Чтение онлайн

– А вот тебе и одежда, - хмыкнул отец, - неброская и надежная. Именно то, что надо для наемника.

Подарок состоял из короткой, до пояса, кожаной куртки, подбитой изнутри кольчугой; кожаных штанов; наручей, представлявших собой кожаные браслеты с закрепленными вдоль стальными пластинами; наголенников, выполненных также как и наручи; полуметрового булатного кинжала и булатного же засапожника. Хотя, по большому счету, к подарку можно было отнести и ремень, которым был перетянут сверток.

– Иди к себе переоденься, а я пока соберу все, что нужно в дорогу и мать проведаю.
– Сказал отец, открывая дверь.

Войдя в комнату,Алар увидел сидящую у кровати жены Серну.

– Как она?
– Спросил он.

– Долго плакала, пришлось дать настойки пустырника.
– Ответила девушка.
– Только уснула.

– Спасибо тебе, - сказал мужчина и подойдя к кровати погладил спящую по голове, заметив как блеснуло, в свете свечи, кольцо.
– Можешь идти, - добавил он.

А как только девушка подошла к двери, скользнул ей за спину и одним движением свернул шею, прошептав - Тварь!

Переступив через тело приоткрыл дверь, в которую, тут же, вошел Пилат.

Присев над трупом он внимательно осмотрел ее руки и молча кивнул.

– Сколько у нас времени?
– Спросил Алар.

– До заката, - прозвучало как приговор.

И старый солдат, тяжело вздохнув, присел на кровать возле жены.

– Присмотри за моим мальчиком.
– Попросил он в темноту открытой двери.

– Непременно, - раздалось в ответ.

Поднявшись в свою комнату, я примерил подарки оказавшиеся как раз впору, разве что куртка была несколько больше чем нужно. Но и тут все оказалось намного проще, надевал то я ее на одну рубаху, а если что-то теплее надеть, зима все-таки скоро, то как раз будет. Оставшись довольным я с прискорбием посмотрел на босые ноги. Ну не латники же обувать. К счастью эта проблема разрешилась с появлением отца.

– Ну-у, Красавец.
– Довольно заявил он, заставив меня пройтись и пару раз повернуться.
– А что, босой так и пойдешь?
– С издевкой спросил отец.

– А что в латниках?
– В тон ответил я.

Рассмеявшись он поставил передо мной сапоги.
– Носи.

Носков тут, конечно, отродясь не было, а потому, намотав портянки, я влез в сапоги, оказавшиеся также моего размера.

– Я их, для тебя, еще в прошлом сезоне заказывал.
– Объяснил отец, видя мое недоумение.
– Вот тут припасы, если экономить на декаду хватит, - показал он на вещь-мешок, - тут деньги, на первое время.
– Кошель перекочевал в мои руки и был тут же подвязан, к специальной петельке внутри куртки.
– А вот тебе инструмент.
– С этими словами отец передал мне меч.
– Не булат, конечно, но тоже неплох. Как доберешься до Урбема, купишь щит. Тяжелый не бери, треугольный тоже с ними сложнее. Еще тебе понадобится лук или арб, тут полагайся на свой вкус. Что еще? Да, бери вещи и пошли, перекусишь перед дорогой.

Затолкав в мешок смену белья и портянок, и пристроив на себе оружие, меч пришлось вешать за спину, я спустился в зал, где за накрытым столом меня ждали отец и мать. И если отец, через силу сдерживал свои эмоции, то мать рыдала навзрыд и едва завидев меня бросилась навстречу.

– На кого же ты нас оставляешь, - причитала она.
– Как же мы без тебя.

– Цыц, - шикнул отец, - ты что с ума сошла, такое в дорогу говорить?

Перекусив и поговорив с родными, я поднялся.

– Береги себя сынок, - прошептала, казалось разом на десяток лет постаревшая, мать. И зарыдав села за стол.

– Ну, легкой дороги Сын.
– Взяв меня за плечи и заглянув в глаза произнес отец. И я вдруг понял, что он прощается навсегда.
– Я горжусь тобой, - и скупая, мужская слеза покатилась по небритой щеке.

– Не поминайте лихом, - ответил я и поклонившись почувствовал, как тяжело стало на душе. Уходить не хотелось, но...

– Готов?
– Спросил Серый едва я подошел.

Пребывая все еще под действиями эмоций смог лишь кивнуть в ответ.

Пока обходили посты шли молча, а как вышли к лесу Серый спросил.
– Ну как ты, Лерон?

– Нормально, - буркнул я.

– Ну, тогда бывай. Глядишь и свидимся еще, - улыбнулся ассасин и побрел обратно. И от этой улыбки мне вдруг очень захотелось свернуть ему шею.

– Эй, Серый!

Обернувшись, убийца вопросительно посмотрел, дав мне возможность рассмотреть себя.

– Спасибо!
– А про себя добавил.
– Но следующую нашу встречу, ты не переживешь.

– В ответ он только кивнул и скрылся в пролеске.

Оставшись один я, покосившись, на выползающее из-за горизонта светило, глубокомысленно почесал подбородок.
– Значит на север?!
– Вопрос заданный самому себе так и остался без ответа. Решив не спешить с принятием судьбоносных решений, не нашел ничего лучше, чем, усевшись на валун, обдумать ситуацию.

Серый посоветовал идти на север, в Урбем, но меня это, почему-то, не привлекало. А в Алигус, то есть на Запад, не советовал идти отец. Какие варианты?

Тунахесс, Морин и Келедонская Империя.

Тунахесс и Морин, однозначно, отпадали, так как находились в постоянном состоянии войны друг с другом, а в качестве основной силы использовали наемников. Гибель в строю может и можно назвать достойной смертью, но погибнуть в бессмысленной войне честь все же сомнительная.

Оставалась Келедонская Империя, но и с ней было не все ясно. Крупнейшее государство Эллориума, Раскинувшееся к востоку от Регны, имело территорию, превышавшую по площади все остальные человеческие земли, вместе взятые. И насколько я понял, граничило, по южной своей границе, растянувшейся на пару тысяч километров, с дикими землями. Именно это обстоятельство не давало Империи, давно плотоядно поглядывавшей на соседей, присоединить к себе остальные королевства. Имперской армии приходилось, просто напросто, распылять свои силы по линии северной границы, не давая хаосу диких земель проникнуть на обжитые территории. Но поскольку нести, с завидным постоянством, огромные потери, пусть даже и такому большому государству, было не с руки, выход был найден в виде десятинной и гражданской повинностей. Первая предусматривала, что каждый десятый рожденный получал "благословение императора"(благословение ли?) и место в рядах регулярных войск. Вторая же означала, что любая, вновь прибывшая на ПМЖ семья, чтобы получить статус полноправных имперцев (для этого была введена, своего рода, паспортная система, каждый имперец носил с собой особый амулет с данными о владельце), обязана была предоставить защитника северных границ, в доказательство лояльности Империи. И никого не волновало, сколько в семье человек, один или девять. Если же семья состояла более чем из десяти, то тут же вступала в силу и десятинная повинность. Нет, мне, конечно, не обязательно было получать гражданство. Но и тут всплывала еще одна сложность, работать, законно, на территории Империи мог только гражданин. Наказанием за нарушение закона была все та же, злополучная, граница. Да и наемником мог стать только отслуживший в рядах регулярной армии как минимум десять лет, из которых не менее пяти на границе.