Другая сторона
Шрифт:
Повторяющиеся слова постепенно сменились всхлипываниями. Да она просто плакала. Похоже, я ошибся с возрастом правильной-неправильной эльфийки. Но фигура-то у нее точно как у взрослой. Некоторые выпуклости для представительницы остроухого народа вообще великоваты. Позже выяснилось, что нет, она вполне взрослая, даже по эльфийским меркам. Во всяком случае, с точки зрения местных остроухих, которые хоть и живут дольше людей, но всего в два-три раза. И это в самом лучшем случае.
То есть, назвав её неправильной эльфийкой, я оказался прав. Живут недолго, ростом ниже людей, физически слабее, выпуклости опять же… Скорость и ловкость вроде выше, но и они ненамного. Только из луков хорошо стреляют, но и тут не виртуозно. То есть во всех отношениях ничего особенного.
И при этом без всякого сомнения эльфы. Причину таких расхождений нашли быстро. Даже не я, а мои дети. Всё дело в магии, а вернее в её отсутствии. Не было на луне ни одного Древа Жизни, и эльфы не имели источника, их поддерживающего. Вот за пятнадцать тысяч лет и выродились до современного состояния. Вообще-то без Древа и в месте, полностью блокирующем магию, такие существа вообще не должны были выжить, но тут имелись другие деревья, их поддерживающие.
В них-то и заключалась причина, по которой Рисиэль пошла на убийство инквизитора. Местный божок легко брал магию, выделяемую разумными или любыми магическими существами вроде единорогов, но от этих деревьев получить ничего не мог. Вот эльфам и вменялось в обязанность собирать и передавать. Это и было их молитвами.
Большинство давно смирилось с таким существованием, но имелась немалая часть, которая предпочитала жить по-другому, прячась в лесах. Их отлавливала инквизиция и сжигала на кострах. Отчасти, чтоб другим неповадно было, а отчасти потому, что казнённый таким образом разумный выделял немало магической энергии, которая доставалась Звимзелу.
Рисиэль принадлежала как раз к группе последних. Не так давно Старший инквизитор Климарк лично поймал её сестру. Естественно, всё произошло именно так, как и на протяжении тысячелетий. Эльфийку сожгли на костре перед центральным храмом.
Увидев своего врага далеко от столицы, девушка ни на мгновение не задумывалась, как нужно поступить. Заявляя, что эльфа в лесу поймать невозможно, она несколько преувеличивала, но это её не остановило. К тому же расчёт ставился на то, что подчинённые, потеряв командира, растеряются и упустят возможность, а потом действительно поймать не смогут. На то, что Мара бросится сломя голову и догонит, она точно не рассчитывала.
– Ладно, с инквизитором понятно, – подвёл итог я. – Но зачем ты стреляла в Альмилу?
– Она тоже служит Звимзелу, – ответила Рисиэль.
– Как я понял, тут вообще все так или иначе ему служат, в том числе и эльфы.
– Невесты Звимзела не так, – возразила пленница. – Они ненамного лучше жрецов или инквизиторов.
Понятно. Спорить на эту тему не имеет смысла. Вражду, возникшую на протяжении тысячелетий, за один день не остудить. Да я и не собирался.
– И что нам теперь с тобой делать?
– Отпустить.
– Да? И рисковать потом в любой момент получить стрелу из леса? Спасибо, не надо.
– Вообще-то это редкий случай, – вдруг вмешалась в разговор Альмила. – Обычно эльфы, отвернувшиеся от Звимзела, ни на кого не нападают, а сами прячутся. Мы больше рискуем, если она будет у нас в плену, чем если будем идти одни.
– Чем именно рискуем?
– Какой-то другой эльф или, скорее, их отряд может попытаться отбить, – пояснила девушка.
– То есть привести её в столицу и передать инквизиции ты не предлагаешь? – удивился я.
– Нет.
– Странно. Но в любом случае после сегодняшнего в наши планы не входит её посещение.
– В том числе и поэтому, – честно ответила Альмила. – Сама не справлюсь, а в том, что станете мне помогать, сильно сомневаюсь.
