Чтение онлайн

– Да, да – он. То есть, тот самый … Вот познакомьтесь – наша знаменитость…, – повернувшись, начал представлять его главврач.

Мужчина, недослушав, обогнул главврача, подошёл к «тому самому» почти вплотную, остановился и вперил взгляд в затемнённые очки колдуна.

Одновременно сбоку приблизился парень, стоящий до этого у Майбаха, и в котором Константин Сергеевич узнал брата мотоциклиста, попавшего в аварию.

Они с братом, второй был помоложе, гнали по шоссе на мотоциклах. Вот младшего и занесло на повороте – вылетел из мотоцикла и ударился о столб, сильно повредив плечо. Скорая отвезла в Георгиевск, там его немного подлатали. Старший позвонил в Москву отцу. Отец своих сыновей видел не часто – впервые за два года приехали его навестить. Он ни в чём не мог им отказать. Не мог запретить и поездку на мотоциклах под Рязань, к родственникам их матери – его бывшей жены. Узнав об аварии, он сильно разволновался, и постарался предпринять всё возможное для излечения сына. Связался со специалистами из Московского института травматологии, переслал рентгеновские снимки. От них узнал: после такого сложного перелома, со значительным «уводом» сломанной ключицы – сын может остаться инвалидом. Под ключицей много нервных сплетений – их сильное повреждение опасно потерей подвижности руки на всю жизнь. Теперь, уже испуганный по-настоящему, позвонил своему другу детства, а ныне известному практикующему в Москве хирургу. От него впервые и услышал о колдуне. Другу не раз довелось осматривал больных после лечения у колдуна: «Это мистика!» – заявил он, и ещё добавил, что есть много шарлатанов, которые прикидываются им, но друг владел точной информацией, где сейчас находиться настоящий. В заключении разговора друг детства так и сказал, что лучшим вариантом, лучше любых мировых клиник, был бы вариант с отправкой сына к колдуну на лечение – благо Каменск, в котором тот работает находиться рядом с Георгиевском – городом, куда отвезли его сына. Конечно, назвать везением факт, что его сын оказался в больнице неподалёку – грешно. Авария, очень сомнительное везение, но шанс использовать колдуна упускать нельзя ни в коем случае – тот обладает уникальной возможностью сращивать и наращивать нервы. Он даже может невероятное – восстановить нерв, оторванный от позвоночника. Попасть к нему сложно, да и человек он, по слухам, «тяжёлый» – может послать любого, поэтому нужна задействовать все рычаги влияния и срочно добиться договорённости с колдуном о лечении сына. Высокая государственная должность с сопутствующими связями, позволили отцу мотоциклистов быстро выйти на нужных людей и перевести сына в больницу Каменска. Сам он в течение трёх суток выбраться в Каменск не мог, но как освободился, сразу поехал к сыну. Конечно, он и сам волновался, но помимо на него ещё сильно давила бывшая жена. Узнав, что её ребёнок находиться в «деревенской» больнице на излечении ну у «очень хорошего колдуна» – она буквально впала в бешенство. Забастовка авиадиспетчеров не позволила сразу ей вылететь в Россию, и она «бомбила» бывшего истеричными ночными звонками и злыми дневными СМСками. В заведённом состоянии он приехал в это захолустье. Прошёлся по коридорам больницы, впечатлившись убожеством. Нашёл главврача, и потребовал отвести к своему сыну. Тигрыч, за последнее время уже привыкший к общению с «власть имущими», поэтому достаточно спокойно, и излишне не лебезя, отвёл посетителя в хирургическое отделение.

В палате они застал и второго сына. Там он и узнал, что операцию делал не колдун, а хирург-ортопед – какой-то Игорь Леонидович. О возможностях колдуна его сыновья, проведя три дня в больнице, много чего наслушались, но заходил он в палату только один раз, минут на пять. Подержал недолго повреждённую руку ниже гипса, ничего не сказал и ушёл.

Получилось так, что ему пришлось обращаться с просьбой устроить сюда сына к одному – ну очень «непростому» человеку. Теперь он ему должен, и неизвестно, что тот стребует в ответ. А сейчас ему ещё озвучили счёт за лечение – пятнадцать тысяч долларов: мол колдуны нынче дороги, и при этом выясняется, что колдун подходил только на пять минут. И последнее, старший сын сообщил: звонила мать, вот-вот подъедет. Сейчас она всё увидит, своими глазами и ему придётся по полной выслушивать от бывшей – кто он такой. А подбирать эпитеты, и уходить в истерики, она может как никто другой.

Главврач начал объяснять: колдун сам не оперирует, скальпель и в руки не берёт, но на операции он присутствовал. А это главное, и этого достаточно. – Ваш сын мог его и не заметить, ведь у парня было ещё и сотрясение мозга, и инъекции обезболивающих. Сейчас колдун должен подойти, – вы с ним поговорите, и он всё объяснит.

Когда они все, по просьбе процедурной медсестры, вышли из палаты сына на улицу – главврач начал опять ему что-то объяснять, а затем из-за угла появилась нелепая длинная фигура в чёрном плаще, с тростью и в шляпе с обвисшими полями. Сразу понял – это колдун. Он подошёл к нему и с яростью начал высказывать накипевшее.

