Древнее сокровище
Шрифт:
— Так вот — я тожеть подтверждаю почтенность етого Михалапа. Не нужон ему ваш клад! — И, проницательно глянув на него из-под лохматых бровей, добавил: — Рази что сами дадите. А також я подтверждаю честность етого лесовика Иха. Всё, как есть, он рассказал. Стар я, чтоб врать-то! — нахмурился старец. — Постарей ищо, чем ты, Ратобор! — сурово заметил он. — Наслушался я тута ваших криков на весь лес. И слово моё таково: Ратобору и Аронии етот клад надлежит взять! Ратобор его и награбил, и зарыл тута — совместно с матерью сей девицы. Им и дале с им решать — куда его деть, да как делить. А етот Шмухляк… — упрямо повторил он перековерканное домовым имя, — больно жаден и хитёр! За то наказывать надоть!
— Чего раскомандовались? Наказывать! Эк, вас тут развелось! Делильщиков! — разозлился мавр, чуя, что все против него тут. — Откуда и взялись-то? Мой сундук — и всё! А раз мой, то пусть девка и эту стекляшку на место положит! — заявил он. Арония вмиг свой кувшинчик за спину спрятала. — И пошли все вон! Я вот сейчас немного поколдую и до всех доберусь, всем достанется! И честным, и почтенным! И лесовикам, и домовикам! Да я…
Его кто-то перебил.
И далее на поляне вновь разгорелись споры, брань и обвинения. Теперь в этом ещё участвовала и нежить — призрак Калина, два домовых и лесовик — все Арониина поддержка. Да и Смугляк с Ратобором… тоже не совсем люди.
«Одна мая бабуля тут — человек, но она держит нейтралитет», — ласково глянула на неё Арония.
Но Полина Степановна вдруг окликнула её:
— Аронеюшка! — И, когда та подошла, тихо шепнула: — Забери ты у них свои полсундука! А то ведь они так и будут здесь ссориться. Пусть Ратоборчик с остальным сам разбирается. — Вот и она приняла участие в разделе сундука! — А какие красивые эти блескушки! — восхитилась Полина Степановна, указав на гору самоцветов и золота в сундуке. — Жаль, что они мне только снятся! А то б я на бальные танцы кое-что оттуда прихватила. Кроме жемчугов, — погладила она кольцо. — Изумруды, например. Вадим Юрьевич был бы в восторге! — подкатила она глаза. И посетовала: — А на что тебе, Аронея, эта стекляшка? — недовольно покосилась она на нефритовый кувшинчик. — Замени её хоть на… рубины, что ли! Хотя — чего это я переживаю? Это ж сон! — махнула она рукой и отвернулась.
«Да уж! — вздохнула Арония. — Народу-то к этому кладу сбежалось! И так делят, и этак! Не хватает здесь только Фаины! — пощупала она мониста на шее. — Не буду её звать! Мне ведь эти блескушки ни к чему! Их тысячи лет делят, да кровь за них проливают. Не нужны они мне! Эх, мигнула б я сейчас к дому, да как с бабулей быть? Не оставишь же её… в этом кошмарном сне».
И тут всё вокруг изменилось — будто вдруг сменили одну картинку на другую:
Вырвавшись из тьмы, поляну вдруг осветили мощные лучи света — целые прожекторы засияли. В лесу? А на самой поляне вмиг потемнело и стало очень холодно. Голоса, спорившие о треклятом кладе и несчастных осьмушках, вмиг смолкли. В лучах прожекторов стояли только старушка и девушка.
Полина Степановна, решив, что она проснулась, вскочила и испуганно за озиралась. Что это за место? Как она сюда попала?
Лучи, перебегая по поляне, выхватывали то их, то какие-то сиротливые голые деревья и озябшие кусты. И зелёную траву, даже не припорошенную снегом. Страшно-то как!
И тут на весь лес прозвучал гулкий мужской голос:
— Всем оставаться на местах! Полиция! Вы окружены!
Похоже кто-то говорил в рупор.
31
Да, в рупор на лесной поляне говорил именно майор Чуров. Он нашёл Аронию и прибыл на поляну вместе со своими ребятами её спасать.
А дело было так:
Побывав вечером в покинутом жильцами доме на улице Профсоюзной, он вернулся в отделение и поднял по тревоге всех, кого только смог найти. А если уж Чуров хотел кого-то найти, то скрыться от него удавалось немногим. Практически — никому.
