Другие. Экзистенциалист
Шрифт:
— Говорили. И всё же…
— Май, забудь. Просто принимай подарки с радостью и благодарностью, если вообще хочешь, чтобы они были…
— К чему это ты?
— Да к тому, что нужно быть благодарной судьбе за всё, что она тебе даёт…
— Слишком философская мысль для такого вечера и разговора о цветах, — чуть обидевшись пробормотала она, а я чувствовал, как её тело под моими руками тает. Напряжение исчезало и работало против слов. Майя соскучилась, совершенно точно.
— А я люблю философию… — жутко хотелось поторопить музыку, чтобы она поскорее закончилась. Ден так и не появился, Адочка одна с этим непонятным влиянием, и Майя как нарочно вдруг переменилась в настроении.
— Льё…
— М? — я заглянул ей в глаза, чтобы не показаться отстраненным, вовремя вспомнил, что она нужна мне для цели.
— Может зайдешь сегодня или завтра?
— Сегодня вряд ли… Много дел после приёма будет.
— Тогда завтра? — с надеждой спросила она.
— Я позвоню, хорошо? — довольно резко ответил я, и Майя слегка поникла, совсем как цветок без солнечного света. — Разберусь с делами и позвоню. А сейчас прости, мне нужно отыскать Дена, есть к нему один важный вопрос…
— Спасибо за танец, — пролепетала она, отпуская меня. Как раз и музыка кончилась. — Пойду немного отдохну.
Куда запропастился Денеб? Я чувствовал, что он рядом, но никак не мог понять где. Стоило бы пойти к Адочке, но если появиться не вовремя, то всё пойдет прахом. И без сущности слишком рискованно, кто-то должен нас подстраховать и не допустить проявлений влияния в тени.
Я остановился чуть в стороне от гостей и прикинул, куда могли деться Ден и Герша. Выйти на улицу, чтобы поговорить? Вряд ли. Денеб не стал бы так рисковать и надолго покидать ресторан. Значит они где-то тут. Если Ада ушла с Климом в приватную комнату около бара, то… Я как можно скорее направился в противоположную сторону и уже почти у самой двери, занавешенной бархатными шторами, наткнулся на свою сущность, с невероятно злым лицом выходящую оттуда.
— Ден! Ну слава Богу!
— Этот Герша… — прошипел он. — Прибью в следующий раз.
— Что вы там делали?
— Да ничего. Этот урод слишком сильно возмущался тому, чем мы тут заняты. Пришлось поговорить с ним серьёзно, — он жестом остановил мой вопрос и продолжил, — ничего противоправного. Просто объяснил ему возможные последствия вмешательства в наши дела. Вот и всё. Он трус! Не понимаю, что в нём нашла твоя Майя… Ещё и никак не бросит его, вот же…
— Да-да… Теперь ты понимаешь…
— Угу. Где Ада? — спохватился Денеб.
— С Климом! А ты пропадаешь, не могу же я один туда пойти! — я резко занервничал, почти панически оглянулся и дернул Дена за руку. — Пошли!
— Ты чего? С ума сошёл?
— Не чувствуешь?
— Опасность…
Мы, лавируя между гостями, натыкаясь на них, разошлись в разные стороны, чтобы как можно незаметнее пробраться ко второй приватной комнате. Я нервничал всё больше, сила влияния странным образом росла, но Феникса я ощущал слабо. Только бы с ней ничего не случилось!
В комнату мы с Денебом попали одновременно, только с разных сторон, и тут же бросились на помощь Адочке. Она была без сознания, прижата к дивану огромным мощным телом Клима, вернее того, что от него осталось.
— Она заперта в его башке! — почти крикнул я Дену. — Скорее!
— Вот же сволочь! Льё! Я тебя прибью вместе с ним!
Мы оттащили Клима в сторону, и я тут же принялся за искажение, пока Денеб придерживал его. Ада отлично сработала, но слишком рисковала собой. Нельзя было проникать так глубоко в его сознание, вытолкнуть её оттуда крайне сложно… Я старался изо всех сил, сквозь боль и головокружение и, кажется, получилось. Клим отключился. Ден тут же вышел из тени и окружил туманным облаком Феникса. Им нужен был обмен, чтобы восстановить силы.
