Чтение онлайн

Кася еще успела рассмотреть что-то жующих бандитов около костра. Контрабандисты поглядывали на небо, наблюдая за виднеющимися в резких вспышках махинами дирижаблей. Встревоженными они, как ни странно, не казались. Возможно, потому, что не догадывались об уготованной для них участи, которую пророчил всем Ранек.

Зато эти заросшие бородачи вмиг, как по команде, повскакивали со своих мест, когда девчушка, наконец решившись, протиснулась через прутья и покинула клетку, а потом испуганно замерла, вместо того чтобы бежать к лесу.

Касандра среагировала автоматически, даже не думая. Ее тренированное благодаря отцу и братьям тело пулей вылетело из укрывавших ее кустов. Сильный толчок — и незнакомая девчушка уже по инерции, чуть не падая, делает несколько шагов и прячется в те самые заросли, а Кася, оказавшись на ее месте, хватается за разжатые прутья, шепнув на выдохе: «Я помочь».

— А-а-а! — Резкий рывок за волосы — и вот ее уже грубо тащат к костру.

Угрюмый громила бросил Касю к чьим-то ногам в разномастных штиблетах в кругу насторожившихся мужиков звероватого вида. Она, скорчившись, замерла на земле, рассматривая необычную обувь. Почему-то одна нога странного индивида, командующего этой бандой, была обута в сапог, а на второй красовался элегантный башмак с пряжкой из перламутра.

Касандра с полным недоумением пялилась на это слезящимися от боли глазами, пытаясь понять, зачем так делать. Когда ее, опять же за волосы, вздернули вверх, выражение лица у нее было максимально удачным из возможных. Перекошенным от боли и тупо озадаченным, без малейшего проблеска интеллекта в глазах. Все это усугублялось еще тем, что физиономия обладателя странного вкуса не менее ярким контрастом выделялась на фоне остальных бандитов.

Красные глаза без белков на серо-зеленом лице, острые кончики длинных ушей, торчащие из черных, заплетенных во множество косичек волос, массивная нижняя челюсть и небольшие клыки, ставшие заметными, как только мужчина начал говорить. Кася таращилась на него во все глаза, пытаясь понять, какой он расы, и, конечно, пропустила мимо ушей смысл его речи.

Бац, бац!

Тяжелые оплеухи мотанули ее голову из стороны в сторону, из прокушенной губы потекла кровь, смешиваясь с вновь хлынувшими слезами, а подонок, оскалившись, склонился к ней и прошипел прямо в лицо, обдав вонью давно не чищенных зубов, чеснока и перегара:

— Значит, не желаешь отвечать, маленькая дрянь? Засмотрелась? Понравился?

Схватив за плечо, он дернул Касандру к себе, второй рукой больно, по-хозяйски сжав ее грудь.

— Может, помочь тебе повзрослеть, крошка? Прямо сейчас. Смотри, сколько желающих. Надеюсь, ты хорошо видела, как мы умеем развлекаться?

Вокруг заулюлюкали вонючие потные мужики, явно приветствующие такое развитие событий, а Касю, чувствующую, как грубые жадные руки бесцеремонно шарят по ее телу, накрыла такая паническая атака, что она остолбенела. Не в силах пошевелиться, девушка едва дышала, пока этот урод тискал ее, задирал юбку, демонстрируя похотливым, разгоряченным подельникам стройные ножки, и шептал ей на ухо, что и как они могут с ней сделать.

— Эй, Шминдан! Ваши главнюки утопят тебя в собственном дерьме, если ты попортишь им товар! — перекрыв гвалт гогочущих ублюдков, раздался звонкий голос из клетки с пленницами. — Вы и так уже сильно снизили его ценность. Может, все же парочка минут удовольствия не стоит того, чтобы долго и, скорее всего, очень неприятно расставаться с собственной жалкой жизнью?

Говорила та самая рыжая лидерша, и даже Касе было слышно, как дрожит ее голос. Женщина сильно рисковала, вступаясь за незнакомую девчонку. Нетрезвые уроды, привыкшие к вседозволенности и власти над теми, кто слабее, вполне могли вытащить ее из клетки, добавив к незнакомке в качестве дополнительного развлечения.

