Чтение онлайн

Мне близка мысль, что древний грек существовал в некоем невысказанном континууме, с неким бессознательным восприятием бытия. Натурфилософы же пытались эти установки сделать явными, вербализовать. И это был в каком-то смысле процесс бессознательный. Сознательно же натурфилософы искали другой взгляд на начала мира.

Но перейдем уже непосредственно к самим философам.

Биография

– Сережа! Я прочел в папашином труде,

Что плавает земля в воде,

Как клецка в миске супа…

Так в древности учил мудрец Фалес Милетский…

– И глупо!
–

Уверенно в ответ раздался голос детский.

– Ученостью своей, Павлушка, не диви,

Не смыслит твой Фалес, как видно, ни бельмеса,

Мой дядя говорил, – а он умней Фалеса,

Что плавает земля… 7000 лет в крови!

Саша Черный, «В детской»

Первый философ, которого я запомнила со школьной скамьи, – это Фалес. Фалес был сыном богатых и знатных родителей, возможно, финикийцев. Но повезло ему не только с семьей. Он жил в эпоху перемен. И его родной город Милет, как и другие ионийские колонии, благодаря развитию ремесла и торговли быстро занял новую коммерческую нишу. Плутарх отмечал, что «ремесло не вносило различия между людьми, а торговля была даже в почете, потому что она знакомила эллинов с миром варваров, доставляла дружбу с царями и давала разносторонний опыт» (Плутарх, «Солон»). И Фалес не упустил возможности подобный опыт приобрести. Благо был он купцом и по долгу службы много путешествовал. Побывал в Египте, где учился у жрецов, Индии, Персии. И, вероятно, не по долгу уже, а из врожденного любопытства собрал множество интересных сведений по астрономии (может быть, потому и смог предсказать солнечное затмение в 585 г. до н.э.), метеорологии, арифметике. Помимо этого он приобщился к геометрии (науки весьма абстрактной). И все эти чудеса он потихоньку перевез на свою свободную родину, где абстракции смогли обрести новую жизнь.

«По-видимому, Фалес был тогда единственным ученым, который в своих исследованиях пошел дальше того, что нужно было для житейских потребностей; все остальные получили название мудрецов за свое искусство в государственных делах» (Плутарх, «Солон»).

Фалес считается одним из семи мудрецов. Вполне возможно, идеи и деятельность коллег не были сокрыты от него. И каким-то образом даже влияли на его мировоззрение.

Из них Фалес оказался самым мудрым! Как это определили? Неожиданным образом.

Дело было так (ссылаюсь на без пяти минут очевидца Плутарха). Пришли как-то косские рыбаки на работу. Проезжие милетцы решили поддержать их трудолюбие и купили весь предполагаемый улов. Купили и стали ждать. А рыбаки взяли и как назло вытащили из моря золотой треножник. Кто же захочет расстаться с такой удачей?! А кто захочет взять назад уже внесенные средства? И из-за такой вот мелочи между Косом и Милетом чуть было не вспыхнула война. Во избежание проблем оракул велел преподнести треножник мудрейшему. Для мудрейшего же не жалко! И Кос отдал треножник Фалесу. Фалес же, будучи человеком скромным, уступил его другому мудрецу, другой третьему. В итоге треножник вернулся к Фалесу. Тогда Фалес посвятил его Аполлону Исменскому (см Плутарх, «Солон»).

Вот такой был мудрец! Кстати, древний грек и современный человек, наверное, дали бы два разных определения понятию «мудрец». Мудрость в ту пору заключалась в размышлениях о политике и этике. Был ли Фалес политиком? Кто-то говорит, что был и весьма дальновидным, кто-то, наоборот, что он сторонился государственных дел.

