Чтение онлайн

Броня нарастает сегментами, как чешуйки, но тут же как будто подтаивает, смягчается, течёт -- и застывает уже сформировавшейся защитой. Матово блестит бронёй тыльная сторона ладоней и пальцев, внутренняя пожирает свет непроницаемой чернотой псевдоплоти. От межключичной ямки до подбородка -- такой же защитный слой, но, как ни странно, головой в целом и шеей в частности -- шевелить можно. Никаких помех, нигде ничего не мешает.

И только сделав пару шагов к каналу, понимаю -- я не ощущаю варсьют как что-то внешнее. Я и сложнейший механизм теперь единое целое. Неразделимое.

Неостановимое.

– - Курсант Николь, сходни готовы. Начинай.

И, повинуясь враз охватившему меня шквалу всесокрушающего счастья и какой-то легкомысленной лихости, сделав короткий, едва ли в три шага, разгон, я, оттолкнувшись от наклонной площадки сходней, с воистину детским восторгом плюхнулся почти на середину канала.

Отшуршала интеллектроника, распределив нагрузку и инерцию, из толстых подошв проросли "клинки" -- нечто, отдалённо похожее на коньки, оснащённое на концах неким подобием рулей. У первых сьютов такой шикарной приспособы не было, максимум -- высокий киль, по факту и являвшийся обычной конькобежной репликой, да и то -- у самых скоростных и продвинутых.

– - Оружейные модули готовы, следуй по каналу в доки, твой -- номер тринадцать. И да, -- связист перешла на доверительный шёпот, -- постарайся не стесать борта канала.

– - Будет сделано, о, прекрасная леди, -- козырнул вверх, в направлении подвешенной под самым потолком капсулы контроля.

– - Поспеши, рыцарь, -- хмыкнул заметно потеплевший голос в ухе, -- твой Камелот ждёт тебя. Доброй волны!

– - ...и семь футов под килтом!
– - едва сдерживая смех, закончил я пожелание связистки.

И, пулей вылетая за пределы ангара, успел ещё бросить напоследок:

– - Йо-хо-хо, и бутылка рому!

О моде и модах

Разница в уровнях исполнения тренировочного и боевого сьюта была настолько огромна, что описать её какими-либо словами являлось задачей решительно нереализуемой. Варсьют и в самом деле ощущался собственным телом, враз ставшим крупнее, стремительнее, опаснее, но оттого -- не менее личным организмом.

Выбравшись на ровную гладь крытого канала, для начала прошёлся змейкой от бортика до бортика -- буквально на считанные сантиметры разминувшись с бетонной границей. И в самом деле -- я и доспех едины и неразделимы. И это уже качественный скачок в сторону адекватного контроля боевой обстановки.

Решив не нервировать инженера-связиста, столь приятным голосом пожелавшую доброй волны, всё же вышел на центр канала и, набрав восемнадцать узлов, спокойно заскользил в доки.

Внутри монструозных строений, определённо имеющих некое внешнее сходство с капитально приплющенным средневековым замком, было шумно, весело и многоголосо. Поморщившись от чудовищного эха, многократно бьющегося в огромном помещении, с нескрываемым наслаждением понял, что аппаратура доспеха чутко реагирует на мои желания -- дробь эха ушла в незаметный фон, а первичные голоса обрели чёткость и выровнялись по звучанию.

Первой, кого увидел внутри, была Свирь. Девушка просто лучилась от счастья, нарезая круги почти у самого входа. Варсьют госпитальера весьма сильно отличался от остальных доспехов -- даже визуально лёгкий, белый с красными вставками; вместо гомогенной брони в его сегментах явственно ощущалось использование каких-то композитов, а интуиция просто орала, что по защитным характеристикам это великолепие высоких технологий просто на порядки превосходит ту условную "броню" из пластика и алюминия, что составляла тренировочный доспех.

Варсьют Камиллы тоже выбивался на общем фоне. Те же композиты, но местами -- ещё и настоящая броня. А так же просто неприличное количество слотов, рассчитанных под крепление модулей снабжения. Цвет её сьюта тоже выбивался из общей картины -- тёмно-зелёный, с ломанными линиями, выполненными светло-синей краской.

Приветливо помахав рукой девушкам, принял к причалу, сбросив скорость до черепашьего аллюра и высматривая ответвление в свой док.

Ага, тринадцатый.

Доки сквозные, в центре -- стенд вооружения, хищными лапками разведённых фиксаторов похожий на боксовый. Но, в отличие от последнего, справа и слева от этого пьедестала топорщатся вытянутые чехлы, дальними боками уходящие в толстые стены помещения.

– - Курсант Николь, линкор "Император Николай Первый", для оснащения оружейными модулями прибыла.

– - Видим вас, курсант Николь, -- голос не менее приятен, чем у связиста в начале дистанции.
– - Тринадцатый док, верно. Рулевые клинки убрать.

– - Есть убрать рулевые клинки, -- и я, не успев даже продумать мысль, понимаю -- устройства вросли обратно в подошвы.

– - Поднимайтесь на стенд. Встаньте на подсвеченные области, спина прямо, руки в стороны параллельно полу, пальцы выпрямлены, ладони вниз. Головой не шевелить.

– - Принято, -- оттолкнувшись от слегка пружинящей поверхности водной глади, поднялся по широким ступенькам на кругляш стендовой плиты.

Мягким светом обозначились контуры -- ровно под массивную "обувку" варсьюта. Вытянул руки, выпрямил спину. Замер.

– - Готовность десять секунд, -- тут же обозначила себя оператор, а следом за её голосом в тело вновь на короткое мгновение упёрлись сотни сканирующих импульсов и полей.

Щекотно.

Слух уловил пощёлкивания в "ушах" контейнеров, и вместе с ним ожили фиксаторы. Запорные механизмы жёстко закрепили варсьют в неподвижном состоянии, теперь не то что головой -- челюстью не пошевелить, только моргать, да по ларингофону трепаться.

Боковым зрением заметил, как торцы контейнеров раскрылись, ушли в стороны лепестками и сегментами, и из их чрева потянулись десятки механических рук.

Пребывая в положении, очень близком к классическому "человеку Да Винчи", особо много не насмотришь... Но это целиком компенсируется одним простым моментом -- варсьют и есть я. А потому то, что не могу увидеть, могу ощутить, почувствовать, а остальную картинку достроит воображение.

Длиннопалые руки несут в себе инструменты. Они прилипают к слотам, прочищают контактные площадки, продувают от теоретически могущих остаться внутри капель воды, тестируют соединение, обратную связь, надёжность креплений.

Им на смену приходят манипуляторы -- навешивают на спину энергоустановку, и я, не имея возможности взглянуть на неё, всё равно уже знаю -- состоит она из гибких сегментов, размещается вдоль позвоночника, и движениям никоим образом помешать не в состоянии. Запас гибкости у неё равен возможностям моего организма.

По внешней стороне голеней прирастают механизмы, родственные с комфортно разместившимся поверх ГЭУ сегментным "горбом" ускорителей. Маршевые, маневровые, форсажные, корректирующие. На икрах фиксируются выдвижные водомёты.