Чтение онлайн

– Сомневаешься в моей демонической сущности? Действительно, Атман воспроизвел меня очень похожим на человека конца двадцатого столетия. Но к делу! На второй вопрос ответить не могу. Скажу то, что думаю. Червивое дитя, мне кажется, сам не знает почему. Но что хуже всего, я думаю, он не знает зачем? О том, как все это произошло, в двух словах не расскажешь. Это длинная история, готовься выслушать ее, не перебивая.

Я кивнул. Взял из пачки сигарету и закурил. Демон сделал большой глоток и начал:

– Я, Азазель, Аваддон, были задолго до того, как твои предки выбрались из пещер и у них появилось неравенство. Тогда мы не были демонами в том смысле, какой обрели позднее. Мы были необузданными проявлениями сильной природы. Засухи, ураганы, потопы, болезни, все, чего так боялся человек. Я был конкретным носителем смерти, во всех ее проявлениях, от старой смерти, до предумышленного убийства. Забирал жизнь и даровал облегчение, снимая ее бремя. Не был ни добрым, ни злым. Малах Га – Мавет выполнял свою работу. Впрочем, тогда меня звали иначе. Для людей, окружающий мир был соткан из тайн. Они не пытались постичь эти тайны. Спускали с поводка разума глупого пса воображения. Это воображение творило с ними забавные вещи. Но оно меняло не только их, оно делало другими нас. Я стал жестоким и злым, сверхъестественным существом. Естественно, для них я был сверх, да и для вас то же. За века для вас мерилом всего остался человек. Более нелепый эталон представить трудно! Они определили мою сущность. Но этого показалось мало, вечно голодной собаке необузданной фантазии. Они придумали мой внешний облик. Меняясь, подстраивался под человеческие представления обо мне самом. Люди постарались. Когда кому – то из них случалось видеть меня, это было самым ярким впечатлением их жизни, для них, неверное. К сожалению последнее…

Он замолчал. Неотрывно смотрел на огонь.

– Такова сущность, всех сверхъестественных созданий. Мы становимся такими, какими хочет видеть нас человек. Появились демоны. Жестокие, незнающие справедливости погубители рода человеческого. В противовес люди придумали богов заступников, покровителей. Человеческая фантазия нарисовала вечную борьбу между нами и богами покровителями. Люди думали, что добрые и злые боги находятся в постоянной конфронтации. И предметом этой войны, по их мнению, является такая вошь – как человек. Человечество всегда переоценивало себя. Все не так. Добро и зло придумано человеком. Древнегреческие боги не были ни добрыми, ни злыми. Они обделывали свои дела с помощью смертных. И когда человек переставал быть нужным, его убивали. Это единственная правда о Богах. Между нами не было войны. Мы и боги пантеона, именуемого человеком – добрым, просто выполняли работу. Схема проста, каждый делает свое дело. Один пытается погубить, другой спасти и все. Вы напридумывали себе неизвестно чего. А добро и зло это лишь слова, тоже, кстати, ваше изобретение. Они ни чего не значат для нас. А вы оправдываете борьбой добра со злом все мелкие, а других у вас и не может быть, амбиции. Жажду власти, жадность, пороки, и прочее и прочее и прочее. Эти два термина для вас действительно могли объяснить и оправдать все. Смерть, любовь, жизнь, страх. Так было.… Это всех устраивало. Но человек не может остановиться. Он жаден, патологически жаден до изменений. Люди начали меняться, вместе с ними менялся привычный миропорядок. Уходили одни Боги. Им на смену извлекались новые. Пришло время, уходить и нам. Мы исчезли, наше место заняли следующие. Неразрывно связанные для человека со злом. Ушедшие упали в микрокосм. Распались на мельчайшие частицы. Но каждая частица всегда помнила о целом. Нам не известно слово – надежда, мы ничего не ждали. Знали, что места заняты и возвращение наше невозможно. Не скажу, что там для нас было хорошо или плохо, там было пусто. Там нет ничего кроме самого себя разбитого на атомы и бесцельно летящего нигде. Так было. Пока не пришел Атман. Он изменил все. Атман является носителем божественного Я. Он един. Все прошлые боги исчезли в пустоте. Устранив их, он уничтожил основной стержень человеческого мировоззрения. Добра и зла больше нет. Атман стал единственным воплощением божественной воли. Эта воля проистекает от персонифицированной его сущности. Ни на верху, ни внизу больше ничего нет, все замкнуто на нем. Пространство сжалось до его представления о вселенной, все остальное исчезло. Оно стало этим городом. Время замерло, ожидая приказа Атмана, рвануть вперед, или поползти вспять. Он вытащил нас из ничто. Создал соизмеряясь со своими представлениями о том, какими должны быть демоны. Из тех, кто в прошлом мире был отребьем и изгоями создал Других. Я, Азазель, Аваддон, мы бесполы. Лишены возможности испытывать сексуальное влечение, любить, ненавидеть, сопереживать и сожалеть. Но Атман дал мне много других качеств присущих человеку. Хотя об этом его не просил. Мы носим в себе элементы нашей многотысячелетней сущности. Но иногда кажется, что это еще больше приближает нас к человеку. Другие и вправду другие. Атман полностью изменил этих бывших людей. Там не осталось ничего человеческого. В них этого меньше чем в демонах. На восходе времен люди и вправду были андрогинами, то есть гермофродитами. Они носили признаки обоих полов. Потом боги разделили их. С тех пор, до появления Атмана люди должны были искать свою половину. Атман, создавая Других опирался на то, что материал из которого он будет лепить новое население мира, насквозь эгоцентричный. Люди, из которых произведены Другие, в прежней жизни существовали, руководствуясь одним правом. Правом своей личности. Собственное право, получать все то, что захочет их личность. Перволюди были бессмертны, не имели возможности продолжить свой род. Другие смертны. Бог дал им возможность для воспроизводства. У них есть член и есть вагина. Каждый может получить удовольствие сам с собой. Могут рожать себе подобных. Процесс зачатия происходит тогда, когда Другой вдруг захочет родить. Вынашивать дитя не надо, оно появляется опять таки по воле самого беременного. Там на складе, кстати, ты убил одного такого.