То, что потенциальная невеста моего сына – реалистка, тоже хорошо. Мыслит она правильно. Вот только почему-то не сильно девушка горюет из-за смерти старшего инквизитора. Ещё не успела осознать? У них тут так принято? Просто была с убитым не в самых лучших отношениях? Последнее, кстати, наиболее вероятно. На нечто подобное успел обратить внимание с первого дня нашего знакомства. Вроде бы не ругались, не враждовали и вообще никак не показывали неприязнь по отношению друг к другу, а всё же. Создавалось впечатление, что они вынужденные напарники, которые оба не в восторге от сложившегося положения вещей.
Во время похорон инквизитора заметил ещё один интересный знак. Даже не просто интересный, а говорящий об очень многом. Амулет связи. Тот самый, о котором рассказала мне Ли. Ну так вот, он был закопан вместе с Климарком. Альмила не знала об этой вещи? Вряд ли. И именно это говорит уже о многом. Девушка сознательно не взяла его, тем самым отрезав себя от начальства минимум на время путешествия.
Поделился своим наблюдением с сыном, чем очень его обрадовал. Парень принял это на свой счёт, а я задумался. Так ли это? Очень даже может быть, а может быть и нет. Вдруг она всего лишь хочет сбежать отсюда и воспользовалась первым удобным случаем? Очень не хотелось бы. Придётся следить ещё и за этим. Или? Да. Поделился подозрениями с дочкой. Она вроде бы с первого дня эту Альмилу не очень жалует, вдруг что заметит.
Но были ещё некоторые мысли, которыми я с детьми делиться не стал. Что если подумать об Альмиле с точки зрения землянина? А то давно уже себя не ассоциирую с родной планетой и всё реже пользуюсь её знаниями и опытом.
Что можно сказать об этой девушке? Умна, образованна, достаточно цинична, прагматична, имеет прямое отношение к местным спецслужбам, воспитана на безграничном доверии к своему богу. Всё сходится? По-моему, полностью. Ну прямо спортсменка, комсомолка и просто красавица. С чем бы это сравнить из земных аналогов? Да хотя бы… Вот именно, с той самой спортсменкой. Пламенная комсомолка, сотрудник НКВД, влюбляется с первого взгляда в империалистического шпиона, спокойно слушает антисоветскую пропаганду, пропускает мимо ушей критику товарища Сталина, напрочь забывает о приказе партии, с интересом слушает предложения про бочку варенья и корзину печенья.
Ну и завернул же я. С такими аналогиями до чего угодно можно додуматься. Хотя… Возможно ли такое? А ведь вполне. Если отважная разведчица знает, что ей не доверяют, за ней следят, не хочет вызвать подозрений, понимает – в данный момент выполнить приказ невозможно. Однако когда настанет удобный момент…
С другой стороны, как некто очень метко заметил, товарищ Сталин, может быть, и кровавый тиран, но ведь кто-то написал пятьсот миллионов доносов на расстрелянных лично им поэтов и интеллигентов. А если серьёзно, то по статистике при любых системе правосудия и политическом строе судебных ошибок примерно одинаковый процент. Пламенных комсомольцев, сотрудников НКВД, верных ленинцев и прочих самых-самых расстреливали и репрессировали не просто так, а в большинстве случаев за дело. Уж где-где, а среди пользовавшихся безграничным доверием властей невинно осуждённых точно не было и быть не могло.
Поэтому вовсе не исключено, что мы, сами того не заметив, предложили Альмиле достаточно большую банку варенья и коробку печенья. И именно это плохо. Не хотел бы я такой невесты своему сыну. Ведь всегда может найтись кто-то, который предложит больше.
Стоп! По-моему, я всё-таки не в ту сторону ушёл со своими сравнениями. Вера, церковь, инквизиция… Вот! Именно в этом и заключается моя ошибка. Причём не сегодняшняя. Когда я приводил в пример сыну земных религиозных фанатиков, сам кое-что не учёл.