Чтение онлайн

– Вот интересно, и что же тогда с тобой произошло? – крепко зацепляет меня тетя Наиля.

Я краснею, словно меня уличили в чем-то, и обиженно отвечаю:

– Создатели ушли, и я остался один, а родители оказались мне чужие. Они меня не слышат и не видят. Да и не хотят меня видеть и слышать. Да и вообще у них нет такой необходимости – видеть меня и слышать в своей жизни да в своей семье. Они сами себе на уме. Ведут себя так, словно они все знают и без меня, а я им несу весь жизни от Создателей, ту, которая им необходима больше их жизни. «И как мне ее до них донести, когда они меня не видят и не слышат?» – задаюсь я вопросом. Да и вообще родители не пускают меня в свою семью. Я получается в их семье неудел. Мне в их семье нет места. «И вообще в ту ли семью я попал?» – мучает меня вопросом.

– А как Создатели ушли? – ровным голосом ведет меня по моей мысли тетя.

– С зачатья до трех лет я набирался жизненных сил через Создателей и закреплялся в Земном Царстве по мысли родителей, познавая свое тело и тот мир, в котором я живу. А как только я набрался сил жизни и закрепился в мире плоти, то Создатели меня отпускают на вольные хлеба, чтобы я мог дальше самостоятельно идти по своему жизненному пути, определяться в своей жизни и творить свою жизнь сам, применяя свои знания жизни, права жизни, дары Создателей, могу и возможности, с которыми я пришел на этот Белый Свет и стал вольным, – проговариваю я то, что из меня идет. Да отчетливо вижу, как это происходит во мне. – Да на прощанье Создатели наказывают мне: «Дитя – ты есть частичка нас самих и продолжение наше во плоти. Мы – вольные, и тебе необходимо быть вольным. Чтобы ты увидел в себе наше совместное дело с тобой и в нем нашел да определил свое дело, которое тебе необходимо делать самостоятельно здесь, на Матушке Земле. Тогда ты и станешь творить свою жизнь, делая совместное дело с нами да равняясь на нашу мысль».

И после этих слов тетя Наиля, точно подлизываясь ко мне, как маленькая девочка выпрашивает у мамы конфетку, спрашивает меня:

– А ты мне расскажешь, как это происходит?

И смотрит на меня умоляющими глазами. Я от ее мимики и подхода аж теряю весь ход мысли и смеюсь, а она меня толкает в плечо и говорит:

– Ну, расскажи, че зажал-то? Та к интересно!

Мы переглядываемся и вместе смеемся. А как успокоились, я рассказываю:

– В утробе матери и отца у меня хватает сил только на то, чтобы ухватить мысль родителей, а именно как они материализуют свою мысль, создавая условия, чтобы кто-то за них что-то сделал и чтоб им при этом было хорошо… Равняясь на развитие мысли мамы и папы, я начинаю делать так же, как делают они. А так как пока в моем мире нет никого, кроме мамы, папы, меня и Создателей, то я создаю условия, чтобы за меня материализовали мою мысль жизни родители и Создатели. Создатели сразу же отказываются, и у меня остаются только мама и папа…

Дальше я, немного поискав, как выразить в словах мною увиденное, продолжаю:

– Но родители не ведутся… я к ним и так и сяк… а они – никак… И я уже не знаю, что делать дальше…

– И что потом? – заинтригованно спрашивает меня тетя Наиля.

– Я снова обращаюсь к Создателям и прошу их помочь мне создать условия, чтобы мои родители сами создали мне мою плоть. И этим приглашаю Создателей поучаствовать в создании мне тела. Создатели соглашаются и меня направляют не на те мысли родителей, на которые я опираюсь сейчас, а на изначальные мысли материализации плоти в родителях. И уже потом помогают мне опираться на мысли жизни родителей, а не на мысли, которые ведут меня к смерти. Та к я сам создаю себе тело и закрепляюсь в мире реальности, а не в мире, в котором живут мои родители…

– Так, а что дальше? – подталкивает меня тетя Наиля на осознание того, что со мной происходило с зачатия до трех лет.

