Чтение онлайн

Создавая базис для проявления потенциала развития общества, реализуя на практике вывод древнеарийской философии об опережающем росте его самоуправления над управлением им, государство обязано стремится к тому, чтобы граждане как можно меньше чувствовали его присутствие. Предоставляя обществу как можно большую объективно обоснованную достигнутым уровнем его развития свободу действий, государство не должно мешать неизбежному процессу его структуризации, приводящему к созданию социальной пирамиды неравенства.

Разумеется, в некоторых, строго определённых случаях без вмешательства государства в экономическую жизнь не обойтись. И тогда оно, проявляя принцип минимума Гамильтона, обязано вмешиваться в функционирование общественной жизни, включая его экономическую сферу, но всегда до того момента, когда заменяемые таким воздействием силы окажутся в состоянии осуществлять работу связанных с ними систем на приемлемом для всего общества уровне в автономном режиме.

Во всех остальных ситуациях, за исключением сферы соблюдения наиболее важных охраняющих общепринятый уклад жизни законов, государство обязано быть таким же участником общественной жизни, как и все остальные его субъекты. Играя по общим для всех правилам и законам, признавая равное право каждого на выполнение своего долга, государство должно создавать в своих контактах с членами общества, вне зависимости от их происхождения и настоящего положения в социальной иерархии, равные всем условия.

Помимо чисто экономических вопросов, опять же, опираясь на существующую экономику, государство обязано воспитывать население страны в духе приверженности её национальной идеи во всех имеющих отношение к такому делу вопросах. Оно обязано также не забывать права потомков, которые, будучи ещё не рождёнными, оказываются и самыми беззащитными, и, конечно же, защищать их, как силой своего авторитета, так и всеми имеющимися у него возможностями.

Однако, помимо индивидуальных подходов, в решении общенациональных задач имеются и унифицированные стандарты. Они проявляют связность Мироздания в специфике той или иной конкретной ситуации, и являются единственной неподвижной точкой взаимоотношения членов общества.

Само их наличие предопределяет необходимость возникновения государства, связывающего население территории в единый народ, живущей неразрывной общественной жизнью. И потому исключительно в сферу компетенции государства входит воинская повинность и монополия государства на насилие, в том числе и с применением оружия.

Вопросы глобализации. Неизбежное и объективно существующее стремление Мироздания к усилению связности неизбежно ставит вопрос об осуществлении власти во всемирном масштабе. При обсуждении данного вопросе нужно, прежде всего, иметь в виду, что процесс концентрации власти и управления объективен, но его реализация субъективна.

В результате, в процессе концентрации власти возможно создание двух принципиально различных по своей природе структур – системы-плюс и химеры. Когда за каждой из объединяемых наций признаются равные права в деле реализации собственной национальной идеи, получается жизнеспособная система-плюс.

Внутренний Предиктор называет подобную форму сотрудничества народов «межрегиональный блок» или просто «блок». В иерархии его структуры каждый компонент знает свою задачу в рамках общей для всех цели.

При отрицании права некоторых объединяемых этносов на проявления своих национальных идей образуется химера, классифицируемая Внутренним Предиктором как «межрегиональный конгломерат» или просто «конгломерат». При такой организации сотрудничества энергия, богатство и жизненные силы порабощаемых народов приносятся в жертву обычно немногочисленному ослепившему и подавившему у них волю к сопротивлению этносу-паразиту.

Межрегиональный блок отличается от межрегионального конгломерата тем, что из-за большей общности целей всех его элементов в нём преобладает, как того и требует древнеарийская философия, бесструктурное управление. Данное обстоятельство делает межрегиональный блок более устойчивым и жизнеспособным, чем межрегиональный конгломерат, в котором наоборот, приоритет, при подавлении инициативы отдельных его элементов, отдаётся структурному управлению.

Вехи истории. Неразрывно связанный с Мирозданием внешне видимый дискретный характер его развития в ходе реализации исторического процесса проявляется в довольно скачкообразной смене общественных формаций. Движущей силой данных событий является антиномический характер связи производственных сил и производственных отношений.

Движущий механизм. В случае истории антиномичный характер Мироздания в материальном плане приводит к противоречиям между «производительными силами» или человеческим фактором производства и «производственными отношениями», понимаемыми как совокупность применяемых в данный момент производственных приёмов и потенциал их развития. По мере количественного роста признаков нового, мажоранта обеспечивающей самовоспроизводство общества экономической системы, переводя количество в качество, уменьшается, и возникает новая общественная формация.

В результате, устойчивость любого общественного строя с материальной точки зрения определяется устойчивым характером процесса самовоспроизводства всех слоёв составляющей его социальной пирамиды. Разложение устройства общества начинается с подрыва экономической самостоятельности основных его институтов и приводит к нарушению работы государственного механизма и падению устойчивости социальной системы.

Собственно говоря, сказанное не является чем-то новым. Подобную точку зрения ещё в первой половине XIX в. высказывали основоположники марксизма – Маркс и Энгельс.

Стартовое положение. Если отбросить древнейшую историю до Великого Потопа, катастрофически отразившегося на состоянии человечества, то первой общественной формацией следует признать первобытнообщинный строй. Крайне невысокая производительность труда, позволяющая достигать одинаковых результатов почти любому, и отсутствие специализации сделали первобытнообщинный строй совместимым с родовой структурой общества.

Ситуация поначалу ничуть не изменилась и при переходе от охоты, рыболовства и собирательства к земледелию и скотоводству. Собственностью на все средства производства по-прежнему оставался весь род целиком.

В результате, агентами любых отношений были не отдельные люди, а рода, в зависимости от ситуации, представляемые советами своих старейшин или главой рода. Они решали также все вопросы внутренней жизни.

Участие отдельных родовичей в общественной жизни сводилось к безоговорочному выполнению распоряжений руководства рода. Правда, мнение членов рода могло учитываться, но степень их влияния на дела оказывалась напрямую связанной с занимаемым ими положением в родовой иерархии.

Однако, полное подчинение человека роду имело для людей в те грубые времена и определённую выгоду. Полное отсутствие каких-либо законов и только-только нарождающиеся традиции приводили к полному произволу.