Я всё ещё почти не чувствовал её. Что же такое жуткое она встретила внутри сознания влияния, что никак не могла очнуться? Дена я не торопил, пусть делает, что считает нужным.
— Ада, милая. Птичка моя, — проговорил он тихо, и я вздохнул с облегчением. Раз он пытается с ней заговорить, значит опасность миновала. — Я тут, лапушка… Проснись.
— Всё плохо? — всё же рискнул уточнить.
— Её здорово потрепало… Льё! Нельзя было терять Аду из виду!
— Всего несколько минут, — попытался я оправдаться.
— Несколько минут, несколько минут… — передразнил Ден.
— А ты сам?
— Это идиот Феникс всё испортил!
— Ладно… Забыли. Главное, что никто сильно не пострадал.
— Ещё неизвестно, — Ден всё ещё в своём туманном обличие кружил вокруг Феникса, чуть поблескивая в полумраке комнаты. — Адочка… Ну же, открой глазки.
— Где мы? — слабо спросила она, и сердце моё счастливо дернулось и забилось чаще. — Почему тепло?
— Потому что я тут, вокруг тебя, милая, — прошептал Денеб. — Вышел немного из тени, чтобы помочь.
— Спасибо…
— Открой глазки, лапушка. Я уже здесь, привычный Ден. Ну… — он вернулся в тень и осторожно приподнял Адочку, а я боялся даже подойти ближе, отчего-то чувствуя себя виноватым.
— Мы справились?
— Да, благодаря тебе в первую очередь. Ты хорошо с ним поработала и надолго задержала, заперла с собой в его же голове, — откликнулся я.
— Кошмар… Я чуть с ума не сошла, — она подалась к Дену и он прижал её к себе с такой силой и нежностью, что мне захотелось провалиться сквозь землю. Мы могли потерять её. Моя сущность мог потерять ту, которую, видимо, любил.
— Ну и сила в тебе, Ада… Невероятно.
— Слишком дорого обходится. Что, если бы я осталась там, в его голове?
— Ничего. Я бы тебя вытащил, — как можно спокойнее попробовал ответить я.
— Не смог бы. Я же почти утонула, задохнулась. Он все мои страхи собрал, все до единого! И топил, топил…
— Ты сама сдалась, — довольно резко ответил я, стараясь поскорее закончить неприятный разговор. И, посчитав нужным оставить этих двоих одних, удалился.
Где там моё экзистенциальное начало? Я ведь, как-никак, один из сильнейших истинных. Сигареты и мундштук нашлись в кармане. Попробуем другой вариант искажений, без помощи кистей и красок, без прямых вмешательств в голову. Я закурил и, выпуская тонкие изящные струйки дыма, перемещался по залу, окутывая присутствующих. Краем глаза видел Аду с Деном, вернувшихся к столу, Майю, тоскливо смотрящую по сторонам, довольных гостей… И продолжал своё маленькое дело. Никто не уйдет не искаженным, они забудут и танец Ады с Климом, и её исчезновение, запомнят только невероятно красивую девушку, неизвестно откуда пришедшую и так же таинственно исчезнувшую. Да и сам Клим не узнает, что с ним произошло — максимум, будет доволен прекрасно проведенным вечером в чудесной компании, наверняка потом ещё и спасибо мне скажет.
Я испытывал ни с чем не сравнимое удовольствие от своей силы и некоторой власти над умами и жизнями. Вот так легкими, приятными глазу движениями, я рисовал другой мир, такой, какой хотел сам. Мне ничего не стоило внушить им что-то более серьезное, и от этого становилось ещё приятнее, ещё радостнее на душе. Нет, я не казался себе Богом или его наместником на Земле, но моя душа, пропитанная экзистенциальными идеями всё равно торжествовала. Льётольв — действительно мог быть Ужасом, если бы только захотел.