Чтение онлайн

Римское завоевание Ближнего Востока означало для набатеев начало конца: они попали под господство римлян и пали жертвой восточной политики Траяна, который в 105 году превратил Набатейское царство в римскую провинцию. Набатеи оставили заметные следы во всем регионе, в первую очередь именно им Трансиордания обязана развитием ирригации и земледелия. Уровень развития их торговли и мореплавания засвидетельствован надписями, обнаруженными на побережье Эгейского моря и в Путеолах.

Упадок царства набатеев привел к смещению торговых путей на Евфрат, что, в свою очередь, увеличило необходимость в базовом пункте на маршруте между Евфратом и Дамаском. Государство-оазис Пальмира в I веке до н. э. постоянно наращивало свои силы благодаря дипломатической и коммерческой важности своего положения между враждующими империями — Персидской и Римской. Пальмира, как и Петра, развивалась под влиянием арамейской цивилизации, приняла ее язык и основные элементы культуры и религиозных представлений, одновременно взяв довольно много и у античного мира. Сила этого государства возрастала примерно до середины III века н. э. Однако независимая и враждебная Риму политика царицы Зенобии привела к катастрофе. В 272 году император Аврелиан вошел в город и навсегда положил конец его независимости.

Как и Петра, Пальмира оставила свои следы в Средиземноморье. Она прославилась своими купцами и, прежде всего, солдатами — знаменитыми лучниками. А остатки города, как и соседней Дуры, помогли в реконструкции его цивилизации.

Падение Пальмиры означало временное ослабление защитного экрана между пустыней и внешним миром. Другие маленькие государства арабского происхождения, существовавшие в то же время на границе Римской империи, а также в Сирии и Месопотамии, не имели большой оборонительной мощи. Самым важным из этих государств считается Хатра. Раскопки, проведенные под руководством доктора Наджи в Асиле (1951–1954), выявили важные остатки искусства смешанного типа, в котором совмещаются античные и персидские элементы. Историческая жизнь Хатры продолжалась с начала христианской эры до ее уничтожения Сасанидами в 240 году.

Тем временем кочевники Аравии приспособились к новой действительности. Упадок йеменских государств вызвал переселение племен из этого района, устремившихся на север в поисках новых земель. Конечным результатом этой миграции стало образование на смену Петре и Пальмире новых маленьких государств вдоль края пустыни. В V и VI веках там, вокруг Дамаска, процветало царство Гассанидов, а возле берегов Евфрата — маленькое лахмидское государство Хира. Эти два государства были зависимыми от Византии и Персии, являясь их аванпостами на границе с пустыней. Но они исчезли накануне начала распространения ислама, оставив империи лицом к лицу с новыми захватчиками.

Даже в пустыне делались попытки создания политических организаций. Например, государство Кинда объединило под своим правлением несколько племен Центральной Аравии. В целом, однако, кочевники оставались свободными от любых форм организации. Объединенные кровным родством в племена, они считали, что им больше ничего не нужно, и свободно странствовали по своему бескрайнему песчаному дому. Мусульманская традиция сохранила рассказы об их соперничестве и столкновениях из-за скота, пастбищ и колодцев. В повествованиях бедуин всегда смел и горд, цепок и хитер — качества, сыгравшие немаловажную роль в великой организации, которой Аравии еще предстояло дать жизнь.

Города росли в основном в оазисе Хиджаз. Караванный путь, ведущий на север, контролировали по преимуществу торговые центры Ятриб (позже Медина) и Мекка. Меккой правила торговая олигархия. В базарные дни и религиозные праздники сюда стекались арабы со всего полуострова. В этом месте племена встречались и смешивались. Ни одна из частей Центральной Азии не могла сравниться с Меккой. Здесь родился Мухаммед.

Выше, когда шла речь о происхождении семитов, уже говорилось об общественном строе, характерном для кочевников. Осталось лишь описать религиозные условия доисламской Аравии. Каждое государство, возникавшее в тот или иной период на краю пустыни, развивалось в сфере религии, следуя по собственному пути, зависевшему от исторических условий его формирования и существования. Во внутренней пустыне кочевники из-за своего образа жизни имели меньше возможностей создать упорядоченную религиозную систему, поэтому их религиозная жизнь, как правило, была менее строгой, по крайней мере в ее внешних проявлениях. С другой стороны, Аравия не осталась в стороне от мировых монотеистических религий, которые активно развивались на ее границах. Иудаизм и христианство проникли в пустыню и спровоцировали любопытную реакцию, с которой только предстояло справиться пророку Мухаммеду. Поэтому, говоря о духовном наследии арабов до ислама, можно описывать религию арабов, а не арабскую религию.

