Чтение онлайн

– Своими шавками решил запугать…, – опять с криком начал он, но неожиданно ноги подкосились, и его тело тяжело «плюхнулось» на скамейку, заняв полулежащее положение. Мужик он был крепкий и нетрусливый, но здесь по-настоящему испугался. Он набрал воздух, чтобы криком позвать на помощь, но вышел только хрип, а затем его начал «бить» кашель. Витёк оторвался от созерцания собак, и теперь с такими же отупелым изумлением смотрел на развалившегося на лавке командира. Лицо того из красного превратилось в бордовое. Он тяжело дышал, время от времени ударяя себя кулаком в грудь, и опять начинал кашлять.

– Я же говорил тебе – не кричи. – Последнее «не кричи» – Константин Сергеевич произнёс по слогам.

– Как зовут его мальчика? – обратился колдун к Витьку, но тот не реагировал, продолжая пялиться на пытающегося продышаться старшего пожарника.

Колдун повторил вопрос. Витёк, не отрываясь от столь занимательного для него зрелища, пожал плечами и ответил:

– Как сына зовут не знаю. Его фамилия, – он кивнул на отца, —Кушнир.

– Что произошло с мальчиком в курсе?

– Не-а, ничего не знаю. Жена ему звонила на сотовый, ещё в дежурке – он взад – вперёд с телефоном у уха забегал. Потом вызов был – пожар в архиве. Это на Гагарина. Здание трёхэтажное, выезжали с лестницей. Приехали – там короткое замыкание. Обесточили. Чайник у них со стола взяли и водой оттуда обои затушили. В архиве бабьё одно, в смысле женщины. Все с визгом на улицу выскочили. А мы только зря рукав раскатывали…

Когда закончили, Владимир Кузьмич, – Его Владимир Кузьмич зовут, – он опять кивнул головой на командира. – Ну, так он после и спросил, кто знает где, извините, колдун живёт. Поехали…

– С сиренами? – поинтересовался Дмитрий.

–Ну, да. Мы же не знали зачем едем. А он отключить не приказывал. И только когда приехали, узнали: вы что-то сделали его сыну – надо разобраться. Всем расчётом заходить отказались – чай не пожар. Вот меня и, – Витёк немного запнулся, —и делегировали, сказали: тебе всё равно скоро уезжать.

– А вы смогли бы нас всех так положить, весь расчёт? – он показал на своего начальника.

– Легко! Хочешь тебя рядом устроим, в ногах у начальника, валетом? – предложил Дмитрий.

–Ярослав, – неожиданно произнёс старший пожарный, справившись с кашлем. – Сына зовут Ярослав, – пояснил он.

– Дмитрий, посмотри по базе – с чем имеем дело.

– Когда последний раз обращались? Но отец замотал головой и произнёс: – Сегодня…

– Так у меня сегодня и приёма не было. В больницу я ходил, но на стационар …

– Сегодня около школы, – продолжил пожарный.

– Вот в чём дело! – протянул Константин Сергеевич, и добавил, обращаясь к Дмитрию: – Не нужно искать в базе. Здесь, оказывается, не лечение, здесь пришли разборки чинить.

Дмитрий вопросительно посмотрел на Константина Сергеевича, ожидая разъяснений.

– Да, пришлось сегодня мальчишку наказать. Шёл мимо школьного сада. Настроение было ни к чёрту. С главврачом поссорился – опять мне навязал… Ладно, сейчас не об этом.

Школу решил сзади, вокруг обойти, чтобы детишек не будоражить. Иду, и вдруг слышу: «Доедай, колдун- пердун!». И летит мне в голову огрызок яблока. Вот этому любителю кидаться яблоками, я и… Ну, в общем, – излишне маханул, мальчишка упал, и, кажется, обгадился.

– Он теперь лежит и воет, – ещё сильно сипя произнёс отец. – Сказал: «В школу больше никогда не пойду». Жена рыдает, боится – вдруг что с собой сделает.

