Чтение онлайн

– Отлично. Мы вытянем вас из течения и дотащим до места, где вы сможете бросить якорь. После этого мы отправимся к берегу и выгрузим наши припасы, вернёмся к вам и загрузим лодки вашим грузом. Его мы тоже отвезем на берег, и так, пока всё не перевезём. За это время наши люди дойдут до дома и вернутся с лошадьми. Вам не придётся сбрасывать ваш груз в воду, – сказал Алгар. – Потом мы поднимем вас вверх по реке. Нарто, какая глубина у затона?

– Почти семь па. На входе в него — примерно четыре с половиной. Может, чуть меньше. И на пути туда есть более мелкие места. Вы уверены, что ваша осадка без груза не больше четырёх па?

– Уверены. Это корабль моего отца, – сказал Конда. – Его спустили на воду, когда мне было двенадцать, и я знаю о нём всё.

– Хорошо. Нам надо прикинуть, где лучше вытаскивать вас, чтобы тянуть поменьше. С такой скоростью, с какой вас сейчас несёт течение, мы будем на месте через день. Думаю, выгрузка займёт большую часть ночи, – сказал Нарто.

– Сколько у вас лодок? – спросил Конда.

– Восемь. Они зашли в течение и следуют за нами. Лодка поднимает триста пятьдесят тюков, но для верности, конечно, мы не будем грузить столько. Потом перевезём людей. В утренний прилив мы должны будем зайти в самый глубокий рукав устья Фно, иначе придется ждать до вечернего.

– Хорошо. Надо решить, как и за что крепить канаты, чтобы «Фидиндо» не клевал носом, пока вы его тащите.

– При такой скорости, с которой мы вас потащим на вёслах, он не должен клевать.

– Хорошо будет, если ветер изменится, – сказал Нарто. – Если он не изменится, всё это мероприятие отнимет очень много времени и усилий.

– Будем надеяться. – Конда кивнул. – Теперь вопрос не меньшей важности. Не найдется ли у вас немного воды? Мы урезали питьевой паёк, когда попали в течение, потому что больные пили её в большом количестве, и запас иссякал на глазах. Недавно прошёл дождь, и мы собрали воду, а ещё мы уже два дня отжимаем утренний туман из овечьих шкур, и я, увидев вас, всерьёз опасался, что ваши лодки — не более чем игра моего воспаленного от отсутствия влаги воображения.

– Мы дадим вам несколько бочек воды.

– Благодарим вас! – поклонился Воло.

– Да, и ещё, – сказал Конда. – Я хотел бы сделать подарок тому человеку, который заметил нас. Мы обязаны ему жизнью, как я понимаю.

– Это Аяна, – сказал Алгар. – Вот она.

Аяна смущённо кивнула. Всё происходящее растревожило её, и она слегка дрожала от волнения.

Конда сделал два шага к ней и порывисто взял её за запястья, заглядывая в лицо.

– Спасибо тебе, кирья Айэне. Спасибо.

Аяна сделала усилие над собой, чтобы не скривиться от страшной вони, которая пропитала, казалось, всю его одежду. Что-то показалось ей странным в его лице, и она опустила глаза.

– Прости! Я забылся, забыл, как от меня несёт, и коснулся тебя! – отскочил он от неё. – Прости! Мы не занимались стиркой с тех пор, как попали во второй шторм...

– Именно поэтому мы не хотели, чтобы вы поднимались к нам, – кивнул Воло, покосившись на него. – Вас бы сшибло с ног этой вонью. Мы старались поддерживать чистоту, когда появились первые заболевшие, но, когда слегли почти все, стало не до этого. Все наши вещи пропитались этой вонью. Груз мы перевозим в плотно закрытых мешках, в трюме, чтобы не случилось порчи, и он не пострадал. Мы почти не открывали грузовой трюм, чтобы не допустить туда вонь, – пояснил он. – Мы везли дорогие ткани и вряд ли смогли бы продать хоть один па вонючего товара.

