Чтение онлайн

В толпе никому нет дела до взмыленного юноши, от которого несёт свежей кровью и скошенной травой. Все уставились на процесс дарения. Вылизывания и подхалимства. Подарки достаются всем сидящим. Слуги по обе стороны от трона очередью стоят, в готовности всё уносить в закрома.

Знаю, что скоро до князя дойдёт, что я прорвался. Поэтому не занимаюсь всякой ерундой, не встаю в конец очереди, где меня и схватят. Подступившись к виновникам ближе, я сразу выхожу из толпы мимо стражников.

От моей наглости оторопели все ближайшие, поэтому вовремя не отреагировали. Запоздало схватились за рукояти клинков в ножнах и заворчали. Но действовать не посмели, потому что уже сам князь впился в меня своими глазами навыкате полными ужаса.

Под нарастающий людской гам я двинулся к Василисе.

Очередной молодой и холёный лизоблюд, стоящий за пять метров от постамента с тронами, ещё не успел подарить свою большую коробку, которую притащили слуги. Он всё болтал и болтал, как чудесна, как прекрасна… а теперь заткнулся и посмотрел на меня вопросительно, что я увидел лишь периферийным зрением, встав впереди него.

— Простите, но сейчас моя очередь, — выпалил он бесстрашно.

— Подождёшь, — ответил ему нагло, уже не поворачиваясь. А уставившись на Василису, которую стал нагло рассматривать.

Как же ей идёт этот голубой кокошник на голове с жемчугом и золотой вышивкой. Это платье, этот образ… Сейчас в её голубых глазах я увидел восторг и облегчение. Не думал, что она так обрадуется. Не думал, что я вспомню ту Василису… глядя сейчас на прозревшую девушку, впитавшую всю любовь народа, будто за все её прошлые мучения.

Василиса предо мной. Метра на полтора выше. А над кокошником её виднеется свесившаяся вниз с верхнего этажа ряха императора. Он тоже глядит на меня с восторгом и облегчением. Ага, если бы. Ему просто интересно, что будет дальше.

— Стража! — Взревел, наконец, князь! Но людской гам только усилился.

— Нет! — Воскликнула Василиса звонко.

И в зале наступила гробовая тишина.

— Ярослав? — Спросила она следом уже взволнованным мягким голосом.

— Да сестрица, — поклонился ей.

— У тебя кровь? — Ахнула и даже подалась вперёд.

— Пустяки, я просто побил Ратко, который мешал мне пройти.

— Брешешь, щенок, — прошипел князь и в сторону рявкнул: — где Ратко?!

— Мы не знаем… — раздаются голоса и кто–то выкрикнул, наконец, с иронией: — сразили его! Ярослав одолел!

Князь продрал горло. А Василиса улыбнулась.

— Ты пришёл, несмотря ни на что, несмотря ни на какие препятствия, — заговорила мягко. — Как ты добрался? Всё ли хорошо?

Вижу, как лица её родственничков перекашиваются и трясутся, у Истиславы вообще нервный тик, каждый сантиметр лица трясётся в своём ритме. Жуть! А у князя ходят скулы. Принц уставился на меня хмуро, вроде смело выглядит, а горлышко сглатывает.

Император сверху башку на перила вообще положил, расплылась его рожа, будто он мыльную оперу смотрит.

— Всё хорошо, сестрица, — отвечаю ей с улыбкой. — Добрался без особого труда и проблем. Коль пригласила, я не мог не явиться.

— Неужели и подарок принёс? — Спросила, хитро улыбнувшись. От такого очарования сложно удержаться на ногах. Но я держусь, потому что понимаю, это просто… очень красивая девочка.

— Да, где подарок, юноша? — Раздалось сверху с пережёвыванием от императора!! — Коль дерзко вошёл, подарок должен быть под стать!

— Здравия вам, ваше величество, — поклонился я, впервые удостоив его вниманием.

— Да какое тут здравие с вашими страстями, — усмехнулся Златозар и захрюкал. В зале пошли смешки.

— Ну что, выскочка? — Раздалось из толпы. — Чем удивлять будешь?

— Да откуда у него ценный подарок для Василисы?! — Слышу голос Юсуповой. — Оборванец! Барон неотёсанный!

Всем вокруг весело. Один только князь Вячеслав продолжает сверлить меня взглядом.

А вот Василиса хмурится, поглядывая в толпу.

— Есть у меня подарок, — заявляю, выдержав небольшую паузу.

Именинница смотрит встревоженно, отрицательно мотает головой.

— Да не переживай, сестрица, не ударю я в грязь лицом, — говорю, распахиваю кафтан и достаю из–за пазухи Розу.

Краем уха слышу суету от стражи, кто–то даже за клинки схватился с перепуга.

А я развернул тряпку, испачканную кровью, и обнажил сюрприз.

Народ рассмеялся вокруг, стали ржать всё сильнее, как идиоты.

Только ближайшие люди не смеются. Они не просто видят перламутровый блеск, они чувствуют силу артефакта.

— Это же… — первой ахнула Истислава, вытаращив глаза.

— Всё верно, это Лазурная роза, — поясняю сразу, придавая голосу ироничности. — Добытая мной и двумя моими соратниками в Заговорённом лесу под Малорыжково. Я дарю эту Розу вам, мой милый друг.

Висилиса глазам своим не верит, ротик раскрыла. Но отчего–то хмурится.

— Ты весь в крови, — говорит вдруг она с претензией, проигнорировав шикарный презент. Ах вот почему недовольная.

— Пустяки, бывало и хуже, — отвечаю ей мягко.

Делаю шаг. И князь вскакивает.

— Не подходи!! Ты!! Стой на месте!! — Кричит бешено.

— Ты уже сделал мне подарок, — произнесла Василиса спокойно, игнорируя истерику отца, и поднялась с лавки. — Самый лучший, какой не затмить даже легендарной Лазурной розой.

— Она твоя, — настаиваю, протягивая.

— Что ж, я право удивлена. Но ты же так рисковал, — говорит и спускается ко мне сама. — Скольких воинов ты потерял, сколько сил потратил? И зачем? Или я кажусь теперь тебе капризной?

— Да никого не потерял, слазили, как на пикник сходили, — посмеиваюсь.

Народ вокруг всё больше беспокоится, император сверху сидящий, похоже, вообще сейчас перевалится через перила. Рот раскрыл, слюна скоро закапает.

Но к чёрту его. Василиса уже близко.

— Держи.

— Не касайся моей дочери, убери руки, — воет князь.

Он молит меня. Он думает, что лишу её зрения… что за дурачок.

— Всё будет хорошо, Вячеслав Иванович, — отвечаю, словно утишаю психа. — Вашей дочери я не желаю зла. И не причиню его. Милая сестрица, поздравляю тебя с днём твоего рождения.

Киваю Василисе на подарок. Медлит мгновение, смотрит, изучает. Но принимает, как завороженная. Рассматривает с раскрытым ротиком, в глазах её ангельски чистых перламутр голубой играет. Все замерли, галдёж прекратился.