Константин Сергеевич поначалу слушал не перебивая. За свою жизнь ему много раз приходилось выслушивать и оскорбления, и угрозы от больных и их родственников. Больше всего, правда, от тех, кому он отказал в лечении. Как правило, он привык выслушивать молча и терпеливо. Сейчас случай был другой – парня нормально прооперировали – с ним всё хорошо. А папаша явно потерял берега от чувства своего величия – можно и нужно его «приземлить». Вариантов у него было несколько. Первый: паясничающий Суворов перед Екатериной. Второй: близкий к первому, но более злой и желчный сумасшедший старик. Третий: тоже злой, цедящей слова чёрный колдун. Четвёртый, который он и решил сейчас применить – указать на скрытые болезни собеседника. Даже костюм, сшитый явно по заказу от хорошего портного, не мог скрыть увеличенную печень у папаши.

– Так, что там у нас? – Константин Сергеевич включил внутреннее зрение. Печень была явно «ожиревшей», но до цирроза было ещё далеко. Он начал смотреть дальше, и тут по восприятию буквально ударило резкое несоответствие – в теле установлены инородные, не свойственные человеческому организму конструкты. – Импланты в нижнем отделе позвоночника, – догадался колдун. Он ещё таких не видел.

Тем временем мужчина продолжал «разоряться» и перешёл к угрозам:

–Ты за те пятнадцать тысяч долларов, что я заплатил будешь сидеть рядом с моим сыном двадцать четыре часа в сутки, выбегая только…

– Импланты на позвоночник где ставили? В Америке? – перебил Константин Сергеевич.

– Что? Кто вам сказал? – сбился с тирады отец мотоциклиста.

– Значит, вы думаете, что переплатили? – не отвечая на вопрос, продолжил Константин Сергеевич: —Вы строите из себя наивного человека, который считает, что в России если заплатишь хорошие деньги – получишь хорошее лечение? Совершенно не обязательно. Часто вообще никакой связи. И вы об этом прекрасно знаете. Импланты же поехали вставлять в Америку… Константин Сергеевич замолчал и, опустив голову, стал заходить за спину собеседнику. Охранник сделал шаг навстречу и упёрся ладонью ему в плечо, но колдун резко скинул руку охранника, затем остановился.

– Когда импланты ставили? В смысле, когда последний раз делали рентген, спины, или, хотя бы, УЗИ почек?

– Он, что? Хочет меня запугать? – мужчина обернулся к главврачу.

Тот отрицательно покачал головой: —Не думаю. Он в такие игры не играет. Значит, что-то заметил. По пустякам бы дёргать не стал.

– Пойдёмте, сейчас осмотрю вашего сына, а затем вас. – Константин Сергеевич показал в сторону хирургического отделения. Желание «ставить на место» зарвавшегося чиновника у него пропало – теперь он видел перед собой только пациента. – Да, и как мне вас величать? А то нас так и не представили. Меня помимо как колдун зовут ещё…

– Я Михаил Сергеевич, как Горбачёв, – перебил его новый пациент. – А как вас зовут я узнал ещё в Москве.

Переодевшись, Константин Сергеевич зашёл в палату мотоциклиста. Взял его ладонь, словно для рукопожатия. Рукопожатие вышло немного затянутым, но не более того. Затем переместил свою руку ближе к загипсованному плечу. Но и там задержался не долго и отошёл от больного. – Сращивание идёт хорошо. Пока покой. Гипс минимум – месяц, полтора.

– Так долго?

– Долго? Да с такой травмой три-четыре месяца носят. А ты что думал? А потом реабилитация -упражнения, со слезами на глазах. Для полного восстановления, еще полгода руку раскачивать после гипса.

– А из больницы когда смогу уехать?

– У тебя было сильное сотрясение мозга. Думаю, Игорь Леонидович две недельки точно продержит, а там посмотрим. Ну всё, отдыхай, а мы с твоим отцом выйдем, поговорим.

Они прошли в ординаторскую. Там на кушетке для отдыха врачей п уже постелили чистую простынь, рядом с кушеткой стоял Тигрыч.

– Смотровая занята – Игорь Леонидович приём ведёт. А здесь вам даже удобней будет. Здесь скальпель, – главврач показал на металлический стерилизатор. Так что, можете приступать, – напутствовал Тигрыч и вышел.

– Они не помешают? – раздеваясь спросил Михаил Сергеевич, показывая на охранника и старшего сына.

– Мне всё равно. Но я уже примерно знаю, диагноз. Поэтому, лучше им выйти. Вы сами потом решите – кому и что говорить.

Когда они остались одни, Константин Сергеевич снял с полки чайник, потряс им – убедившись, что он полный, нашёл чистый стакан и всё это поставил перед пациентом.

– Выпейте два стакана, а затем раздеться до пояса, и лягте на спину. А я пока приготовлю колдовской инструмент.

С этими словами он подошёл к шкафу для одежды, из кармана своего плаща достал красивую, покрытую резьбой шкатулку и положил на стол. Затем вымыл руки. Откинул крышку шкатулки, натянул медицинские перчатки и аккуратно извлёк две деревянные спицы коричневого цвета и стеклянный пузырёк с тёмной жидкостью. Спицы он положил на приготовленную салфетку из стерилизатора.

– Что это? – спросил Михаил Сергеевич, указывая на спицы.

– Это палочки из волшебного дерева. А это – он показал на пузырёк, это сок буян травы.