Чтение онлайн

— Ну что, попрощался со своим кладом, Ратобор? — ехидно спросил мавр у мага. И обернулся а к Аронии: — А ты, девка…

— Я вам не девка! Меня Арония зовут! — оборвала она его. — И, кстати, мне тут одна вещица понравилась. Я возьму её — как память о матери, — заявила она.

— Ничего не получишь отсюда! — оттопырил губы мавр, прикрыв своими огромными ручищами-корягами драгоценности. — Я тебе целую и невредимую бабку отдал! Она у меня знаешь сколько еды съела? Вагон! — недовольно пробрюзжал он.

— Мне всего лишь вот этот кувшинчик нужен! — не слушая его, выдернула та из сундука нефритовый сосуд. — Жалко, что ли? Я ведь не торговалась, когда вы полсундука взяли! — заявила она.

Мавр, увидев то, что она выбрала, только фыркнул:

— Ну и дура, ты, девка! Ладно, бери свою стекляшку! Могла бы что-то и получше выбрать. Эх, ладно — я сегодня добрый! — махнул он рукой, усовестившись. — Сделаю тебе подарок! — и, выхватив из сверкающей горы жемчужное ожерелье, протянул ей его. — На, девка! Помню мою доброту!

Но Арония даже не прикоснулась к ожерелью.

— Я же сказала — мне ничего не надо! Только эта вещица — как память, — показала она кувшинчик.

— Я ж говорю — дура, — пожал плечами мавр и, бросив ожерелье обратно, хотел захлопнул крышку. — Некогда мне ваши глупости слушать! Домой пора!

Но тут вперёд выступил Ратобор и крышку сундука будто вдруг заклинило — не захлопнулась. А мавра будто скрючило.

— Погоди, не торопись! Я не согласен с таким разделом, Смугляк! — заявил он, прихватив его руку пальцами. — Давай-ка разберёмся!

Мавр попытался вырвать свою руку, но тщетно. Да и сам он, похоже, не мог двинуться.

Арония смотрела на это с ехидством — вот и он оказался на её месте!

— В чём разберёмся? — спросил мавр, поморщившись.

— В наших счетах! Надо их подкорректировать! — сказал Ратобор и продолжил:

— Допустим, за двести лет я кое-что задолжал тебе, Смугляк.

Я за это время нашёл только четыре клада, — загнул он четыре пальца. — Два горшка с серебром и один чан с золотыми монетами. На них я потом и создал свой капитал — сеть магазинов, но это к делу не относится. С тех кладов тебе приходится — пять ложек, две полтинны и пять монет. — Убрал он три из четырёх пальцев. — И ещё один клад — вот этот сундук. Половина его содержимого принадлежит Аронии, половина моя. Из них-то я и должен тебе десятую часть. То есть — десяток колец, пять пар серёжек и пару ожерелий. Так? Мизер! Вот и посчитай, Смугляк, какова твоя доля? — показал он ему пустую руку. — Всего ничего! А ты тут на сундук насел, будто орёл на гнездо. Не твоё оно!

Арония слушала его, посмеиваясь. Она видела картинки о его прошлых похождениях — Сербия, Польша, Черногория, ещё какие-то города и моря. И прекрасно знала — врёт он всё! Какие там горшки? Награбил такого, что и «царям-анпираторам» не снилось. А потом, когда они с Ариной создали… шайку — и того больше имел. Арония не могла назвать их союз иначе — только шайка. Иные фирмы да союзы и нынче по-другому ведь не назовёшь. Удачливыми они были разбойники. Какой ещё мизер! Во дворцах жили, на золоте ели.

Но девушка молчала. Это их дела — встретились два жулика, пусть болтают. Как говорит Фаина — иногда лучше промолчать, чем что-то сказать. Да и кто она для них? Девка? Судьбу которой они кинули на кон ради этого древнего сокровища. Одни в брачный союз готовы с разбегу вступить, другие, не моргнув глазом — оборотней натравливают и старушек похищают! Пусть этот треклятый сундук себе забирают, только оставят её в покое!

