Чтение онлайн

Они обычно появляются при любых системах контроля над данным процессом. Извлекаемые в их пользу из состояния неэквивалентного обмена выгоды бывают всегда столь велики, что всякий проходимец, даже самый ленивый, не может не попытается обратить их на свою пользу, тем более, что в тяжёлые экономические времена, когда проблемы тяготят очень многих, в том числе и стражей порядка, эффективность большинства, если не всех процедур контроля, резко падает.

Иначе говоря, способствуя появлению дисбалансов, инфляция лишает многих, а иногда и почти всех самого необходимого для жизни. Другим же, поскольку, если где-то что-то исчезло, то в другом месте, пусть и с учётом определённых неизбежных потерь, оно обязано появиться, она даёт незаслуженную роскошь.

Однако, из-за отсутствия возможностей реальных вложений, обладатели богатства не знают, куда тратить свои деньги. Откликаясь на их платёжеспособный спрос, возникают и/или гипертрофируются рынки предметов роскоши и товаров деградационно-паразитарного спектра, нередко значительно превосходящие по своим оборотам и получаемым на них прибылям действительно нужные обществу рынки, где удовлетворяются демографически обусловленные потребности.

Инфляция, если не способствует переводу конкуренции в непроизводительную форму, то, как минимум, создаёт условия для её ослабления. Регресс участникам экономики не позволяет находить свои рыночные ниши для проявления собственной индивидуальности и делает рекламу всё более громкой агрессивной и неэффективной.

Дело в том то подавляющее большинство агентов рынка оказывается вынужденным думать не о деле, а о том, как бы удержать контролируемые ими рынки и, при наличии такой возможности, перекроить на себя рыночную долю соседа. Конечно же, обычно всё заканчивается тем, что распределение исходных позиций между продавцами на рынке остаётся прежним, а страдает потребитель, поскольку значительные ресурсы оказались потраченными впустую, а не на дело.

В завершение в дело вступает принцип самофинансирования, требующий возмещение всех издержек за счёт продавца. И потому логичным следствием такой политики оказывает вовсе не повышения качества обслуживания потребителей, а нарушение их суверенитета на фоне роста уровня цен или инфляции.

Впрочем, чем дальше распространяются метастазы генерируемой инфляции болезни экономики, тем явственней на её рынках, демонстрируя ослабление конкуренции, начинают появляться структуры типа олигополии и даже монополии. Стремясь противодействовать распаду посредством получения монопольной прибыли, а когда и ускоренным устареванием производимых на основе одной и той же фундаментальной технологической концепции товаров, они пытаются подчинить себе и своему безусловному влиянию всю экономику, ибо только так оказываются способны выжить в условиях инфляции.

Логичным завершением подобных тенденций является высокий уровень коррупции. Она распространяется не только в чисто государственных структурах, но также и в олигополиях и монополиях, которые, постепенно сращиваясь с государственным аппаратом, отличаются от него с большим трудом, во всяком случае, для неискушённого взгляда.

Реальным источником, за счёт которого поддерживаются подобные метастазы вызванной инфляцией болезни экономики, если нет поступлений средств из-за рубежа, например, от тех же колоний и полуколоний, разумеется, оказывается население и рынки с более высокой степенью конкуренции, чем олигополия или монополия. В современных условиях наглядный пример иллюстрации сказанного даёт сельское хозяйство.

Дело в том, что, «если на рынках своей продукции фермеры сталкиваются с высокой конкуренцией, то потребляемые ими ресурсы они обычно покупают в отраслях, которые обладают значительной экономической властью»9. А она и позволяет производителям ресурсов, потребляемых фермерами, устанавливать на них высокие цены, разоряя их своим стремительным ростом на фоне в лучшем случае медленного увеличения доходов.

Безусловно, подобное явление наглядно демонстрирует неустойчивость рыночной системы в глобальном плане. Иначе трудно объяснить, как конкурентная экономика, явившая миру свои блестящие достижения, уничтожает сама себя.

Однако, коль скоро, как выяснится в главе 6, в современном мире инфляция во многом является следствием ссудного процента, а он лежит в основе почти всех процессов, обеспечивающих функционирование рынка, построенного на рекомендациях официальной экономической науки, то делаются неоднократные попытки обелить инфляцию, найдя в факте её существования положительные черты. И потому, помимо кривой Филипса, часто говорится, что инфляция помогает сбыту залежавшихся товаров, поднимая столь нужную обществу ликвидность экономики, особенно во времена кризисных явлений.

Правда, в данном случае игнорируется тот факт, что в условиях умеренной инфляции, не говоря уже о гиперинфляции, качество производимых экономикой товаров, если она работает, а уже не встала под гнётом проблем, обрушенных на неё инфляцией, ухудшается по объективным причинам. И потому, соглашаясь с тем, что инфляция действительно приводит к сбыту залежавшихся товаров, следует добавить, что в подавляющей своей массе, будучи невысокого качества, они не особенно нужны потребителю и реально не сильно востребованы им.

Заметание мусора под ковёр. С точки зрения древнеарийской философии, инфляция является следствием неадекватного представления операторов рынка о реальных потребностях общества, которые обязана удовлетворить рыночная система. Иначе говоря, в условиях отсутствия чрезвычайных ситуаций повышение уровня цен свидетельствует о недостаточной проработке планов развития общества его концептуальной властью, чью роль обязано выполнять государство.

И потому никакие меры государственного регулирования рынка, особенно из числа тех, что перечислены в главе 4, а именно: нормирование распределения вплоть до введения карточной системы, фиксация рентабельности операций неизменно оказываются неэффективными. Даже проводимые только с предметами первой необходимости и при моральной поддержке большинства населения страны, именно из-за расхождения спроса и предложения они могут приводить к ожидаемым эффектам лишь в краткосрочном плане.

Куда более эффективным здесь является метод государственных дотаций в рамках политики точечной поддержки действительно нуждающихся, при их распределении, как, например, тех же талонов на питание, целевым образом. Данный шаг не позволяет деньгам переходить на иные рынки и менее всего отражается на росте уровня цен.

Хуже работает, ибо позволяет деньгам переходить, куда захотят её владельцы, метод «индексации», являющийся механизмом, при помощи которого государство повышает денежные доходы населения, частично или полностью компенсируя ему рост стоимости уровня жизни. Борясь с последствиями, а не с причиной в виде недостатка массы товаров на рынке, как тот, так и другой подход в корне не решают проблемы.

Иначе говоря, тут без долгосрочной политики развития, лучше всего, разрабатываемой государством в интересах всего населения страны, обойтись невозможно. Ярчайшим примером является создание «стабилизационных фондов», призванных аккумулировать в себе избыточную денежную массу с целью сдерживания инфляционного давления с целью её дальнейшего расхода в период спада конъюнктуры для сглаживания колебаний активности рынка.

Причиной является связность мировой экономики. Она не позволяет любой стране, а не только развитой, обходится без импорта, ибо даже при простейшей организации хозяйства в виде сырьевого экспорта не обойтись без закупок из-за рубежа эффективного оборудования для добычи полезных ископаемых или уборки сельскохозяйственных культур.