Драмы и комедии
Шрифт:
К а р а м а н. Ведь мы доказали, что земля действительно круглая, отсюда ушли, сюда же вернулись. Все вокруг сияет золотом. Кечули встал на гору, и все кругом осветилось.
К е ч о. Ты думаешь, мои зубы осветили? Это Гульчино, увидела тебя издали и пошла навстречу. Это ее глаза сияют и освещают все вокруг. Э-гей, гей, Гульчино!
Эхо: «О-о-о!»
Гульчино-о-о!
Эхо: «Что-о-о!»
Идем, идем! Видишь, услышала. Ты похож на жениха.
К а р а м а н. Ну вот, мы почти дома, теперь отдай долг.
К е ч о. Уговор есть уговор, пройдем духан Агдгомелы, подойдем к нашей деревне, тогда и отдам.
К а р а м а н. Ну-ка, посмотри мне в глаза, паршивец.
К е ч о. Пойдем к роднику, отдохнем, немного поспим. (Затянул песню.) «Мы в родных краях, кончились наши беды».
Караман подпевает.
Неожиданно, словно из-под земли, появляются д в а р а з б о й н и к а, в бурках, в башлыках, видны одни глаза.
А х м а х (рычит как лев). Руки вверх! (Стоит широко расставив ноги.)
К о н д а р а (прячется за спиной Ахмаха, а затем падает на землю, просовывает голову между его ног и пищит). Сдавайтесь!
К е ч о. Только не убивайте нас, отдадим все добром.
А х м а х. Друг, помоги им освободиться от поклажи.
Кондара подскочил к парням.
К а р а м а н (Ахмаху). Прошу тебя, не отнимай у меня хурджина. Все твои грехи на том свете возьму на себя.
А х м а х. Не болтай лишнего, а то и вправду отправлю тебя на тот свет. Нет у меня грехов.
Кондара снимает с плеч друзей хурджины и ставит в сторонке.
Теперь выворачивайте карманы, все равно обыщем. (Подносит револьвер ко лбу Кечо, затем Карамана.) Ты знаком с этой штукой?
К а р а м а н. Да, ее поцелуй смертелен.
Ахмах делает знак, чтобы ребята вывернули карманы. У Кечо ничего нет, у Карамана — пятак.
Дарю тебе, желаю тех же благ, какие нам принес этот пятак!
А х м а х (не берет). И это все?! Что это?
К а р а м а н. Пятачок-сиротинушка, уважаемый.
А х м а х. Смеешься? За кого ты меня принимаешь?
К а р а м а н. Других денег нет у меня, уважаемый.
Ахмах оттолкнул его руку, пятак упал и покатился.
Зачем сердишься? Этот пятачок волшебный. Будь я на твоем месте, взял бы монету, а хурджины оставил.
А х м а х. Обыщи их! Боюсь, они дурака валяют.
Кондара обыскивает Карамана, но ничего, кроме голубых бус, не находит.
(Делает Кондаре знак — бросить бусы в хурджин.) На заработки ездили?
К а р а м а н. Да, уважаемый.
А х м а х. Я тут многих грабил, кто был в городе, но еще не видел такого голодранца…
Кечо хочет расстегнуть пояс, но не может, так как руки у него дрожат.
Что ты делаешь, хочешь штаны снять?
К е ч о. Уважаемый, знаю, все равно обыщете… деньги пришиты у меня к подкладке брюк, если не расстегну пояса, не смогу их достать. Подождите немножко, я сейчас… (Достает пачку денег и передает Ахмаху.) Честным путем добыл я эти гроши, используй их на свое благо. Видишь, даже благословляю тебя! Только прошу, отведи дуло пистолета, уж очень оно черное…
А х м а х (рассматривает деньги). Вот настоящий работяга! Люблю таких людей, не то что этот нищий. Вот трудолюбивый человек! (Кондаре.) Осмотри пояс, может, и там у него что-то запрятано.
Кондара подскочил к Кечо, разрывает на нем пояс. С Кечо спадают брюки. Он их тотчас подтягивает.
К е ч о. Ой! Что теперь делать? (Держит брюки.)
А х м а х. Как следует обшарь, сними чувяки, шапку!
К о н д а р а (ощупывает брюки Кечо). Что у тебя тут! А ну, доставай, не то! (Угрожает револьвером.)
К е ч о. Это… это, уважаемый… (Достает деньги и передает Караману.) Вот твои деньги, возвращаю долг!
К а р а м а н. Какой долг, что ты говоришь?
К е ч о. Тот, что я должен тебе, забыл? Не было случая, чтобы я брал взаймы и не отдавал долга. Сосчитай хорошо! Отдельно я их спрятал, сто рублей…
К а р а м а н. Ах, ты о том долге говоришь? Бессовестный, хочешь теперь заплатить долг? Уговор есть уговор, я возьму деньги только после того, как пройдем духан Агдгомелы.
К е ч о. Уважаемый Караман, что поделаешь?
К а р а м а н. Я человек слова и сейчас денег не возьму.
К е ч о. У меня в свидетелях два честных разбойника — хочешь бери, а нет — как хочешь.
А х м а х (грозит). Бери, немедленно!
К а р а м а н (берет). Большое спасибо! Как будто подарил. Вовремя отдал долг, а то я не смог бы оказать уважение честным разбойникам. Я обязательно отблагодарю тебя, хоть сейчас. Теперь бумажные деньги не в ходу, разбойники золото предпочитают. (Ковыряет в зубах.)
Кечо поспешно закрывает рот, чтобы не заметили его золотых зубов.
(Отдает деньги Ахмаху, а сам смотрит на Кечо.) Вы думаете, все у нас отняли? Я отплачу тебе, Кечули!
Кечо делает знаки — мол, не выдавай.
А х м а х. Почему он мычит?
К е ч о (говорит сквозь зубы). Так, просто.
К а р а м а н. Я знаю, почему… Вспомнил своих быков длиннорогих… Они так же мычат.
К о н д а р а. Голову морочишь, говори, что у вас еще есть?
К а р а м а н. То, чего вам не отнять.
К о н д а р а. Все-таки?
К а р а м а н. Ума, которым набили себе головы в городе. Один мудрец мне сказал — не надо давать такой пощечины другому, чтобы у того щека заболела, а у тебя — сердце. Правда, мудрые слова?