Чтение онлайн

Такое отношение Хуньяди к валашскому князю никоим образом не противоречило договору от 1451 года: он гласил, что обе стороны имеют свободу определения своих сфер влияния. Хуньяди по-прежнему не осмеливался отправиться в Молдавию, где князь Пётр Арон, вернувшийся на трон, был вынужден принести клятву верности королю Польши, а также договориться с Мехмедом II о внесении фиксированной дани в размере двух тысяч золотых дукатов (5 октября 1455 года)

Теперь самым главным было прямое противостояние с султаном, собиравшим войска для похода на Белград. В Буде весной 1456 года собрался сейм, а Влад Дракула, вернувшись в Молдавию, был представлен Яношем Хуньяди королю Ладисласу. Теперь он стал одним из военачальников превосходного войска, прекрасно вооружённого, состоящего из членов семей королевских приближённых, которые «любили своего сеньора и не боялись подвергнуть опасности свои жизни для того, чтобы сохранить его».

Среди вельмож, приближенных к Хуньяди, Влад назывался воеводой Валахии (Transalpinarium paritium wayuoda), что говорит о наладившихся отношениях со старинным врагом и о реальной возможности занять трон Валахии. Чтобы достичь цели, Дракула пошёл на уступки: поклялся в верности Яношу Хуньяди и королю Ладисласу, сторонником которого был и его отец в 1440 году [47] .

Выбор Яноша Хуньяди в этом случае объяснялся его шатким положением после того, как Владислав II не только не отказался от трансильванских владений, но решил их отвоевать. Однако Валахия не была основной целью. В апреле 1456 года венгерский сейм, созванный, чтобы разработать систему защиты против турок, приказал поднять армию и обратился к папе Каликсту III [48] с просьбой отправить флот в Детруа. Всё серьёзнее становились действия Владислава II. Янош Хуньяди, будучи в дороге к Белграду, попросил бояр Сибиу предоставить ему без промедления людей для достойного отпора туркам, что составило основную часть его войска и техники. Похожую просьбу выразил и Ладислас к саксонцам, но те не слишком боялись нападения князя Владислава на Амлас и Фагараш и отказали. Спустя неделю, 3 июля, будучи уже лицом к лицу с врагом, Хуньяди направил просьбы о помощи к боярам Брашова, пообещав взамен отправить Влада к ним на защиту [49] .

Возможно, лично Дракула и привёз это письмо в Брашов, где его отец двадцать пять лет назад захватил трон. Но ждать он не собирался, узнав, что бояре недовольны князем и желают избавиться от него. Это общее желание было удовлетворено очень скоро: 11 августа Янош Хуньяди умер от чумы, которая поразила турецкий лагерь, а потом передалась и христианам-мародёрам, грабившим трупы турок.

Новость о смерти Хуньяди распространилась с поразительной быстротой. «Свет мира погас» — можно прочитать на его могиле в католическом соборе в Алба Юлии. Теперь мир освещал другой свет: комета Галлея, появившаяся 8 июня 1456 года, была видна на небе Европы на протяжении целого месяца. Влад Дракула увидел в этом очень хороший знак и даже использовал его на монетах, выпущенных между 1456 и 1457 годами. Не желая ждать и воспользовавшись общей растерянностью, Влад собрал своих людей, перешёл Карпаты и оказался в Валахии.

Успешное решение его задачи обязано стечению обстоятельств и случайности. «С Божьей лишь помощью мы получили наше королевство»,— писал Влад спустя несколько месяцев в Сибиу. Будущий папа Пий II, выражая общее мнение, написал: «…другой сын Дракула, названный Яношем (далее мы узнаем причины этого имени), сбежал от правителя и спустя небольшое количество времени собрал армию. После гибели Ладисласа он вернул в свою собственность огромную часть владений своего родителя».

Растерявшись от неожиданного вторжения, Владислав II почти не сопротивлялся и был вскоре предан своими приближёнными. Преследуемый победителем, он встретил смерть 20 августа в небольшом городке Тыргушор, в пятидесяти километрах к северу от Бухареста, при странных обстоятельствах. Без сомнения, он был убит по приказу своих собственных придворных [50] . Тело князя перевёз его верный Неагу из Крайовы и похоронил в церкви монастыря Деалу, недалеко от Тырговиште. Надгробный камень указывает день смерти, тем не менее не точно в годе — он будет правильно поставлен лишь в 1512 году четырьмя сыновьями Неагу, знатными валашскими сановниками, когда деревянную церковь в Деалу перестроили из белого камня.

Мы можем лишь удивляться, почему выбрано именно это место, ведь мы знаем, что Владислав II построил княжескую церковь в этом городе. Бежал ли он с целью скрыться в святилище от преследователей?.. Единственное, что можно сказать точно: пять лет спустя Влад Дракула, в свою очередь, построит церковь в этом же городе, строительство завершится 24 июня 1461 года в день праздника святого Иоанна Крестителя. Было ли это покаянием за убийство в 1456 году? Далее мы сможем понять это, а пока началось самое длинное, но не последнее царствование Дракулы.

Бояре и население Валахии едва узнали Влада Дракулу, объявившегося столь внезапно летом 1456 года: двенадцать лет назад он был отправлен к туркам в заложники, а после этого недолго был в Валахии. Каким образом выяснить, действительно ли он сын воеводы Влада Дракула или самозванец? Сначала его официально признали несколько бояр — Манеа Удришт, который с 1432 года играл отнюдь не последнюю роль в княжеском совете; канцлер Казан, сын Сахака, тоже член княжеского совета с 1431 года, а также Леонард, престарелый секретарь, саксонец, родом из Брашова,— он был в услужении уже у четырёх князей. Что касается наставника, старого воина, то он, должно быть, уже умер. Кто бы ещё мог признать во Владе сына Дракула?

За исключением некоторых свидетельств, которым нельзя доверять безоговорочно, в Валахии, как и в Молдавии, существовал один способ узнать сына князя. Георг Рейхершторфер (до 1500–1550), саксонец из Трансильвании, рассказал нам о нём:

Благодаря таким отметкам претендентами на трон и, соответственно, сыновьями князя признавались даже те, у кого было весьма странное происхождение. Например, наследником оказался сын саксонского мясника из Трансильвании, который правил в Молдавии в XVI веке. К сожалению, ни один исторический документ не описывает, как выглядели эти отметки. В одной балладе, рассказывающей о событиях середины XVI века, описывается процесс опознания княжеского сына, который был пастухом:

В итоге именно эти отметки и помогли узнать, что именно он и есть сын князя.

Впрочем, такой способ пользовался популярностью не; только у династий Валахии и Молдавии. Марк Блок [51] говорил о красном кресте (crois roial), который выжигали на правом плече и реже на груди детей французского королевского рода. То же самое встречалось в Германии, Австрии, Англии, Грузии…

Что касается Валахии и Молдавии, то солнце, луна И звезда присутствовали в средневековых гербах, обрамляя ворона (в Валахии) и голову тура (в Молдавии).

После того как принадлежность к княжескому роду была установлена, следовала церемония назначения нового князя, она предназначалась прежде всего для митрополита, знатных бояр и уважаемых людей княжеского двора. Церемония проходила в архиепископской церкви Куртя де Арджеш, которую Влад прекрасно знал: её построил его отец за пределами города, освящена она была 15 августа 1439 года. На башне, служившей входом в церковь, Влад Дракул повесил резную табличку с изображением дракона, поражающего животное, похожее на льва. Эта табличка говорила о принадлежности князя к ордену Дракона.