Арабская основа, местные элементы и арамейское влияние стали у набатеев и жителей Пальмиры фундаментом весьма любопытного религиозного синкретизма. В Петре верховным богом был Душара — вероятно, он был местной ипостасью семитского божества плодородия. Его супругой была Аллат, что по-арабски значит «богиня». В Пальмире обитал семитский Ваал, но только звали его Бел — имя месопотамского происхождения, или Белсамин, «господин небес». Это имя мы уже встречали на северо-западе Семитского региона. Оно также упоминается в надписях из Хатры. Некоторые ипостаси, такие как Яркибол, Аглибол и Малакбел, в процессе развития стали независимыми божествами. Возможно, Бол произошел от древнего местного божества, позднее отождествленного с привычным семитским Белом. В Пальмире также поклонялись Аллат и звездной триаде, обычной для многих семитских народов.

Лихьянские, самудские и сафаитские надписи позволяют нам реконструировать отдельные элементы религиозной системы арабов. Из общего пантеона они сохранили общеарабских Аллаха и Аллат и добавили к ним местных богов, таких как дху-Габа в Лихьяне и Руда у самудов и сафаидов. Нам известно еще несколько южноаравийских, набатейских и арамейских богов, а также богов Пальмиры.

Кочевые племена Центральной Аравии поклонялись множеству божеств. Это были не сформировавшиеся боги или богини, имеющие определенные характеристики, а скорее некие духи, защищающие ту или иную местность и правящие в ней, а также чем-то напоминающие Баалов хананеев. Воображение бедуинов наделяло душами колодцы, деревья и камни, в которых они чувствовали присутствие божества. Знаменитый черный камень в Мекке, объект поклонения всего исламского мира, является пережитком древнего язычества, который Мухаммед приспособил к новой вере.

Пустыню населяли разные местные духи, а не только боги. Существовал целый сонм различных фантастических существ, хороших и плохих, которые могли становиться невидимыми. Чтобы они не вредили, их следовало умилостивить. Мухаммед, возвратившись из неудачного проповеднического похода, рассказывает, что по пути обратил нескольких джиннов (Коран, 46: 28–31).

Многочисленность божеств пустыни является следствием разбросанности племен, а главным образом — центробежного движения. Только в редких случаях местное божество могло расширить влияние за пределы своей территории. Такими были три богини — Аллат, Аль-Манат и Аль-Узза, которым поклонялись в районе Мекки. Они повиновались своему отцу — Аллаху. Это имя — на самом деле нарицательное существительное, означающее «бог». Оно широко использовалось арабами для обозначения не только верховного божества вообще, но и самых разных богов. Мухаммед использовал его как имя Бога, которому он поклонялся.

Колодцы, деревья или камни, в которых жили духи божественных покровителей разных мест, были святынями и центрами поклонения божествам. Образ жизни кочевников допускал только ограниченное и рудиментарное развитие религиозных культов. В дополнение к стационарным святилищам были еще передвижные — племенные. Земля вокруг стационарных святилищ считалась священной. В определенное время к этим святыням проводились паломничества с песнями и музыкой. Паломники много раз обходили святые места, бросая камни или издавая крики.

В подобном обществе не было места для организованного жречества. За святыми местами присматривали группы семей или племен, но право приносить жертвы или проводить другие ритуальные церемонии не было закреплено за какой-либо определенной категорией людей. Особый предсказатель кахин (арабский аналог еврейского слова kohen, которое означает «жрец») трактовал волю духов посредством туманных предсказаний. Такие предсказатели также были судьями и арбитрами. Другой заметной религиозной фигурой среди арабов был садин — страж храма. Его функции были сходны с жреческими.

Только один район с религиозной точки зрения имел более чем местное значение — Мекка. Ее святилище, в котором поклонялись черному камню, было вожделенной целью паломников из самых дальних уголков Аравии. Положение Мекки на торговом пути, ведущем на север, сделало ее торговым центром и базарным городом. Здесь встречались разбросанные по огромной территории пустыни арабские племена и началась общеарабская централизация. Это позволило сформировать в религиозной, гражданской и торговой областях ядро общей этнической традиции, что помогло Мухаммеду в деле политического объединения арабов.