А на поляне продолжалась свара.

— Какие ещё горшки? Какой чан? Кто подтвердит твои слова? — возмущённо вопил мавр.

— А кто их опротестует? — прищурился Ратобор и осмотрелся.

Конечно — никто. И Арония, и Калина, усмехаясь, тихо молчали.

А Полину Степановну и вовсе ничего не интересовало. Пока всем было не до неё, она, достав из сундука то ожерелье — с жемчужинами в три ряда, которое Смугляк предлагал её внучке, надела его себе на шею. Кстати, это ожерелье очень подошло к её бирюзовому платью и белым лаковым туфлям. Затем она выудила из сундука ещё кольцо с крупной жемчужиной в всю фалангу т одела и его на палец — красивый комплект получился. А что? Это же сон, во сне всё можно — даже воровать потихоньку. Пока все ссорятся из-за клада. Который ей снится.

— Согласись, я всегда вовремя с тобой рассчитывался! Пока ты не исчез в Африке, не оставив мне — своему единственному ученику, наследства. И даже не составив на моё имя завещания, — высокомерно проговорил Ратобор. — А ведь твой дворец, построен на мои проценты. Со временем он развалился, запертый на тридцать три заклятья, и превратился в бесполезную груду камней, на которые даже вороны не гадят. А я б его сохранил, — вздохнул он. — Всё ж в тех горах прошла моя юность. Ну, ладно — это всё лирика, — небрежно махнул он рукой. — Вернёмся к прозе жизни.

— Какой ты шустрый! Завещание! Наследство! — презрительно оттопырил губы мавр. — С какой стати! Я ведь собирался вскоре вернуться. Да не дали! Поэтому все твои расчёты — тьфу! Туфта. Весь этот сундук мой! И точка!

Упорный какой. Хотя в данный момент не мог даже с места сойти, а всё права качает!

— Я повторяю — половина клада по праву принадлежит дочери Арины. А тот вагон еды, что съела у тебя Полина Степановна за один день, я тебе возмещу, — хмыкнул маг. — Хотя, ты, небось, знаком с законом о похищении людей? Или напомнить? А что там говорит закон о договорах, утративших своё значение за давностью лет? — прищурился он. Мавр хотел возразить, но маг, подняв руку, продолжил: — Итак, подсчитаем всё, что я тебе должен, Смугляк. Ежели по закону — в денежном выражении? Десять процентов от двух горшков и от чана, получается… — И, наклонившись, он что-то шепнул тому на ухо. — Это в нынешних ценах, а они сильно подросли.

Смугляк попытался что-то возразить, но лишь сипло прошипел:

— Грабёж!

А Ратобор продолжил:

— Всё по закону, Смугляк. И ещё десять процентов от половины сокровищ из этого древнего сундука! Тут тоже всё, как в аптеке будет! По-честному. Я даже экспертов по раритетам приглашу, они всё в сундуке до мелочи оценят. И даже помогут тебе с покупателями. Выплатят полную стоимость. Зачем тебе, Смугляк, эти побрякушки? Африканские девушки любят украшения из зубов львов и акул, и из морских ракушек. Этого добра там навалом — купишь.

Смугляк — наверняка не новичок в ювелирных вопросах, только рот разинул от такой наглости. Но на речи у него не было дозволения, разве что на сипение.

А Ратобор сейчас просто сиял самоуверенностью. Высокий, красивый, в белом костюме и с пышной причёской, будто он только вышел из парикмахерской — маг выглядел эффектно и представительно. Будто это не он — взлохмаченный и растерянный, недавно зигзагами прыгал тут по поляне, бормоча нескладушки. Арония просто залюбовалась им. И тот говорил полную лабуду. Да ещё так важно и уверенно — будто какой-нибудь лорд на заседании пэров. Ведь этим «побрякушкам» цены нет, даже она это понимала. И всякие оценки и поиски покупателей могут затянутся на годы. Смугляк в своей Африке так ничего не дождётся. И поделом ему!