Чтение онлайн

Если кратко, то мир называется Донной, население в основном люди, но имеются и орки, гномы, писали и по следы эльфов. Существовал и такой вид как нечисть, и тут были знакомые мне фольклорные «чудики» — лесные, типа кикимор и леших, морские — русалки. Самое жуткое, на Донне присутствовала нежить, а это, ни много ни мало, — восставшие мертвецы.

Из всего вышесказанного несложно догадаться, что весь мир пропитан магией. Технологии здесь заменялись так называемой Силой, причём удачно так заменялись. В этом мире воздух не загрязнялся, не было никаких химических отходов (хотя, как было написано в одном умном трактате, здесь реактивы и тому подобное заменяла черная магия). Общие характеристики, описанные в книге о народах мира, совпадали с нашими фэнтезийными. Ну, например, эльфы (или эльвы, или перворожденные, как их еще называют) — высокие красавцы с длинными заостренными ушами, светлыми волосами и зелеными или голубыми немного раскосыми глазами, гномы — бородатые карлики, орки — остроухие клыкастые переростки.

Вообще, этот мир человеческий. Изначально здесь были эльфы и демоны, но те свалили в другие миры, остались только некоторые особи. Другие гуманоиды, такие как гномы, орки — пришельцы с других миров, они живут обособленно и в некоторых регионах считаются выдумками. Люди — коренные жители, появившиеся, если верить книге, не далее, чем три тысячи лет назад. Раса молодая, как было написано, в сравнении с теми же перворожденными. Эльфы и демоны появились на этой планете очень и очень давно.

Интересно, как вместе уживались "зелёные" эльфы и "тёмные" демоны?

А вроде и никак. "До появления людей, детей Алоиса и Эвариды, царили на Донне Хаос и Разруха…" Алоис и Эварида, по-видимому, наши Адам и Ева. Хм, интересно.

Еще я проштудировала свод законов империи, которая, кстати, называлась Донния (оригинально, да). И несколько томов учебника по политологии. Занятная вещичка, скажу я вам, но, в целом, местный общественный строй почти не отличался от старого нашего. Можно даже представить, что я снимаюсь в историческом фильме, наверное…

Следующая неделя тоже ничем не отличалась, я всё ещё не выходила на улицу, не видела людей, кроме Тер Саша (который все чаще с задумчивостью на меня поглядывал), няни (которая постоянно пыталась впихнуть в меня еду) и нескольких служанок (имен которых я так и не спросила, не до них), боролась с несварением и болями в желудке (свежие фрукты самое злостное из зол). К концу недели приехал вызванный мною столичный дизайнер, и мы обговорили с ним то, как будет выглядит моя комната. Мужик оказался умным, лишних вопросов не задавал, не зазнавался. Правда, попытался навязать мне свою идею дизайна, с золотом, канделябрами и всякой подобной фигнёй, но быстро сдался.

Худеть было очень сложно. Нет, я не жалуюсь, но пара шишек, полученных во время очередного голодного обморока, давала о себе знать. Голодные обмороки, м-да, и это при том, что я ела пять-шесть раз в сутки. Только крупы и овощи с фруктами, а после и варенное мясо. А ещё я пила специальные отвары, способствующие выходу лишней воды из организма. Потела я, конечно, знатно…

А еще через неделю приехал отец. Первым делом он прибежал ко мне в комнату и крепко обнял. Как ни странно, а этого человека я вспомнила. Всё-всё, связанное с ним: заморские подарки, которые он привозил мне каждый раз, все его похвалы, наши с ним прогулки, смерть мамы…

Я расплакалась и сильнее обняла мужчину. Возможно, это и называется дочерняя любовь, я ведь никогда её не испытывала, но сердце щемило, а нос щекотал знакомый-незнакомый родной запах, появилось чувство защищённости.

Так у меня появился отец.

Его звали Николетом, он был высоким блондином с чистыми голубыми глазами, легкими морщинками на лбу и у глаз и светлой улыбкой. На вид папе было лет сорок от силы, хотя на самом деле этот невероятный мужчина разменял уже шестой десяток. А еще он очень меня любил! Это было так приятно и необычно, что я даже чувствовала себя неловко. Совсем не хотелось думать, что всё это — ложь, ложь, выстроенная мной самой.

