Чтение онлайн

В результате, временное укрепление курса валюты, осуществлённое столь искусственным способом, оказывается не в состоянии скрыть негативные тенденции. Когда же инфляцию удастся хотя бы ввести в разумные рамки, то за такой шаг приходится заплатить высокую цену полного или частичного коллапса ориентированных на внутренний рынок отраслей.

Выгоду же за счёт всей страны начинает получать лишь чрезмерно гипертрофированный экспортный сектор. Поскольку в подверженной деградации экономике он не относится к обеспечивающим прорыв к новым высотам перспективным отраслям, то нормальное развитие общества не просто подавляется, но и уничтожает само будущее страны.

Дело в том, что приходится нести издержки по развитию не только себя, но и фаворитов мирового еврейства. Иначе же, сейчас в организованной на рекомендациях сионистской экономической науки мировой экономике на иных условиях участвовать в международных экономических отношениях просто невозможно.

Вдобавок, завышенная национальная валюта, особенно волевым способом, уменьшая ёмкость экспортных рынков, и, тем самым, подрывая конкурентоспособность экспорта страны, со временем создаёт проблемы и для связанных с ним отраслей. Как следствие, уменьшается возможность по удовлетворению насущных потребностей страны за счёт импорта.

А другого пути к тому времени может и не быть, поскольку изъятое ранее у государства право на эмиссию своей национальной валюты уже могло создать непоправимую ситуацию. Лишённое эмиссионного дохода общество просто не имеет иных рычагов запуска маховика экономики и поддержания процесса своего воспроизводства на должном уровне, и, что вполне естественно, неизменно откатывается назад в развитии вплоть до полного разрушения.

Положение, в которое попадает подвергшаяся долларизации страна, осложняется ещё и тем, что в условиях постоянной инфляции, периодически переходящей в гиперинфляцию, экспортёры не особенно оказываются заинтересованными в возврате экспортной выручки в свою национальную экономику. При отсутствии же закона об оплате всех платежей в страну в её национальной валюте очень трудно проконтролировать их на предмет соблюдения общенародных интересов, а ставка на сознание в подобных ситуациях практически никогда себя не оправдывает.

Собственно говоря, в таких условиях их позиция бывает зачастую проста как солёный огурец. Нередко становясь антинациональной силой, они ничего не имеют против того, чтобы не связанная напрямую с их отраслями часть нации, которую они рассматривают как балласт, просто умерла, лучше всего, без шума и как можно быстрее.

Дело в том, что, например, для обслуживания потребностей топливно-энергетического комплекса в нашей экономике требуется максимум 50-60 (пятьдесят-шестьдесят) миллионов человек. Оптимальной же с такой точки зрения численностью населения страны является количество в 10-15 (десять-пятнадцать) миллионов, которые и могут в таком случае рассчитывать на соответствующий современным западным стандартам уровень жизни.

Выгода финансового интернационала. Ослабление экспортных позиций экономики на фоне всё возрастающего удовлетворения потребностей общества за счёт импорта, усиленная дискредитацией её национальной валюты, довольно скоро ухудшает её платёжный баланс и ставит под вопрос возможность удержания явно завышенного курса национальной валюты страны. Конечно же, одновременно не только для государства, но и вообще всех агентов национального рынка возрастает привлекательность валюты-заменителя и иных иностранных валют, что объективно усиливает их.

Фактически принимая их в своё внутренне обращение, данная страна выдаёт под малый процент или вообще без процентов и на очень длительный срок кредит странам, для которых такие валюты являются национальными валютами. Как следствие, данные средства, столь нужные для своей страны, реально работают на благо чужой экономики.

Вдобавок, возможен возврат средств назад в страну, но уже не как её собственность, а в виде займа, выдаваемого ей обычно на куда худших условиях, чем те, на которых она сама предоставила данные средства. Вполне логично, что на таком фоне происходит рост курсов валют-заменителей, в основном резервных валют и в меньшей степени твёрдых валют.

Разумеется, так происходит вовсе не из-за повышенного трудолюбия жителей стран, для которых данные валюты-заменители являются национальными валютами. Причина лежит в созданной глобальной синагогой изощрённой системе грабежа стран, за счёт которых она обеспечивает явно завышенный паразитический уровень жизни у своих фаворитов.

В результате, хотя только и до поры, до времени, возникает ситуация, когда оказывается, что резервная валюта, например, «доллар также хорош, как золото88. А она, усиливая созданные неадекватные прогрессу условия неэквивалентного обмена, провоцирует удовлетворять постоянно возрастающие в процессе еды аппетиты просто за счёт эмиссии, покрывая ею импорт, почему действительность начинает подвергать сомнению истинность такого порядка вещей.

Из-за чрезмерно повышенного спроса на валюты-заменители такая практика долгое время не приводит к падению их курсов, по крайней мере, значительному. Вне всяких сомнений, страна, для которой валюты-заменители являются национальными валютами, получает большие выгоды, тем более, что все трудности поддержания курсов иных валют приходится нести не ей, а её странам-контрагентам, выпускающим данные валюты в обращение.

Дело в том, что деньги можно печатать быстрее, чем, например, качать нефть. К тому же, и не очень затратно, особенно в случае электронных денег, когда эмиссия производится посредством записи в компьютере, за которую потом, как в сказке, приходят вполне реальные ценности, зачастую в весьма немалых масштабах.

Опыт преодоления самообмана. Правда, здесь очень легко перейти предел допустимой грани, что обычно и наблюдается на практике. Непомерное увлечение необеспеченной эмиссией валют-заменителей, особенно ключевых валют, со стороны государств, выпускающих их в обращение, ориентирует на обеспечивающее благоденствие таких паразитов страны чрезмерный спрос, вполне логично порождающих инфляцию в национальных экономиках экспортёров.

Разумеется, по мере насыщения иных национальных экономик, а когда и их разрушения, при превышении объективной потребности в них, валюты-заменители начинают отторгаться эксплуатируемыми мировым еврейством странами. Со временем, их курс падать, и нередко дело доходит до массового сброса.

Вначале они концентрируются на внешних по отношению ко всем государствам рынках, самым масштабных из которых является рынок «евродолларов», то есть, долларов, которые обращаются между странами Европы, не будучи реально привязанными ни к одной из них. Из-за своей бесхозной национальной принадлежности они реально не оказываются подчинёнными никакой национальной регулирующей политике.

Дело в том, что выпустившая их в обращение страна не может отследить каждый раз текущую форму их воплощения, например, в виде средств на расчётном счёте или как депозит, и применить различную норму резервирования с целью обуздания нездорового мультипликационного эффекта. Она видит всю совокупность средств на том или ином корреспондентском счёте иностранного кредитно-финансового учреждения, и удивляться тут нечему.

Иные государства, ибо коммерческие банки существуют вовсе не на Луне, хотя и могут восполнить такой пробел, зачастую проводят свою политику, отличающейся от действий страны, выпустившей в обращение обсуждаемую иностранную валюту. Как следствие, пузырь практически бесхозных активов пухнет, угрожая благополучию всех стран, а по достижении определённого уровня начинает возвращаться за своим обеспечением в породившую его страну.

Если не отсечь такой обратный поток, то в страну, некогда выпустившую её, возвращается в огромном количестве наличность. Она предъявляет платёжеспособный спрос, который за счёт внутренних источников данной национальной экономики, давно уже либо уничтоженных за ненадобностью в прежних условиях, казавшихся незыблемыми, либо вывезенных за рубеж, например, по соображениям экологии, удовлетворить не представляет возможным.