Древний рим — история и повседневность
Шрифт:
Этот факт тоже принадлежит общественно-политической истории времени, или он замкнут в рамках частного быта и случаен? Если принадлежит, то чем доказывается их связь - связь общественно-политической эволюции послевоенных лет и фрака? Где гарантии того, что такое парадоксальное сближение не целиком произвольно? Ведь что ощущал человек, надевая фрак, прямо не документировано (если вообще можно документировать ощущения), и тем самым общественный смысл, обнаруживаемый нами в этом акте, не верифицируется.
Трудности такого рода могут быть существенно ограничены, а подчас и практически устранены за счет системного подхода к изучаемым явлениям, характерного для современной науки в целом. Фрак Пущина или Чацкого входит в два ряда связей - в "вертикальную" систему исторических преемственностей и в "горизонтальную" систему синхронных однородных явлений. Не бытовыми интерпретациями, а объективно документируемыми фактами русской истории являются рост дворянского свободомыслия после Отечественной войны, выход его в последующие годы за пределы узкого круга столичного офицерства, появление "витийством резким знаменитых" людей, видевших свой долг в служении родине на гражданском поприще, как следствие - их уход из армии и, значит, смена мундира на фрак, придание последнему, таким образом, внятного знакового смысла. Но фрак входил и в иной ряд также вполне документируемых фактов - распространение престижа университетского образования, рост журнальной литературы, усиление в обществе разночинного элемента, не связанного наследственно с военной службой. Вся эта штатская стихия явственно ощущалась и явственно противопоставлялась стихии мундирной, аракчеевско-николаевской, то есть также сообщала классической штатской одежде, фраку, отчетливое знаковое содержание. Принадлежность фрака в исследуемую эпоху к двум системным рядам документируемых фактов практически исключает возможность его произвольной интерпретации и делает его знаковый смысл, как и смысл других аналогично анализируемых бытовых явлений, своеобразной и острой, вполне объективной характеристикой исторической эпохи.
Введение второе, историческое, где ничего не сказано о быте, но зато сообщается много интересного о древнем Риме, его гражданской общине и путях ее развития
Каждому народу дорога его история, но мало какой, наверное, так ценил свое прошлое, как римляне. Нравы предков были для них наставлением, идеалом и нормой, а движение времени вперед, соответственно, - нарушением идеала и нормы и, следовательно, - утратой, разложением, порчей.
"Где же ваши умы, что шли путями прямыми В годы былые? Куда, обезумев, они уклонились?" [22]
"Меры, которые принимались в старину в любой области, были лучше и мудрее, а те, что впоследствии менялись, менялись к худшему" [23]
Первое из этих суждений относится к IV в. до н.э., второе - к середине I в. н.э. Все четыреста лет уверенность, здесь высказанная, оставалась неколебимой.
22
Слова эти приписываются Аппию Клавдию Слепцу, консулу 307 и 296 гг. до н.э., цензору 316-311 гг. Стихотворную форму, в которой они только и дошли до нас, им придал поэт Квинт Энний (239-169 гг. до н.э.). См.: Цицерон. Катон, или О старости, 16 (пер. В.О. Горенштейна). (В нижеследующих примечаниях ссылки на сочинения древних авторов оформлены следующим образом: имя автора (в краткой, наиболее употребительной форме) и название по-русски; там, где автор известен только по одному сохранившемуся произведению, название опускается; из следующих цифр первая означает самую крупную единицу текста - книгу: последняя - самую мелкую: параграф (для прозы) или стих (в поэзии); средняя цифра (там, где она есть) обозначает промежуточную единицу текста: номер главы или стихотворения. Так, Гораций. Оды, IV, 7,5 означает: Квинт Гораций Флакк. Оды, книга четвертая, стихотворение седьмое, стих пятый; Ювенал, VIII, 162-174 означает: Ювенал. Сатиры (другие произведения этого автора неизвестны), сатира восьмая, стихи со сто шестьдесят второго по сто семьдесят четвертый.)
23
Слова знаменитого правоведа эпохи ранней империи Гая Кассия Лонгина, произнесенные им в сенате в 61 г. н.э. См.: Тацит. Анналы, XIV, 43, 1.
"Новшества, противные обычаям и нравам наших предков, нам не нравятся и не представляются правильными",
– говорилось в сенатском постановлении 92 г. до н.э. [24] Веком позже ему вторил Гораций:
"Чего не портит пагубный бег времен? Ведь хуже дедов наши родители, Мы хуже их, а наши будут Дети и внуки еще порочней" [25]
И в то же время мало у кого измена традициям и заповедям, их яростное и циничное поругание играли такую роль, как у римлян, настолько образовывали содержание, тон и атмосферу истории. Ведь не случайно во всех приведенных выше текстах прославление старины слито с осуждением тех, кто ее разрушает. Главной заповедью предков была народная солидарность, - но богатые граждане постоянно обирали бедных, держали их в долговых тюрьмах и захватывали земли крестьян-ополченцев, пока те воевали вдали от родины во славу Рима:
24
Сенатское постановление против наставников философии и риторики, начавших вести преподавание не только по-гречески, то есть доступное немногим, но и по-латыни, то есть обращенное к более широким слоям. Текст его сохранил писатель II в, н.э. Авл Геллий в своих "Аттических ночах" (XV, 11).