– Я крепну… Закрепляюсь в мире реальности… Рождаюсь в мире реальности… И Создатели уходят… Оставив меня одного… Здесь… в реальности…

– Это сейчас в тебе говорит обида на Создателей, что они тебя якобы не стали вести дальше. И со стороны смотрится – что они тебя бросили. Так? – проясняет тетя Наиля мое видение ситуации.

– Да!? А что разве не так!? – возмущаюсь я.

– Нет… Не так… Сынок, посмотри, откуда идут твои мысли о своей жизни? – ведет меня тетя к исследованию сложившейся ситуации.

– Из меня самого.

– Это ясно, но откуда они появляются в тебе?

– Я сам думаю, и мысль появляется.

– Это кто в тебе сейчас говорит?

– Умник… козлик…

– А к чему они тебя ведут?

– К боли и смерти.

– А откуда на самом деле идет твоя мысль жизни?

– Из Небесного Царства во Свету.

– Так. А от кого?

– От Создателей.

– Дак они тебя бросили? – правит меня тетя Наиля.

– Нет… Точно, бабуля. Ведь моя душа и дух – это же частички моих Создателей, и они не могут меня бросить, раз я – это они. Верно, тетя Наиля?

– Да. Ты, я, люди, каждый человек на Матушке Земле – это частички Создателей. А когда мы объединены в единый кулак по единой мысли «жить свою жизнь», то мы, наш мир людей – это и есть сами Создатели во плоти здесь, в мире плоти. Это так, – подтверждает мои слова тетя Наиля.

И дальше возвращает меня к исследованию обозначенной мысли:

– А теперь посмотри, только без обиды: как в три года ушли из тебя Создатели и в тебе остались только их частички – это душа и дух?

Я еще раз окунаюсь в прожитые три года и вижу:

– Создатели ушли от меня только тогда, когда они увидели, что я могу самостоятельно видеть мысль жизни в родителях и равняться по ней, не сбиваясь со своего жизненного пути. И они ушли, договорившись со мной о том, что я дальше пойду самостоятельно, а при необходимости – стану просить их о помощи, и что они всегда придут на помощь.

– Так. И что произошло с тобой дальше? – ведет меня по исследованию мысли тетя.

– Потом я пугаюсь, что я остаюсь один. Родители меня не принимают в свой мир и семью. А я один – неудел. Отчего сразу же стал созывать к себе сестренку из Царства Детей, чтобы как-то выправиться.

– Уже что-то. А что с тобой произошло дальше? – тянет меня по исследованию прожитой ситуации тетя Наиля.

– Тяжело… Очень тяжело… Я начинаю прорываться в мир родителей, а как только туда сую свой нос, так меня атакуют их мысли, которые так незаметно направляют меня только к смерти. А я это вижу, от них отбиваюсь, но избавиться от них полностью не могу. Во мне что-то свое такое же темное в ответ пробуждается, и я не знаю, что с этим делать, пока не обратился к Создателям. И они просят меня слиться воедино моей душе, да духу с телом. Ведь тело мое еще – чистое, хоть душа побитая, а дух – игривый. Создатели сказали, что тело мое и родной дух могут отогнать все мысли родителей, которые ведут меня к смерти. И я сливаюсь воедино душой и духом с телом. И все останавливается.

– А как у тебя произошло слияние души и родного духа с плотью?

– Я заключил договор… между душой… родным духом… и телом… – делать одно дело… Это совместно творить свою жизнь… Гд е каждый в совместном творении своей жизни применяет свои знания жизни, права на жизнь, дары, могу и возможности… материализуя мысль жизни… которая идет от Создателей… равняясь на мысль родителей. И я стал его выполнять. И все.

– А как ты выполняешь договор между душой, духом и плотью о совместном творении своей жизни?

– Я принимаю мысль Создателей и материализую ее так, как материализуют мысль мои родители. Да этим вливаюсь в мир своих родителей, хоть они меня в него и не пускают. И также вливаюсь в семью мамы и папы, прося родителей, чтобы они разрешили мне помочь им делать то, что они делают в этот момент.

– Именно так, сынок. Каждое дитя проходит самостоятельно обряд «на переход из дитя-боженьки в человека», – радуется со мной тетя Наиля и продолжает меня вести по исследованию своей жизни в три года: