Чтение онлайн

Однако, как бы то ни было, дьявол выполняет за Бога чёрную работу. Конечно же, подобное наблюдение показывает, что дьявол в определённых нюансах функционирования проявленного мира является востребованным эволюцией Мироздания, хотя бы, например, как дисциплинирующий фактор.

Впрочем, несмотря на такую свою роль дьявол далеко не равноценен Богу. Несмотря на очевидную силу, он всегда побеждается Всевышним, что и создаёт условия для прогресса Высшего Промысла в долгосрочной перспективе.

Необходимо отметить, что восстребованость дьявола эволюцией окружающего мира на протяжении всей истории человечества приводила к великому множеству ошибочных толкований. На взгляд автора, самым распространённым из них является «деизм», представляющий собой одновременную веру в Бога и дьявола.

Как течение в философии деизм, давший, в том числе, начало философии экзистенциализма, основывается на постулате о том, что Богом изначально был Сотворён окружающий мир, после чего Всевышний отошёл от дел. Но, так как «свято место пусто не бывает», Бог тем самым освободил арену деятельности под названием «Мироздание» дьяволу.

Разумеется, данная философская доктрина в корне неверна. О её ложности можно судить, даже не обращаясь, например, к общей схеме космогонии древнеарийской философии.

Действительно, если встать на такую точку зрения, то получается, что всё происходящее вокруг нас является делом рук дьявола. Ошибочность данной точки зрения ясна и без привлечения арсенала методов древнеарийской философии.

Деизм, особенно после возникновения манихейства, основанного в Древней Персии в III в. проповедником Мани, пустил глубокие корни во многих религиозных доктринах. Частной его формулировкой является изречение о том, что только Бог Сотворяет окружающий мир, а дьявол не может породить и мухи, но именно он приводит всё в движение.

Более радикально высказался в данном плане масон Виктор Гюго, бывший в период с 1844 по 1885 г.г. главой самой главной масонской ложи – Сионской общины42. Он вообще утверждал, что в дьяволе Бог.

Формулы дьявола. Усложнение ментального плана Мироздания приводит к использованию более слабых вариантов аксиомы выбора. Подобное обстоятельство уменьшает возможности анализа ситуации.

Иначе говоря, в отличие от Бога дьявол не даёт выбора. Как следствие, дьявола не используют, ему служат.

Осложнение процесса познания, вплоть до его свёртывания, приводит к тому, что дьявол оказывается причиной раздоров и страшнейшим путаником. Фантомный же характер дьявола обосновывает тот факт, что дьявола, строго говоря.

Совращение дьяволом с множества путей движения к единственной неподвижной точке истины в том или ином вопросе объясняет, несмотря на его творческое бессилие, по причине его зависти к творческому потенциалу Всевышнего чисто внешне огромное разнообразие приёмов осуществления происков дьявола, используемых в огромном числе комбинаций. Факт же реального отсутствия фантома объясняет, что дьявол скрытен вплоть до того, что у дьявола всегда в больших количествах и на все случаи жизни имеется алиби, помогающее соблюдать ему инкогнито.

С целью получения алиби дьявол даёт о себе знать объектам Мироздания исключительно по своим проискам, осуществляемых через посредников, именуемых «тёмными силами» или «слугами дьявола». Вследствие своей низости, являясь началом всех споров, пороков и преступлений, ни сам дьявол, ни тёмные силы не понимает своей подлости.

Разумеется, данные факты свидетельствует о нравственном помешательстве дьявола. И потому любая правда о дьяволе всегда оказывается грязной вещью.

В результате, дьявол страшен не тогда, когда появляется и пугает, а когда невидим. А после же своего разоблачения дьявол становиться нередко не только презренным, но и даже жалким.

По такой причине дьявол постоянно пытается доказать, что его нет, и что он есть Никто и Ничто. Правда, подобное Ничто ничтожит всех принявших происки дьявола за чистую монету и пытающихся сблизится с ним.

В результате, своих слуг, которые не могут любить никого, кроме самих себя, дьявол, вербует, играя на их желаниях, осуществление которых, как минимум, не способствует прогрессу Высшего Промысла. Подобное и неудивительно – ведь ничего другого дьявол, согласно своему определению, делать не умеет, и тем более, не мечтает о чём-то ином.

Разумеется, тёмные силы, проявляя свой эгоизм, воплощающейся в качестве своей единственной неподвижной точки в дьяволе, воображают, что действуют к своей выгоде. Но, коль скоро дьявола нельзя использовать, а ему можно только служить, выходит, что дьявол только сулит золотые горы, но всегда расплачивается разбитыми черепками.

Дело в том, что одной из главных целей дьявола является стремление к паразитизму. И здесь дьявол рассматривает всё, на что упадёт его взор, не говоря уже о своих слугах, как инструмент удовлетворения собственных похотей.

Вследствие антиномичного характера Мироздания и присущих ему устремлений дьявол представляет собой сотканную из парадоксов сущность. Например, обладая, подобно демиургу, с которым он имеет определённую связь, творческим бессилием, несмотря на противоположность своих планов замыслам Всевышнего, дьявол вынужден подчиняться тем же установленным Всевышним законам, что и все остальные объекты проявленного мира.

Правда, даже понимая своё творческое бессилие, дьявол пытается создать свои предписания для проявленного мира, но, несмотря на ряд локальных успехов, в конечном счёте, ничего такого ему добиться не удаётся. Единственное, чем венчаются подобные попытки, так только тем, что дьявола начинают считать обезьяной Бога или антитезой Бога.

Использование дьяволом в своих происках инструментов, созданных не им, а Богом, приводит к тому, что дьявол действует всегда из-за угла, в темноте, сзади и наоборот. Как следствие, дьявола называют ещё князем тьмы и богом века сего, причём в последнем случае, чтобы подчеркнуть сущность происходящего слово «бог» пишут с маленькой буквы.

В своих происках дьявол широко практикует обман и провокации. Впрочем, действует он так до поры до времени, и, когда все козыри оказываются исчерпанными, то в критических ситуациях дьявол демонстрирует трусость.

Зная об таких своих качествах, дьявол не любит, когда ему заглядывают под хвост или дёргают за хвост. Когда же кто-либо такое сделает, сознательно или случайно, то поднимается дикий свист и улюлюканье, и по такому вою сразу же всем тем, кто хоть немного правильно разбирается в ситуации, становится понятным, что же случилось.