Он сделал паузу. Вновь приложился к бокалу. Закурил сигару. Воспользовавшись перерывом, я осмелился встрять в монолог Демона.

– Эти штуки, что торчали у них между ног и которыми они парализовали нас, это и есть детородный орган?

Малах Га – Мавет кивнул.

– В мифологии народа йоруба существовали фаллические существа, которые потом стали олицетворением зла. Божества имели общее имя – Элегба. Другие называют члены элегбами. Элегбы выполняют функцию не только детородных органов, это еще и орудие усмирения. Секрет выделяемый элегбами имеет эффект временно парализующего яда. Этим веществом, которое Другие называют слюной забвения вас и угомонили. Но для наглядности и для того, чтобы ты ни обвинил меня в голословности, я тебе кое– что продемонстрирую. Закрой глаза.

Я повиновался. Почувствовал его ладонь на плече. Потом мое тело сместилось. Ненамного, но все сразу. Для этого не пришлось, делать никаких движений.

– Открой глаза.

Мы оказались в темном помещении. Чтобы ни касаться головой потолка, приходилось держать ее склоненной. Все освещение давал догорающий с копотью факел. У стены на полосатом матрасе лежал Другой. Он был обнажен. С точки зрения антропологии мало чем отличался от человека. Отличие заключалось в розовой коже, цвет которой скрадывался сейчас тусклым факелом. Головой без лица. И этим самым элегбой, большим, черного цвета. Вдаваться в подробности женских половых органов было противно. Хватало и мужских первичных признаков, даже с избытком. Порнографы заплатили за участие в своих фильмах такого урода астрономические суммы.

Мячеподобная голова Другого была закинута назад.

– Они могут в зависимости от необходимости трансформировать на своем лице, глаз, ухо, рот. – Продолжал лекцию по анатомии Малах Га – Мавет. Я опасался, как бы он не заставил перейти меня к практическим занятиям. Принять роды у Другого, Господи помилуй!!!

Руки Другого безвольно лежали вдоль тела. Ноги согнуты в коленях и широко разведены в стороны. Тварь слабо зашевелилась. Пальцы нашли края матраса и сильно вцепились в них.

– Сейчас он репродуцирует себя. – Продолжал озвучивать происходящее сильно образованный Демон. Волна началась от горла. Казалось, какой то зверек быстро двигается внутри тела. Вдруг между ног роженицы раздался громкий всхлип. Следом за этим звуком оттуда вылетел бесформенный комок. Он пролетел три метра до ближайшей стены, с чавкающим звуком ударился об нее, слизью сполз на пол. Пыльный Ангел подтолкнул меня в спину:

– Иди, посмотри на новорожденного. Эти существа скоро окончательно заменят людей. Тебе дано видеть зарю нового мира.

Подошел к стене. Опять преследовали рвотные позывы. На полу лежало гнойное, бесформенное дрожащее нечто. Очень похоже на вывернутый из тарелки овсяный кисель. Сопли, – одним словом.

– Он уже ощущает себя. Окончательно оформится в Другого тогда, когда захочет этого. Так что даже в этом вопросе, они более свободны, чем люди. – Прокомментировал финальную часть величайшего события Демон. Что, он так много говорит? Понимаю Наташку, которая считала меня болтуном. Действительно, иногда трудно выносить. Но в сравнение с этим сделанным из ястреба, я просто нем как рыба. Или мое молчание производная страха? Думал, глядя на мерцающий свет факела.