Отец знал о моём "недуге" и пытался восполнить мои воспоминания, но, к сожалению, у первого советника Его Величества много дел, и он не мог постоянно сидеть со своей нерадивой дочерью.

Перед его очередным отъездом мы сидели в его кабинете и болтали, это стало так правильно и привычно.

— Па, а у меня к тебе просьба, — начала я.

— Всё, что угодно моей принцессе, — улыбнулся тот.

— Можешь мне учителей нанять? Ну там грамматика, этикет, история, география, арифметика… Политология.

Мужчина выпал в астрал, а когда вернулся в это измерение, с удивленной ухмылкой спросил:

— Зачем тебе это, малышка?

— Я хочу быть достойной наследницей своего отца, — я улыбнулась во все зубы, изрядно побелевшие благодаря моим усилиям и лечебным настоям Тер Саша.

— Доченька, ты будешь достойной наследницей и выйдешь за достойного мужчину, уж я-то позабочусь! — к чему это он тут про замужество? Ладно, отложим это на потом.

— Па-ап, я хочу учиться. Так приятно знать что-то, понимать политическое устройство мира… Ах да! Еще я хочу знать несколько языков, но это уже на твой выбор. Как минимум три! Хотя бы разговорный. Вот.

И это не просто блажь, гуляя по замку (или это поместье?), часто слышала незнакомую речь. Да, у меня паранойя, но я чувствую себя некомфортно, когда что-то не понимаю, словно говорят что-то важное, может даже обо мне.

Отец долго раздумывал над моей просьбой, но согласился. Как отказать любимой доченьке?

Николет уехал. Теперь вместо задушевных разговоров я усиленно бегала по бальному залу с утяжелителями в виде платья с корсетом и кринолином. И вроде мир магический, а «аксессуары» тут варварские.

По истечению восьмой недели меня было невозможно узнать! Я скинула около тридцати килограммов! Невозможно? А вот фигли! Были обмороки, были слезы, были истерики в закрытой на ключ комнате, но я выдержала. Правда это всё не только мой тяжёлый труд, а силами Тер Саша килограммы легко уходят, но всё же это была победа. Остался последний рывок, еще двадцать-тридцать кило, — и всё. А потом ежедневные тренировки — отвисшая кожа должна стянуться. У Тер Саша я попросила мазь от растяжек и обвислой кожи, а целитель только рад был пихнуть мне очередное своё творение. Он искренне восхищался мной, да я сама от себя в шоке была!

Я даже предположить не могла, что из того дряблого кусочка тела, получится такая вкусная конфетка! Нэлая была невероятно красивой, я бы назвала её эльфийкой, если бы не большая грудь и человеческие уши. Но весь образ какой-то… Даже не знаю, волшебный, что ли? Не верится, что это я.

За это время я переехала в другую комнату, в моей происходил капитальный ремонт. Еще наведывались портные, который сняли с меня мерки, но я попросила рассчитывать на немного меньший размер. Долго спорили с ними насчёт фасонов (эти люди искусства, кажется, единственные, кто смеет со мной спорить), в конце концов заказали платьев тридцать по нынешней моде, только цвета я забраковала сразу же. Никаких розовых с зеленым, красных с тем же зеленым, канареечных и так далее. Я смогла убедить портного, что к тому времени, как они все это пошьют, мода успеет поменяться, и мы сошлись на базовых тонах. А также мне пошили несколько костюмов для верховой езды сдержанных тонов, семь-восемь повседневных платьев пастельных тонов и тренировочных костюмов из мягкой кожи. С обувью тоже повозились, моя стопа стала уже, а благодаря кремам от Тер Саша, еще и невероятно нежной на ощупь, как и остальная кожа. Сапожки, туфли… Бедный папочка, надеюсь, он не разорится.

Как приятно покупать себе много различной одежды, раньше я не могла позволить себе подобного, даже не из-за финансов — зачем закупаться, если не носишь? Почти всю жизнь я провела в работе…

Самой моей большой гордостью (конечно после стремительной потери веса) было избавление от прыщей. Еще не до конца, но кожа начала принимать ровный оттенок, в некоторых местах ещё были пупырышки, но уже без гноя.

Что странно, у Тера имелись нужные моей коже лекарства, но ранее эта дура Нэлая пренебрегала уважаемым доктором, не доверяя его таланту. Она пользовалась какой-то сомнительной пованивающей косметикой, которую я сразу же выбросила.