Чтение онлайн

Дело в том, что присущая игнорирующему плановость капитализму стихийность развития не только открывала новые возможности агентам экономики, но и, причём куда чаще, как проявление ограниченности возможностей всего в Мироздании, делала их несостоятельными. Иначе говоря, к немалому удивлению человечества, прежде всего, как такое не казалось им на первый взгляд удивительным, для ярких творческих личностей выяснилось, что самая главная предоставляемая рынком возможность есть возможность прогореть.

Возникающее по такой причине чувство нестабильности, необеспеченности и неуверенности, дополненное прочими разочарованиями, и вызвало, начинания с конца XIX-ого в., прежде всего, во всех передовых в экономическом отношении странах, широкую волну культурного пессимизма. Характерные для буржуазии самоотверженность, чувство долга и тяга к порядку были девальвированы тягучим характером парламентского строя в принятии давно назревших решений.

Кризис либерализма совпал с кризисом науки. Век разума закончился, и люди увидели все язвы атомарного состава общества, пусть и обеспечивающего востребованную жизнью мобильность факторов производства, но не защищающего их в условиях кризисных состояний по причине отсутствия структур внеэкономического характера.

Все испытавшие описанный шок нации стремились преодолеть непрерывно растущий нигилизм не путём воссоздания условий эквивалентного обмена в обществе и его планового развития к приемлемым для всей нации целям, а экспансией во внешнюю среду, создавшей «империализм» на базе второй колониальной системы. Но, даже со временем поддержанные значительной военной силой, любые из таких попыток не увенчались, в конечном счёте, успехом.

Впрочем, поначалу такие являющиеся проявлением тиражирования дурной бесконечности шаги казались адекватным ответом на вызов времени. Резко проявившаяся в условиях быстро осуществляемого научно-технического прогресса неравномерность развития различных стран, а также воспоминания об экономическом эффекте создания колониальных систем в конце Средневековья, позволяли надеяться на неплохой результат.

Специфика новых условий проявилась в том, что, в отличие от прежних времён, вначале путём приобретения колоний решали не только задачу обеспечения сырьём метрополии, но и рынком сбыта производимой в ней продукции. Со временем стал практиковаться вынос в колонии производства, особенно грязного с экологической точки зрения.

Однако, как и прежние канувшие в лету времена, туземцы не особенно желали идти на контакты с колонизаторами. Несмотря на наличие у них пока ещё нетронутых богатств и незнания путей их рационального использования, обуславливающих выгодность первых контактов, они прекрасно понимали, что такое сотрудничество до добра не доведёт.

Чувство их не обмануло, и для преодоления собственных трудностей путём эксплуатации своих колоний и полуколоний передовые страны не стеснялись использовать давно списанные историей формы организации жизни. Цель оправдывала средства, и наравне с вновь широко распространённым рабством в колониях и широко организованной в рамках немалых регионов работорговлей, в полуколониях широко применялось взятие на откуп тех или иных доходов государства.

Разумеется, подобная бесцеремонность не могла не вызвать самую резкую ответную реакцию. И потому, не решив ни одного из накопленных ранее противоречий, данные шаги только создали новые трудности в развитии цивилизации.

Почти постоянно сжатое тисками непрерывного кризиса и раздираемо сомнениями по поводу правильности выбранного когда-то пути человечество испытало самый широкий спектр излечения сложившейся ситуации. Самой большой резонанс из всех таких попыток, непрерывно ведущихся почти с самого возникновения капитализма, под впечатлением присущих такому обществу язв, дали рекомендации социалистических учений всех видов и окрасок.

Однако, по мере своей реализации на практике, жизнь выявила и их несостоятельность. И трагичность нынешнего состояния человечества заключается в том, что вставший на пути его развития когда-то кризис вовсе не исчез, а, будучи отложенным, вновь в который раз возвращается, хотя и в изменённой внешне, но внутренне всё той же прежней форме.

Безусловно, раз и навсегда он может быть разрешён на базе выводов, полученных при его анализе с применением здравого смысла. И конечным результатом будут рекомендации древнеарийской философии, обсуждаемые в главе 4.

Архаические общественные формы и скачки в развитии. Кризис, который уже более столетия не может преодолеть человечество, носит, прежде всего, мировоззренческий характер. Его наличие лишний раз доказывает, что нельзя, следуя марксизму, пытаться объяснить феномен общественного развития только чисто материальными факторами, в том числе и противоречиями между производительными силами и производственными отношениями.

Немалую роль здесь играет отношение к реалиям культурного ядра народа, его мироощущение и миропонимание, иначе говоря, преломленное через национальную идею имеющееся у этноса мировоззрение. Именно такая причина позволяла многим народам пропускать в своём развитии общественные формации, во многих иных случаях неизбежные.

Другие же этносы она возвращала к уже давно и общеизвестно устарелым формам организации взаимоотношений в обществе. Именно по такой причине оказалось возрождённым в южных штатах США рабство.

Оно смогло дожить вплоть до второй половины XIX–ого в. и исчезло вовсе не в силу своей экономической несостоятельности, а под воздействием военной силы. Аналогичные обстоятельства позволили, невзирая на накопленный цивилизацией опыт, в конце XX–ого в. повсеместно в период разгула демократии в России в структуре её государственной власти воссоздать феодальные формы, а в Чечне даже с большим размахом реализовать и более древнее рабство.

Здоровый образ жизни. Как известно, проблема здоровья интересна каждому, даже тому, кто говорит, что у него такого добра ещё много, и поэтому он его губит. Но даже ему небесполезно знать, сколько ещё можно губить своё здоровье.

Диета человека. Согласно древнеарийской философии, растительный мир представляет собой фон для существования животного мира. И потому, флору в её совокупности можно рассматривать как единственную неподвижную точку, чьё существование в материальном плане обеспечивается фауной.

Древнеарийская философия также утверждает, единственной неподвижной точкой живой материи является человек, факт появления которого и составляет сущность и смысл существования всех прочих живых существ. И потому, в выбранной модели, учитывая ограниченность возможностей любого объекта Мироздания, в том числе и человека, и присущую окружающему миру связность, животный мир, помещённый внутри растительного мира, может быть заменён человеком.

Логическим следствием проведённого преобразования, поскольку исследовался предельный случай, является вывод о преимущественном вегетарианстве человека. И он подтверждается наблюдениями за действительностью.

Дело в том, что любой испуг у многих животных стимулирует выброс в кровь достаточное количество адреналина или его заменителя, в зависимости от биохимии того или иного животного. А они, особенно после кончины животного, приводят к усиленному образованию в нём трупных ядов или «птоаминов».