Впрочем, к счастью, ее слова все же дошли до сознания контрабандистов. Гогот утих, взгляды из похотливых стали хмурыми. Кто-то опять посмотрел на дирижабль, одна парочка, переглянувшись, направилась к толстому дереву, где в свете костра Касандра, к своему ужасу, разглядела распятого на стволе, залитого кровью полковника Хордингтона и валяющуюся у него в ногах почти обнаженную женскую фигуру с безжизненно уставившимися в небо глазами. Судя по тому, что один из больных извращенцев на ходу начал расстегивать штаны, они не брезговали даже трупами.

Шминдан, заметив, куда в ужасе смотрит его жертва, опять принялся тискать грудь Касандры, жарко шепча ей на ухо, что стоит только ей повторить попытку побега — и она испытает удовольствие обслужить здесь всех, кто пожелает, начиная с него.

— А я весьма изобретателен. — Его руки пробрались под юбку и до синяков сжали Касины ягодицы, пытаясь нащупать завязки длинных панталон. Девушка про себя неистово благодарила ту женщину, которой пришла в голову мысль выдать ей этот раритет времен молодости бабушки двуликой, хранившийся в семье как реликвия. Ступор у Касандры прошел, она забилась в руках бандита и рванулась в сторону, чтобы избежать его грязных прикосновений.

Мерзавец, недовольный сопротивлением, тут же схватил ее за косу и больно тряхнул.

— Маленькая иномирная шлюха, ты слишком тоща, да и такие недотроги действительно дорого ценятся на рынке. Я скорее выкуплю твою рыжую подружку, когда будут торги, и она будет жить долго. — Оскалившись, он повернулся к клетке и уставился на пышные формы Касиной заступницы. — Не обещаю, что с ее характером она останется совсем целая, и уж точно обещаю, что жизнь ее будет весьма далекой от счастливой. И еще обещаю, что каждый раз, когда я буду с ней развлекаться, я буду думать о тебе.

Он заржал от такого прекрасного, по его мнению, плана и, подтащив Касандру к клетке, швырнул ее сквозь прутья. Видимо, решетку застенков активировал какой-то специальный артефакт.

Касандру тут же подхватила и прижала к себе рыжая, а клетка вспыхнула зеленовато-болотными огнями.

— Вас здесь одиннадцать, и стоит одной попытаться сбежать, как мы все это почуем. — Больной ублюдок довольно скалился, облизывая взглядом каждую из женщин. — Вам не сбежать, но, впрочем, попробуйте. Я даже не стану заделывать дыру и, пожалуй, уберу один прут, только не со стороны леса. Милости прошу. Любая, кто покинет пределы клетки, станет нашей законной добычей, а то дохлые хранительницы скучны до зевоты, а ваша веселая подружка перестала быть такой веселой. Видимо, утомилась.

Сплюнув на свернувшуюся в углу в ворохе оборок и юбок стонущую и поскуливающую женщину, он развернулся и, насвистывая, направился к костру.

В тот же момент держащие Касандру женские руки больно сжали ее за плечи, а шепот лидерши, раздавшийся над ее ухом, был злым и подозрительным.

— Кто ты? Зачем прикинулась Жилькой и куда прогнала девчонку? Кто там ждал ее в кустах? Говори!

— Отвали, рыжая! — дернулась Кася, отвечая тоже шепотом. — Никого там нет. Я вас спасать пришла. Меня граф отправил…

— Граф? Он вообще нормальный? Или в графстве мужчин не осталось? Тебя там чуть по кругу не пустили. — Рыжая разжала хватку и выразительно покрутила пальцем у виска. — Это ты нас так спасать собиралась или у тебя зубы в том месте, откуда ноги растут? Может, не надо было их останавливать?

— Нормальная я, и граф тоже не дурак. А зубы сейчас будут. Только надо меня прикрыть и не отвлекать. Если не смогу сконцентрироваться, то он тут всех сожрет, а надо спасти полковника.

Стараясь не обижаться на пошловатую резкость женщины, Касандра аккуратно прощупала под тряпкой «кровосос» и попыталась настроиться мыслями на Менчика.