то из северян. — Пускай повизжит, как те, другие!
— Выколю-ка я ему для начала раскосые бельма… — Драконид вытащил меч.
— Ну хватит! — Стурм первым ринулся вперед, за ним — остальные. Правду сказать, спасти эльфа они почти не надеялись: они были слишком далеко. Но помощь подоспела с неожиданной стороны. Тика Вейлан с яростным криком обрушила тяжелую железную сковородку на голову монстру.
Удар был точен. Мгновение драконид смотрел на Тику остановившимися глазами, потом растянулся на полу. Двое оставшихся бросились к девушке. Эльф выхватил нож. Подскочивший Стурм оглушил ближайшего драконида ударом меча плашмя. Карамон схватил второго и, как перышко, швырнул его через стойку.
— Речной Ветер! Дверь! Не дай им уйти! — крикнул Танис, видя, что хобгоблины вскакивают со стульев. Варвар перехватил одного, уже тянувшегося к ручке двери, но второй вырвался и все-таки убежал. Было слышно, как он вопил, призывая стражу.
Умело действуя сковородкой. Тика оглушила мелькнувшего хобгоблина, но другой вовремя заметил двинувшегося к нему Карамона и опрометью выскочил в окошко.
Золотая Луна поднялась на ноги.
— Сделай что-нибудь! — обратилась она к Рейстлину. — Где твое волшебство?..
— Я не намерен зря тратить силы, — прошептал тот. — Все равно без толку…
Золотая Луна наградила его гневным взглядом, но маг невозмутимо прихлебывал свое питье. Закусив губы, девушка подбежала к Речному Ветру, прижимая к груди сумку с бесценными Дисками Мишакаль. Было слышно, как снаружи, на улице, истошно ревели рога.
— Надо бежать! — сказал Танис, но тут один из воинов-северян обхватил его сзади за шею. Они рухнули на пол. Тассельхоф издал дикарский боевой клич и, вскочив на стойку, стал швырять в Танисова противника кружки, едва не попав при этом в самого полуэльфа.
Флинт стоял среди разгрома, всматриваясь в лицо эльфа-чужака.
— А я тебя знаю! — сказал он вдруг. — Танис, да ведь это же…
Кружка, угодившая в голову, замертво уложила гнома на пол.
— Ой… — пискнул Тас.
Танис между тем слегка придушил северянина и оставил его без чувств валяться под столом. Подхватив Таса, он поставил его на пол и склонился над гномом, который, стеная, пытался подняться.
— Танис, этот эльф… — Флинт затряс головой и спросил: — Кто это меня?
— Вот тот здоровяк — видишь, лежит под столом! — немедля указал Тас.
Танис выпрямился и повернулся к эльфу:
— Гилтанас?
Какое-то время тот молча смотрел на него, потом холодно произнес:
— Танталас. Я бы ни за что не признал тебя с этой бородой…
Рога трубили все ближе.
— Великий Реоркс! — поднимаясь, простонал гном. — Надо сматываться! Скорее! Через черный ход…
— Черного хода больше нет! — Тика все еще не выпускала сковородку из рук.
— Верно, нет, — прозвучал голос из двери. — Вы — мои пленники.
Комнату залил яркий факельный свет. Спутники поневоле заслонили руками глаза, видя лишь черные тени хобгоблинов да кряжистый силуэт в дверях. Снаружи слышалось шлепанье ног; в окна и двери смотрело не менее сотни гоблинов. А те, что валялись под стойкой, постепенно приходили в себя и вылезали наружу, обнажая мечи и несытыми глазами поглядывая на друзей.
— Не глупи, Стурм! — крикнул Танис, останавливая рыцаря, уже готовившегося ринуться на гоблинов, постепенно бравших их в кольцо. — Мы сдаемся, — сказал полуэльф.