Есть достоверные сведения, что Фалес вполне мог упасть в колодец, заглядевшись на звездное небо. Служанка – непосредственная участница событий – прокомментировала это так: «Эх ты, хочешь познать то, что на небе, а не в силах увидеть того, что под ногами». Кстати, в христианской агиологии в разных вариантах бытовал такой сюжет. Святого спрашивали, как дойти до соседнего села, он отвечал, что про село не знает, зато ему известен путь на небеса. Реакции христианских служанок мело отличались от реакций служанок греческих…

Когда Фалесу надоело, что его обвиняют в бедности, а его любимую философию в бесполезности, он вычислил по небесным приметам, что лето будет урожайным, скупил все маслодавильни в округе и после сбора оливок разбогател, сдавая свои приобретения в аренду.

Семьи у него не было. Когда мама говорила ему: «Фалес женись», он отвечал: «Еще слишком рано». А на очередное приставание ответил: «Уже слишком поздно». Солону же свое нежелание вступать в брак и рожать детей Фалес объяснил страхом перед потерями…

Знаменитая идея о познании себя встречается уже у Фалеса. На вопрос: «Что трудно?» он ответил: «Познать самого себя».

Видимо, от этих трудностей и от жизни в целом он устал и пришел к выводу, что жизнь и смерть – одно и то же. «Почему же ты не умираешь?» – спрашивали его. «Потому что нет никакой разницы».

Неужели Фалес оказался бесстрашнее Ахиллеса, горестно взывавшего: «Матерь, почто породила меня ты на свет краткодневным?»? Или не зря он все-таки провел жизнь (или некоторую часть ее) в размышлениях…

Путь мысли

Первое и основное – оставим мысль, что Фалес видит и воспринимает мир, как мы. Мы читаем его биографию (назовем это так), и нам кажется – о, наш человек! Все ж то же самое – торговал, путешествовал, жениться не хотел, о звездах думал. Да, он такой же!

Но он не такой!

Прежде, чем сказать о его философии, нужно еще раз подчеркнуть:

– Фалес был свободным человеком (в рабовладельческом обществе), и у него было свое личное время.

– Фалес жил во время основания колоний и развития торговли, пути к получению новой информации были открыты для него.

– Что мы знаем о божественном мире греков? Только то, что нафантазировали материалисты минувших эпох? Эпох, утративших сакральное. Фалес жил в мире, который мы бы назвали сказочным и чудесным! Этот мир был полон иных сил, с которыми человек мог вступить в контакт.

– Мир Фалеса открыт лишь для наших интерпретаций. Каким на самом деле был этот мир для населявших его, мы никогда не сможем понять до конца.

Сюда прибавим все вышеперечисленные факторы возникновения философии. И подытожим, что возникновение такого феномена как Фалес Милетский связано не только с его природным умом и любознательностью, но с рядом внешних факторов, позволивших ему этим умом воспользоваться и эту любознательность удовлетворить. И нам нужно смириться, что в его концепции с необходимостью должны были присутствовать «сказочность» и божественность. Именно в силу этого философия Фалеса все же не совсем то, что мы понимаем под философией! А о натурфилософии и материализме я бы вообще помолчала…

Фалес задавал религиозные вопросы и получал религиозные откровения. Но его форма поиска ответа был основой, ведь религиозные откровения не обсуждаются, а принимаются. То есть революционность Фалеса была именно в этой точке – он вынес сакральное н всеобщее обозрение, на обсуждение. Но разве греки не обсуждали своих богов? Обсуждали и еще как! Но у этих обсуждений был предел. Мистерии не обсуждались.

Идеи становления и бесконечности

Мог ли Фалес рассуждать так? Вот, есть божественный Космос, всеобщий Порядок, а есть видимая нам природа, часть этого Космоса. Тоже, естественно, божественная и одушевленная. Но природа разнообразна, повернута к нам разными сторонами. Нет ли за разными ее формами некого объединяющего принципа, праосновы, начала (архе), абсолютно телесного, абсолютно материального? Почему, в конце концов, видимому не иметь под собой причину, не вооруженным глазом невидимую? Ведь мы, в конце концов, не видим Космоса. Мы не можем увидеть эту причину, но можем попробовать вообразить ее, можем придумать, можем переключиться с чувственного уровня познания на иной, новый – рассудочный уровень.