Драконы осенних сумерек
Шрифт:
Стурм посмотрел на него с такой яростью, что Танис успел испугаться: а вдруг не послушается?
— Прошу тебя, Стурм, — добавил он тихо. — Поверь мне. Еще не время нам умирать.
Стурм помедлил, обводя взглядом толпу нечисти, набившейся в гостиницу. Они не подходили близко, опасаясь его меча, но рыцарь знал — стоит шевельнуться, и они сомнут их числом. «Не время умирать»?.. Но если так, подумалось Стурму, нынче в самом деле был весьма неподходящий момент. Мало чести погибнуть здесь в гостинице, в лапах вонючих гоблинов…
Видя, что Стурм опустил оружие, стоявший в дверях счел возможным войти — до тех пор он не считал себя в безопасности, несмотря на добрую сотню верных воинов, стоявших вокруг. Взглядам спутников предстала пятнисто-серая кожа и розовые поросячьи глазки Младшего Командира Тоэда.
Тассельхоф глотнул и быстро придвинулся к Танису.
— Он нас не узнает, — шепнул Тас. — Когда они в тот раз остановили нас, спрашивая насчет жезла, было почти темно…
И Тоэд их, похоже, в самом деле не узнал. За последнюю неделю произошло столько необычного и значительного, что далеко не безграничный разум Младшего Командира был попросту перегружен. Вот его красные глазки остановились на рыцарской эмблеме, видимой под распахнувшимся плащом Стурма.
— Еще беженцы из этой паршивой Соламнии, — заметил Тоэд.
— Так точно, — быстро солгал Танис. Он весьма сомневался, что Тоэд успел прознать об окончательном разрушении Кзак Царота. И было уж вовсе невероятно, чтобы он хоть краем уха слышал что-нибудь о Дисках Мишакаль. С другой стороны. Повелитель Верминаард знал о них наверняка, и гибель драконицы от него навряд ли укроется. Последний овражный гном мог бы сообразить это. А значит, никто не должен был даже заподозрить, что они явились с востока. — Мы долго шли сюда с севера, — продолжал Танис. — Мы вовсе не собирались кого-либо трогать. Драку начали вон те дракониды…
— Ну да, — нетерпеливо перебил Тоэд. — Обычная песня. — Его и без того сощуренные глазки превратились в щелочки. — Эй, ты! — заорал он, указывая на Рейстлина. — Чем это ты там занимаешься, притаившись в уголке? Скрутить его, парни!
И Младший Командир опасливо отступил за дверь, не сводя с Рейстлина взгляда. Сразу несколько гоблинов, опрокидывая столы и стулья, кинулись к тщедушному юноше в алых одеждах. Карамон зарычал. Танис предостерегающе поднял руку.
— А ну встань! — один из гоблинов ткнул Рейстлина копьем.
Рейстлин не торопясь поднялся, поправил свои сумки и потянулся к посоху. Гоблин стиснул ручищей его худое плечо.
— Убери лапы! — прошипел Рейстлин, отстраняясь. — Я маг!
Гоблин в замешательстве оглянулся на Младшего Командира.
— Взять его! — завопил тот, прячась за гоблина поздоровей. — Если бы каждый, напяливший красные тряпки, был магом, в этой стране некуда было бы деваться от кроликов, которых они вытаскивают из шляп! Веди его сюда, а будет упираться — проткни копьем!
— Я его просто проткну, для верности, — проквакал гоблин. И нацелил копье в горло волшебнику, заходясь булькающим смехом.
Танис вновь удержал Карамона:
— Твой брат и сам сумеет оборониться…
Рейстлин поднял руки с растопыренными пальцами, ни дать ни взять моля о пощаде… потом вдруг простер руки к гоблину, произнеся:
— Калит каран, тобанис-кар!
Из кончиков его пальцев ударили тонкие лучи слепящего белого света и поразили гоблина прямо в грудь. Тот рухнул и покатился по полу, извиваясь и вопя. Комната наполнилась вонью горелого мяса и паленой шерсти. Уцелевшие гоблины яростно взвыли.
— Не убивайте его, дурни! — заорал Тоэд, пятясь прочь и заслоняясь здоровенным гоблином, словно щитом. — Повелитель Верминаард дает хорошую цену за колдунов. Но… — на Тоэда явно снизошло вдохновение, — Повелитель Верминаард не платит за кендеров, разве что за их языки. Только попробуй, маг, сделать это еще раз, и кендер умрет!
— Что мне до кендера? — Рейстлин презрительно скривил губы.
Какое-то мгновение в комнате было тихо. Танис покрылся холодным потом. Да, Рейстлин точно умел за себя постоять. Чтоб ему пусто было!..
Тоэд тоже, как видно, не ожидал подобного ответа и растерялся, не зная, как поступить. К тому же рослые воины все еще держали в руках оружие. Он почти просительно уставился на мага… Рейстлин передернул плечами и прошелестел:
— Я не стану сопротивляться. — Его золотые глаза мерцали. — Только не вздумайте притрагиваться ко мне…
— Да, да, конечно, — пробормотал Тоэд. — Приведите его.
Косясь на Младшего Командира, гоблины расступились, и маг встал рядом с братом.
— Все здесь? — раздраженно спросил Тоэд. — Заберите у них оружие и вещи!
Не желая дальнейших неприятностей, Танис сам снял с плеча лук и сложил его вместе с колчаном на закопченный гостиничный пол. Тассельхоф быстро положил рядом свой хупак; Флинт, ворча, расстался с боевым топором. Примеру Таниса последовали все, кроме Стурма, — рыцарь стоял неподвижно, скрестив руки на груди.
— Пожалуйста, оставьте мне сумку, — взмолилась Золотая Луна. — У меня там нет оружия… ничего, что представило бы для вас ценность. Клянусь!
Друзья живо обернулись к ней, разом вспомнив о Дисках. Воцарилась напряженная тишина. Речной Ветер заслонил девушку собой. Он уже положил лук, но, как и рыцарь, не спешил отдавать меч.
И тут неожиданно вмешался Рейстлин. Маг без особых колебаний расстался и с посохом, и с кошелями различных веществ для ворожбы, и даже с бесценной сумкой, в которой лежали две волшебные книги. О них можно было не беспокоиться: особое заклятие, наложенное на книги, должно было наказать безумием всякого, осмелившегося читать их без спросу. Посох Мага тоже не даст спуску никому, кто протянет к нему руку. Рейстлин подошел к Золотой Луне.
— Отдай им сумку, — сказал он мягко. — Не то они нас перебьют.
— Послушайся, послушайся его, — сейчас же подхватил Тоэд. — Это очень умный человек…
— Он предатель! — Золотая Луна еще крепче вцепилась в сумку.
— Отдай, — вновь прозвучал гипнотический голос мага, и Золотая Луна почувствовала, как ослабевает ее решимость, сломленная странной силой, исходившей от него. — Нет! — задохнулась она. — Это наша надежда…
— Все будет в порядке, — прошептал Рейстлин, пристально глядя в синие глаза девушки. — Помнишь жезл? Помнишь, что было, когда я попробовал коснуться его?..