Дракула
Шрифт:
всех перевешал, как хотел,
веля рубить капусту тел
ножами и клинками.
А что касается других,
на колья посадил он их,
пронзая плоть живую;
как жгут обычные костры,
он жег деревни, жег дворы,
о чем я повествую.
Сажая на кол пленных,
оставил Дракул по пути
не меньше тысяч тридцати
невинно убиенных.
Прошло не более двух лет,
и вновь спасенья нет от бед.
Скорбям не видно края.
На Шилтерн двинулся тиран,
язычников и христиан
везде уничтожая.
Смерть лучше поруганья.
Убито тысяч двадцать пять.
Подобному подсчету внять
нельзя без содроганья.
Красавиц множество в плену.
Из них избрать себе жену
не прочь иной придворный.
Не убивать просили дев,
чем привели владыку в гнев.
Дух чуя непокорный,
узрел врагов опасных в тех,
кто осмелился любить;
в куски велел он изрубить
капусту тел прекрасных.
Предпочитая миру брань,
платить был должен Дракул дань
турецкому султану.
Напоминал ему посол о том,
что срок платить пришел.
«Тебе платить не стану,
но до скончанья года
султану вашему я сам,
что полагается, воздам», —
ответил воевода.
Послы поверили сперва
в миролюбивые слова,
которые морочат,
но Дракул им нанес урон,
их обточив со всех сторон,
как нож на камне точат.
Без долгих катавасий
велел жестокий кровосос
их писарю отрезать нос
и выгнать восвояси.
Звалась Болгарией страна,
которая вся сожжена
при Дракуле кровавом;
пусть время страшное прошло,
узнать вам следует число
подвергнутых расправам.
Оружием сраженных
там было тысяч двадцать пять,
но как не помянуть опять
всех заживо сожженных!
Пошел на Фуграх супостат,
в походе жег за градом град,
людей уничтожал он.
Был каждый Дракулом гоним.
Рубил он головы одним,
других на кол сажал он.
Послам из Семиградья
Валахия была страшна.
Вся в трупах, вся в крови страна.
Послы, на колья глядя,
их приняли за частый лес,
как будто больше нет небес.
Средь кольев Дракул весел.
Людей варил он, жег, душил,
он многим черепа крушил,
а скольких он повесил!
Вверял свои секреты
советникам он, говорят;
когда явились все подряд
к нему его клевреты,
сам Дракул обезглавил всех,
ужасный совершая грех,
чтобы со всем народом
душа не знала ни одна,
где спрятана его казна,
в земле или под сводом.
Деяния все хуже
он совершал день ото дня,
людские души леденя;
был страх подобен стуже.
Использовать он был готов
приваду из людских голов
в реке для ловли раков.
Его затеи удались.
Друзья казненных собрались,
друзей своих оплакав.
Я пропою о жутком
злодействе: тешился тиран
на ужас жителям всех стран,
своим привержен шуткам.
Надумал Дракул-хлебосол
тех самых раков им на стол
подать, спросив лукаво,
каков на вкус для друга друг,
и тут же все на кольях вдруг.
Забава так забава!
Ища, кто виноватый,
увидев, что у мужика
рубаха слишком коротка,
спросил он: «Ты женатый?»
Мужик ответил: «Сударь, да!»
«Веди свою жену сюда!
И в чем твоя работа?» —
спросил он мужнюю жену.
«Я стряпаю, и шью, и жну,
лениться неохота!»
Не уловив подвоха,
надеялась на похвалу