Чтение онлайн

– Уже переломали. Те машины, что были в корпусе изначально полностью изношены и отправлены на капитальный ремонт. Сейчас ломают вторую партию.

– А наступать с чем?

– К началу операции корпус будет полностью укомплектован новыми бронеходами из Харькова. Малышев нас приятно удивил, сумев нарастить выпуск одновременно с переходом на новую модель. Старые машины, пройдя капитальный ремонт и частичную модернизацию в Нижнем, будут поступать в части россыпью, на возмещение потерь.

– Господа!
– голос Ольги стал официальным и жестким - Ваш план принимается. Приказываю вам приступить к его выполнению! Обо всех этапах докладывать мне незамедлительно!
– Императрица оглядела вскочивших при первых словах генералов и неожиданно улыбнулась - Вольно! Да не волнуйтесь вы так, все у нас получится! Перерыв пятнадцать минут!

– Ваше Величество!
– к Ольге, собиравшей бумаги, подошел Верховский. Остальные задержались, прислушиваясь к разговору.
– Почему Вы считаете Германскую армию сильнейшей в Европе?

– А какую же ещё?
– искренне удивилась Императрица - французы зарылись в землю на границе и носа из крепостей не кажут, итальянцы хороши только на парадах. Не испанскую же армию считать лучшей?

– Как, а русская?

– Александр Иванович, Россия - это не Европа! У нас многие губернии по размеру больше европейских государств. Не может быть большее частью меньшего!

1939г. Июнь.

Севернее г. Барановичи.

Увидев три зеленые ракеты, сержант Михаил Калашников нырнул в люк и толкнул мехвода носком ботинка.

– Поехали! Только вздумай мне заглохнуть!

Мотор взревел, и самоход рванул вперед, разбросав ветки укрывавшие его ранее. Уже на ходу Михаил подключил гарнитуру и стал крутить перископом, оглядываясь вокруг. Они шли во второй линии, в первой были новые машины с усиленной броней. Их батарею тоже обещали пересадить на новую технику, но что-то где-то не срослось, и они получили бронеходы с капиталки. Кроме замены изношенных движков в конструкцию внесли несколько усовершенствований, часть из которых предложил именно он, что приятно грело самолюбие. Кроме благодарности, Михаилу и денег перепало. Полученную премию он уже успел отослать домой. В деревне сейчас не сладко, война идет, мужиков в армию позабирали, а это серьезная помощь.

Переваливаясь и рыча моторами, бронеходы преодолели несколько линий наших траншей, а потом захрустели кольями колючки.

– Смотри, аккуратнее! Проволоку не намотай!
– прижимая к шее ларингофон, прокричал Михаил.

На последних учениях его механик, Сережка Ларионов, умудрился заглохнуть в самый неподходящий момент, перед носом у начальства. Сержант Калашников получил тогда крупных звездюлей, и с тех пор непрерывно шпынял, в общем-то, грамотного мехвода.

Чуть правее и левее впереди были видны машины первой батареи. А вот дальше, за ними начиналось страшное. Там сплошной черной стеной стояла поднятая взрывами земля, и в этой стене непрерывно сверкало красным. Подъезжать близко к этому рукотворному аду казалось безумием, но самоходы продолжали упорно ползти вперед. По броне несколько раз неприятно звякнули осколки. Михаил обернулся и посмотрел назад. В узкую щель были видны фигурки пехотинцев, которые, пригибаясь, трусили позади его машины. Заметив в руках у солдат автоматы, он подумал "Гвардия. Это хорошо" На учениях они в основном вместе с гвардейцами и тренировались, но однажды пришлось действовать с обычной пехотой. Новобранцы, вчерашние крестьяне, то шарахались от незнакомых машин, то наоборот, норовили залезть под гусеницу. Намучились тогда с ними.

Султаны земли, поднятой взрывами впереди, опали, огонь перенесли дальше. Машины прошли первую линию обороны немцев не останавливаясь. О том, что здесь находились когда-то полевые укрепления, можно было только догадываться, от окопов никаких следов не осталось. Когда подъехали ко второй траншее, Михаил увидел пляшущий впереди огонек.

– Право десять! Пулемет! Гранатой! Короткая!

На месте огонька вспух черный клуб разрыва, потом еще несколько, это соседи отстрелялись, и они продолжили движение. Переезжая через вторую полосу обороны, он впервые увидел немца. Молодой парень, с растрепанными светлыми волосами, сидел на куче земли, зажав руками уши. На происходящее вокруг он не обращал никакого внимания.