25
Гораций. Оды, III, 6, 46-49 (пер. Н. Шатерникова).
"У тех, кто сражается и умирает за Италию, нет ничего, кроме воздуха и света, бездомными скитальцами бродят они по стране вместе с женами и детьми, а полководцы лгут, когда перед битвой призывают воинов защищать от врага родные могилы и святыни, ибо ни у кого из такого множества римлян не осталось отчего алтаря, никто не покажет, где могильный холм его предков" [26]
Другой заповедью была верность законам. Они образовывали как бы конституцию города, основу жизни и деятельности граждан. Но один из самых знаменитых римлян и самых суровых блюстителей нравов предков, Катон Старший, был под судом пятьдесят раз, а речи Цицерона читаются как сплошная уголовная хроника, охватывающая все слои и все стороны жизни общества.
26
Из речи народного трибуна 133 г. до н.э. Тиберия Гракха в изложении Плутарха. См. в его "Сравнительных жизнеописаниях" биографию Тиберия Гракха, гл. 9 (пер. С.П. Маркиша).
Основу официального консерватизма составляло благоговейное почтение к богам и к знамениям, которыми они выражали свою волю, - но всякий раз, когда эти предуказания противоречили выгоде римлян, они их преспокойно нарушали. Накануне решающего морского сражения с карфагенянами в 249 г. священные куры не стали клевать зерно, предрекая поражение; командовавший флотом консул приказал выкинуть их за борт, прибавив:
"Не хотят есть - пускай напьются",
и дал сигнал к началу боя [27] . В 100 г. до н.э. с одобрения консулов и сената был убит народный трибун Сатурнин, хотя неприкосновенность личности трибуна была гарантирована и сакральными и государственными установлениями, и Цицерон, красноречивый защитник права и законов, взялся быть адвокатом убийцы [28] . Цезарь похитил из Капитолийского храма хранившуюся там казну [29] и собственноручно вырубил посвященную богам рощу [30] .
27
Имеется в виду Публий Клавдий Пульхр, сын Аппия Клавдия, упомянутого выше. Эпизод этот рассказан многими древними авторами, в частности Валерием Максимом (1,4,3).
28
См. "Речь в защиту Гая Рабирия" и вводное примечание к ее русскому переводу в кн.: Mapк Туллий Цицерон. Речи в двух томах. Т. 1. М., Изд-во АН СССР, 1962, с. 427-428.
29
Светоний. Жизнь двенадцати цезарей. Божественный Юлий, 54,3. Контраст между неизменно сохраняющимся патриархально-консервативным укладом жизни и непрестанным его разрушением окрашивает все стороны существования римлян. Нам надо выяснить происхождение, смысл и судьбу этого центрального противоречия.
30
Лукан. Фарсалия, III, 436.
Основной общественной формой, в рамках которой протекала в античную эпоху повседневная жизнь людей, был полис. Это греческое слово обычно переводится на русский язык как "город", но перевод этот настолько приблизителен, что за его пределами остается главное. Полис, или, как называли его римляне, "civitas" (буквально: "гражданская община"), - не просто населенный пункт, скопление домов и жителей, архитектурно оформленное пространство, и не только административный центр определенной территории. Мало будет сказать и то, что это город-государство, единица административно-политической организации населения. Полис - гражданская община - это отличительный признак, средоточие и наиболее полное выражение античного мира.
Греки и римляне не знали национальной или расовой исключительности в собственном, современном смысле слова, но они делили весь мир на зону цивилизации и зону варварства. Первая была областью полисной организации, а потому своей и высшей формой существования, вторая не знала полисной жизни, не знала поэтому "сообщества и человеческой приязни", то есть была формой существования дикарей [31] .
Для римлянина его гражданская община (как для грека полис) - это то единственное место на земле, где ты - человек, ибо только здесь ты ощущаешь свое единение с другими людьми на основе права, только здесь укрыт от врагов стенами и от неожиданностей судьбы богами - создателями, родоначальниками и покровителями города, только здесь ты включен в род - непрерывную цепь смертей и рождений, определяющих твое собственное место в бесконечном потоке бытия, и только здесь реализуются ценности, без которых жизнь теряет смысл:
31
Страбон. География, III, 3, 8. Комментарий к этому месту и анализ проблемы в целом см. в кн.: Sherwin-White А.
– N. Racial Prejudice im Imperial Rome. Cambridge, Cambr. Univ. Press, 1967
libertas– самостоятельность личности и ее свобода отстаивать свои интересы в рамках закона;
iustitia– совокупность правовых установлений, ограждающих достоинство человека в соответствии с его общественным положением;
tides– верность долгу, составляющая моральную гарантию исполнения законов;
pietas– благоговейный долг перед богами, родиной и согражданами, требующий всегда отдать предпочтение их интересам, а не своим; наконец, энергия и воля в выполнении этого долга, называемые общим именем