И вскоре в отделении уже экипировались в спецназовское: его невозмутимый друг Костя, а также Костяныч — любитель поспорить, и ещё молодой, но очень шустрый, Олежка, а с ним белобрысый громила Жендос, тут же был и солидный парень Петро. Да все — Саня, Миша, Дима, Андрей, Денис, Акоп и Алик, всего двенадцать человек, каждый из которых стоил десяти. Они отозвались на его зов, бросив свои дела — его боевое братство.
Явился в отделение на такси и слегка выпивший сисадмин Дима — его сорвали из клубешника. Он быстренько вычислил на компьютере то место, откуда поступал ответный сигнал с Аронииного телефона. На удивление, это оказалось не очень далеко от города — километрах в семидесяти, в горах. Чуров, с левого телефона, валявшегося в вещ доках, сделал звонок о нападении на банк. Типа — прохожий сообщил. А дежурный, Колян — само собой, не смог отказать майору и зарегистрировал его. Ничего — Чуров потом отбрешется от Мерина, мол — ложная тревога была, но ребята были на уровне. Им полезно потренироваться. А не прокатит — пусть его увольняет. Ничего, сейчас главное — Аронию спасти.
«Этот сумасшедший Ратобор, разозлившись на отказ Аронии выйти за него, — а в том, что она откажет, Владислав не сомневался, — мог чёрте-чо натворить», — рассуждал майор, внешне сохраняя невозмутимое спокойствие.
Ребята быстро организовали технику.
Ведь место, которое дислоцировал Дима и где сейчас была Арония со своим телефоном — дай-то бог, чтобы жива осталась, находилось в лесной зоне, в глухом и явно непроходимомлесу. Соответственно и техника была выбрана повышенной проходимости. Два джипа, правда, принадлежали ребятам — Петру и Костянычу. Вездеход был позаимствован у бывших сослуживцев, работавших сейчас в МЧС — пригнали за пять минут. С сиреной. И ещё служебный микроавтобус — с решётками, был выгнан из гаража. Так что есть куда злодеев грузить, если что. Главное, их поймать.
Дело-то важное — у Чурова, их боевого товарища, девушку вместе с бабушкой украли. Да ещё, как оказалось, их в какой-то дальний лес занесло. Надо спешить. Не до официальных реверансов тут.
Вооружение и прочее оборудование, нужное в полевых условиях — ракеты, прожекторы, автоматы, гранаты и прочее — всё нашлось. Откуда — секрет.
В общем, в течение получаса всё было готово к рейду.
Взревев моторами, три машины двинулись в нужную сторону. В первой машине сидел и сисадмин Дима. Разве мог он уехать сейчас в клуб на дурацкую вечеринку, когда майор — хороший человек и товарищ, и все его ребята на ушах стоят? Да и лишние руки, возможно, не помешают. Неважно, что эти руки страшнее мышке ничего в руках не держали. Иной раз мышка — это и есть самое стратегическое оружие. Заодно он и направлял движение по своему суперсекретному оружию — невероятно навороченному ноутбуку. Визуализируя координаты, вёл их мощный десант к нужному месту.
Тут пригодилась и чуйка майора Чурова — он всей шкурой чувствовал, что Арония жива. Успеют! Военная жилка не соврёт!
Недалеко от леса, откуда шёл сигнал, ребята приглушили моторы и пошли пешком. А техника подбиралась к нему на самом тихом ходу, почти беззвучно.
— Ну, вот, мы на месте! — тихо сказал Дима, держа в руках ноут.
В усиленные бинокли ребят и тепловизоры, различающие в темноте биологические объекты, на туманной поляне виднелись какие-то смутные тени.
— Ничего не понимаю — что за туман в лесу среди зимы? — удивлённо прошептал в рацию Петро, идущий сзади. — Ни фига не видно!
— Ничего! Не обращайте внимания, пацаны! — сказал Олежек. — Это же Арония Санина! Вокруг неё всегда всякая чертовщина водится. То она бомбу без собак чует, то невидимкой становится! — хихикнул он в свою рацию.
— А, служебный роман? — хмыкнул Акоп.
— Тихо вы! — шикнул Костя.
— Здесь! — протянул руку к туману Дима.
— Распределяйтесь вокруг поляны! — приказал Чуров. — На местах — дать сигнал. Подтянутся машины — светанём!
— Пуганём этих чертей! — одобрил Олежка.