– На то ты и отец – вот иди и успокаивай. Что ко мне то прилетел? Правда, теперь ещё сыну сможешь пересказать, как со мной разобрался. Ему полезно будет узнать, что за его хамский поступок отец «вписался», и что в результате за это огрёб. Только ему не ври – всё равно уже завтра всем и всё будет известно.

– Хорошо, хорошо, я всё понял! Извините нас обоих! Он плохо поступил, я, не разобравшись, погорячился – извините нас! – просительным тоном произнёс всё ещё полулежащий на скамейке пожарник. – Да тебе не пожарником – тебе акробатом, или гимнастом надо быть. Так быстро перевернулся! А как кричал, как кричал! – заметил Дмитрий.

– Вот, уже и прощенья попросил, и на «Вы», – поддержал Дмитрия колдун, —потихоньку доходит до папочки – нельзя наезжать на человека не разобравшись. И, наверное, до сынка дойдёт – нельзя в стариков огрызками. Какие вы, однако, с сыном одинаковые, как быстро гасните, получив в ответку. – Я уже извинился. До меня теперь дошло – что вы такое… Э-э-э, нет, нет – кто вы такой! Я вот подумал – может поможете моему сыну? А то он аж задыхается – жена сильно переживает.

– Насчёт помочь твоему сыну – могу и помочь. Устрою тоже самое и тебе, как твоему сыну. Мальчик увидит, что не один такой, а папка также обгадился – ему, возможно, и полегчает.

– Есть подобный метод реабилитации у психологов, – поддержал Дмитрий, – опускаешься до уровня человека, а затем вместе с ним поднимаешься.

– Не, бесполезно! – решил поделиться опытом Витёк, – На нас комплект пожарника. Прошлым летом дом горел на Выселках, мы крышу разбирали. И, вдруг, как газовый баллон рванёт! С нами два стажёра были, так они оба, того, в штаны. И обратно ехали – никто даже и не почувствовал, только потом в бытовке дурни спалились. А сделали бы всё правильно – никто бы и не заметил.

– Значит считаешь бесполезно из-за пожарной робы? Ну тогда – ладно, не буду и пробовать – не буду тратить силы, – с ноткой сожаления произнёс колдун и, сделав паузу, продолжил: – А если серьёзно, конечно, могу на время успокоить и усыпить твоего сына – но делать этого не буду. Во-первых – лень, а во-вторых – он всё равно проснётся, а проблема не исчезнет. Только сам, со временем сможет её решить.

–А как он сам…? Это ж какой позор для тринадцатилетнего пацана!

– Смехом. Только смехом. Должен сам посмеяться над собой. Тогда остальным травить станет неинтересно. А не получиться… – уезжайте. Меняйте город – спокойствие сына дороже.

– Как у вас легко – уезжайте!

– После такого светового и шумового шоу, что здесь устроил, вылететь тебе с работы будет даже легче, чем ты можешь представить.

– Хотите сказать – жаловаться на меня пойдёте?

– Не понимаешь! К кому другому подъехал бы «на разборки», может быть, и сошло. Но со мной… Через час. полтора твоё начальство будет в курсе, а к утру и начальство твоего начальства.

И всем будет до щекотки любопытно. Тебя задергают, якобы на доклады. И во что это выльется…? Конечно, у нас начальство подчинённых-дураков любит, но только послушных, а инициативных дураков не любит никто. Поэтому, я решил – всё же тебе помогу.

– Как? – с подозрением поинтересовался пожарный.

– Я сделаю так, что тебя все жалеть будут.

– Почему жалеть? А- а – а…, – пришло понимание. – Не подходи!

Константин Сергеевич, не обращая внимания на крик, направился к пожарному, который начал размахивать перед лицом руками, то ли творя спасительный крест, то ли отмахиваясь от видимого только ему призрака. Оказавшись рядом, колдун левой рукой сделал обманное движение, а пальцем правой легло коснулся щеки пожарного, после чего лицо того перекосила жуткая гримаса.