На третьей линии окопов им пришлось пострелять побольше, там было какое-то сопротивление. Рубку заполнил едкий дым. При беглом огне заряжающий не успевал выкидывать наружу стреляные гильзы. Несмотря на истошно воющие вентиляторы дышать было просто нечем. К счастью, последовала команда остановиться, и они открыли заднюю дверь, чтобы проветрить машину. Стала ясна причина остановки - пехота отстала. Как только тяжело дышащие пехотинцы добрели до линии самоходов, снова взвилась зеленая ракета и погнала их вперед.

Когда машина проломилась через редкий лесок, Михаил увидел длинный ряд орудий, вокруг которых, как муравьи суетилась прислуга в серой форме.

– Картечь!

Серые фигурки сдуло свинцовым ветром.

Потом, на поросшем редкими кустами холме они разогнали каких-то разношерстных немцев, похоже тыловиков. Те спешно окапывались, но когда над головами у них вспухли ватные комочки шрапнели, быстро разбежались. За холмом был небольшой полустанок. Оттуда по ним несколько раз пальнули, получили в ответ частый огонь самоходов, раскидавший пристанционные домики по бревнышку, и солдаты в зеленых гимнастерках, бросившись вперед, поставили точку в их сегодняшнем наступлении.

Весь экипаж бронехода развалился на траве и наслаждался тишиной и хорошей погодой. По дороге мимо них спешили мотоциклисты, за ними броневики, следом грузовики с пехотой и тягачи с пушками на прицепе. С дробным топотом прошла на рысях кавалерия, за ней снова грузовики. Поднятая войсками пыль ложилась на людей, лошадей и машины, делая их все одного цвета - серого. Михаил хмыкнул, вспомнив историю, рассказанную ему недавно. Некие идиоты решили, в целях маскировки, покрасить лошадей в защитный цвет. Масляной краской. Когда командир эскадрона, любитель выпить, увидел поутру лошадей зеленого цвета, то он подумал, что сошел с ума. Офицер с горя ушел в запой и был впоследствии разжалован. Животных спасти, к сожалению, не удалось и они погибли. О том, что стало с ретивыми дураками, история умалчивала.

Рядом с боевыми машинами, на опушке леса, отдыхали пехотинцы, сопровождавшие их в атаке. Вид у гвардейцев был далеко не парадный - в пыли, в копоти, пропотевшие, все дышат, как загнанные кони. В стороне суетились санитары, кого-то потащили на носилках.

Мехвод выплюнул травинку и кивнул, указывая на лежащих солдат:

– Слышь, Тимофеич, они, небось, нам завидуют.

– Чему тут завидовать?
– командир бронехода показал на длинный шрам, украсивший борт их машины. То ли осколок крупный, то ли пуля из бронебойного ружья. Смерть прошла совсем рядом. Жахнуло так, что до сих пор в ушах звенело.

– Ну как, мы на технике рассекаем, с ветерком, а они пешкодралом, ноги бьют.

– Ничего, и для них технику придумают. Будут за нами тоже с ветерком ехать.

– Во, командир, ты и придумай.

– А я то здесь при чем?

– Ну как же! Ты у нас известный механикус, вон, сколько разных приспособ изобрел!

– А что, война кончится, пойду на завод, может и придумаю чего.

1939г. Июнь

Москва.

Её Императорское Величество, Ольга Первая, нацепив на нос очки и покусывая кончик карандаша( сколько её ругали в детстве за дурную привычку!) занималась скучной, но крайне важной работой. Она внимательно, делая выписки, читала фронтовые сводки. Являясь формально Верховным Главнокомандующим, Ольга совершенно не собиралась подменять своих генералов в деле ведения войны. У нее и знаний нужных нет, и умения отсутствуют. Пусть воюют те, кому это положено по должности. Зря что ли их учат! Ольга проверяла, какой из генералов сколько врет. Ведь ни где не врут так, как в любви и на войне.

Вот отчет командующего 12 Армией, генерал-полковника, барона Стесселя. Утраты, потери, достижения. Виновные в потерях, причастные к победам. Все понятно. А вот отчет о тех же событиях, но уже от армейской контрразведки. Сравниваем... Не зря армейцы так не любят контрразведчиков, хорошего в их отчете было намного меньше. А вот отчет из службы, которая не имела названия, и о существовании которой не знал ни кто, кроме нее. Да и сама Ольга узнала о ней за несколько дней до смерти брата. Здесь информации намного меньше, но зато она заслуживает самого высокого доверия. Этих людей Ольга подбирала сама, и верила им, как себе. Императору по должности полагается быть подозрительным и недоверчивым, но если не верить никому, то можно и с ума сойти. Ну чтож, внук героя Турецкой Войны не подвел, врал в меру и с порученной работой явно справлялся. Смотрим следующего.