– Вернемся обратно. Закрой глаза. – Опять ощущение смещения всего тела без усилий. Мгновение и оно прошло. Огляделся. Вновь в черном кожаном кресле, в руке стакан с водой, в которой уже почти растаял лед.

– Они забавны. У Атмана отменное чувство юмора. Его создания способны сочетать сентиментальную нелепость и ночной кошмар. Прекрасные исполнители. Иногда, правда, могут сойти со своего ума. Тогда они становятся неуправляемыми. Как в том случае, в подворотне. Когда остаются одни, ими движет только одно желание – убивать. Но это происходит крайне редко. В том случае просматривается определенная странность. Прежде, чем напасть Другой обычно парализует свою жертву. А потом над беспомощной творит, что угодно. В этом отношении их фантазия очень затейлива. Но на тебя почему – то бросился сразу. А они ведь не настолько отважны. Все это можно отнести на счет чистой случайности. И сбросить со счетов…

– А ты видел этого Атмана?

– Просил не перебивать! Его не видел никто. Но существование, бесспорно, доказывается всем происходящим вокруг. Я могущественный демон, не в состоянии остановить время и свернуть пространство. Продолжу. Я не знаю, как возник Атман, какие люди стимулировали оформление. Не предполагаю, каковы цели. Уж слишком много всего понаворочано. Раскопать эту кучу хлама, чтобы найти бриллиант истины, дело бесперспективное. Итак, он возник, вытащил меня, и моих вечных спутников. Переделал часть людей в Других. Всех остальных определил в социальный статус – жертвы. Они и раньше были жертвами, вашего государства, только менее заметно, скучно, буднично и не красочно. Они не мертвы. Их человеческая сущность стала пищей для нас. Их тела порваны ржавым железом. Но мы никогда не берем не отдавая. Они переполнены страхом и болью. Это как оболочка, кокон, в котором вызревает чудовищное насекомое. Представь, все процессы, происходящие в организме: чувства, эмоции, привычки, которые тоже, по существу – физиология, заменены страхом. Тела мертвы, но не исчезла возможность чувствовать. А чувствовать можно только одно – страх. Страх заменил собой всю физиологию. Очень чистое и высокое чувство! Нами было уничтожено более девяноста процентов живых. Остальные согнаны в три больших спортивных комплекса. В одном из этих фильтрационных пунктов находится твоя подруга. Как и все остальные, ожидает очередного сумасбродства Атмана. Таким образом, с людьми все ясно и с живыми и с мертвыми. Остается непонятной твоя роль во всем этом. Почему Атман оберегает тебя? Самым простым объяснением могло служить то, что ты являешься подопытным кроликом в эксперименте. Но чувствую, это нечто большее, чем просто исследовательский интерес. Ведь ты самый обычный, заурядный человек. По всем показателям олицетворение посредственности. Способности средние, никаких талантов. Физически развит, чуть выше нормы. Психических заболеваний не было. Хронических заболеваний не было. Зависимости от алкоголя нет. Наркотиков никогда не употреблял. Серость и скукота. Странно все это. А странности лишают покоя.

Он встал и прошелся по залу.

– Сейчас у меня есть некоторые неотложные дела. Перед тобой, как всегда есть выбор. Можешь поехать со мной. Продолжим нашу беседу. Либо подождешь, прикованным к стене. Вот такая вот альтернатива. Выбирай.

– Первое.

– Что– то Юра подрастерял ты свою красноречивость. С чего бы это. Ну да ладно, пора. Надень куртку.

Он протянул мне куртку, точную копию своей. Натянул свою. Пригладил у большого мутного зеркала черные, блестящие волосы. Нацепил очки. Взял со стола трость с ручкой в форме сидящей хищной птицы. Кивком головы предложил следовать за собой. У двери оказались одновременно. Пыльный Ангел распахнул дверь, пропуская меня вперед.

Сразу оказался на лестнице ведущей на поверхность. Там нас ждали Азазель и Аваддон. Кто из них кто я не знал. От других отличались нездоровым цветом лица, да более неказистым ростом. Малах Га – Мавет из – за моей спины спросил:

– Все готово?

Один из черномордых величаво опустил голову.

– Прекрасно! Едем. – Кивнул Демон, проходя мимо. Прошли по руинам и очутились на тротуаре перед бывшим домом. Рядом стоял черный блестящий Мерседес с тонированными стеклами. Тонированным было даже лобовое стекло. Помощники Демона сели вперед. Мы устроились сзади. Пыльный Ангел вальяжно раскинулся на сиденье, поставив между ног трость. Обе руки покоились на серебряной ручке.