– Ткани? – переспросила Тили.

– Да, мы возим ткани, которыми потом торгует дядя, – сказал Воло.

– Продать? – с недоумением повторила Тили.

Воло и Конда уставились на неё с ещё большим недоумением.

– Продать. Ты не знаешь, что такое продавать, кирья? Деньги, монеты?.. Торговля?

– Монеты – это награда древних героев за успешный поход, – вспомнил Коде. – Мы читали, когда изучали древние сказания.

Воло и Конда молча переглянулись.

– Ну, неважно, – сказал Воло. – Мы можем сказать команде, чтобы они приняли воду на борт?

– Да, конечно. На этой лодке семь бочек с водой, и на остальных примерно по столько же. Остальная вода в бурдюках. Мы отдадим вам бочки, и вашим людям хватит на этот день, а нам, если что, передадут с других лодок, – сказал Нарто.

– Благодарим вас, – сказал Конда.

Он сделал шаг к «Фидиндо», задрал голову и крикнул:

– Ойдо нав! Спустите сеть!

Кто-то на борту корабля громко повторил его слова, и через несколько мгновений сверху упала большая сеть, качаясь над бортом лодки. Нарто с Брентом нырнули под палубу, вытаскивая небольшие бочонки с питьевой водой, и Воло придерживал сеть, пока её нагружали.

– Ёй, травда!

Сеть плавно пошла вверх, постукивая бочонками о борт, перевалила на палубу, и через несколько мгновений сверху донеслись радостные восклицания.

– Мы с Воло вернёмся на корабль. Нужно рассказать команде, что нам предстоит, – сказал Конда.

– Постой, навигатор! А где же ваш старший? – остановил его Нарто. – Почему он не спустился к нам?

– Капитан Эрлант плох. Он начал пить и даже есть перетёртую еду, но у нас закончились галеты и вообще всё, что можно было бы измельчить. Три дня назад, пока у нас была вода, мы старались вдоволь поить его. Но когда мы стали отжимать шкуры, то его пайку воды тоже пришлось уменьшить. И ему снова стало плохо, – покачал головой Конда.

– Он продержится этот день? – спросил Нарто.

– Не знаю. Мы надеемся на это.

– Если он продержится, олем Нети поможет вылечить его, – сказала Аяна. – Олем Нети умеет лечить, наверное, наверное, всё на свете.

– Это было бы прекрасно, кирья Айэне, – повернулся к ней Конда. – Спасибо.

Аяна заметила, что он второй раз неправильно говорит её имя, но поправлять его было как-то неловко, и она промолчала. Конда взял фонарь и за Воло поднялся по верёвочной лестнице на борт «Фидиндо».

– Аяна, иди лучше спать, – сказал Алгар, глядя на неё. – Ты устала.

Аяна и правда устала. Она завернулась в одеяло и попыталась заснуть, но недавние впечатления беспокоили её. Она вспомнила, как дурно пахнущий чужак взял её за руки, обхватила себя ладонями за запястья, повернулась на бок и вдруг поняла, что в Конде показалось ей таким тревожным. Никогда ещё она не видела человека с настолько тёмными глазами. Она заснула с мыслью, что с утра нужно будет рассмотреть его получше.

Рассвет был слегка хмурым из-за того, что небо закрывали неплотные, низкие сероватые дождевые облака, но рассеянный ими свет размывал и подсвечивал очертания окружающего, делая всё похожим на продолжение странного сна. Аяна потянулась, и тут вдруг на неё разом нахлынули воспоминания вчерашней ночи. Она ахнула и вскочила на ноги, и на миг, пока поворачивалась, успела подумать — неужто приснилось?

Но нет. Корабль был там, впереди, она видела окна капитанской каюты с одним разбитым стеклом, и поломанные, по-видимому, упавшей на палубу мачтой перила над ней.