Чтение онлайн

– Бывшей вдовой, – мягко поправил Гейбриел.

– Да, конечно, – кивнула Амелия, накладывая в тарелку яйца. – Простите, сэр, я совсем забыла о вашем чудесном возвращении. Это ведь последнее важное событие в истории таинственной миссис Джонс.

– Рад был помочь, – сказал Гейбриел.

Беатрис непонимающе нахмурилась.

– Ничего не поняла. – Она посмотрела на Гейбриела. – Им же сказали, что мистера Бертона убили.

– К такому выводу пришли мы с Венецией, – ответил он.

– Но в газете черным по белому написано, что он сам наложил на себя руки.

– Верно. – Гейбриел пробежался глазами по заметке, взяв еще кусочек лосося. – И здесь ничего не говорится о человеке, которого Венеция заметила на лестнице. Интересно, интересно… Полиция специально решила замолчать некоторые детали? Вероятно, убийца должен подумать, будто его преступление прошло незамеченным. Или они в самом деле полагают, что Бертон совершил самоубийство?

– Возможно и другое объяснение, – сказала Венеция. – Мистер Джонс, мы с вами вчера думали исключительно о себе. Мы забываем, что в здании находился человек, которому было важно не допустить связанного с убийством скандала.

– Разумеется, – согласилась Беатрис. – Это Кристофер Фарли, спонсор выставки. Мистер Фарли – очень влиятельный человек, как в обществе, так и в артистических кругах. Не удивлюсь, если он употребил свое влияние, чтобы полиция опубликовала информацию о самоубийстве, а не об убийстве.

«Как бы там ни было, – подумал Гейбриел, – одной проблемой меньше».

Тот факт, что репортеру не было ничего известно о человеке, которого заметила Венеция, мог только означать, что убийца пока пребывал в неведении.

Венеция задумчиво посмотрела на него.

– Какие у вас планы на сегодня, мистер Джонс?

«Интересно, долго она будет обращаться ко мне со столь подчеркнутой вежливостью?»

– Я составил список дел. – Гейбриел достал из кармана лист бумага и положил на стол. – Сначала я дам вам негатив с изображением сундука, который вы сделали еще в Аркейн-Хаусе. Буду очень признателен, если вы как можно скорее проявите его.

Венеция кивнула.

– Хорошо. Что вы намерены делать с фотографией?

– Я уже расшифровал надпись на крышке сундука. Это оказался список трав, ни мне, ни брату неизвестных. Не понимаю, кому это могло понадобиться? Однако в Лондоне живет один из членов тайного общества, который посвятил много времени изучению бумаг алхимика. Возможно, ему что-то скажет орнамент, окружающий названия трав.

– Вы хотите показать ему фотографию сундука? – спросил Эдвард.

– Да, – ответил Гейбриел. – Для того чтобы обезопасить себя. На случай, если мистер Монтроуз, очень пожилой человек, потеряет снимок или если фотография попадет в чужие руки, я бы хотел слегка отретушировать его. Надо бы изменить названия парочки трав. Это возможно?

– Я могу это сделать, – предложила Беатрис.

– Спасибо, – сказал Гейбриел. – Мистеру Монтроузу я, конечно, скажу, что в действительности написано на крышке. Надо, чтобы он располагал полной информацией для работы.

Эдвард был явно восхищен.

– Очень умное решение, сэр.

– Я стараюсь, – отшутился Гейбриел. – Хотя, признаться, я сомневаюсь, что Монтроуз скажет мне нечто такое, чего мы с братом еще не знаем, но он может быть полезен на другом этапе моей деятельности.

– На каком же? – осведомилась Венеция.

Молодой человек перевел на нее взгляд.

– В течение нескольких лет Монтроуз хранит у себя списки членов тайного общества, причем не только самих членов общества, но и их родственников.

Венеция слегка нахмурилась.

– Вы подозреваете кого-то из родственников членов общества?

– Да. – Молодой человек взял чашку с кофе и откинулся на спинку стула. – Я собираюсь расширить список подозреваемых, включив в него семьи тех членов общества, которые могли бы знать о вскрытии лаборатории алхимика. Кроме того, я записал имена некоторых людей, присутствовавших вчера на выставке. Хочу проверить, не имеет ли кто-то из них отношения к тайному обществу.

Лицо Беатрис потемнело от волнения.

– Думаете, что вор, которого вы ищете, следил за Венецией?

– Да, – признался Гейбриел. – К сожалению, такое вполне возможно. Поэтому-то я и восстал из мертвых.

– Одно очевидно, – задумчиво произнесла Беатрис. – Если преступник находится поблизости от Венеции, то теперь он должен переключиться на вас. Он ведь знает, кто вы?

– Да, – сказал Гейбриел. – Скорее всего знает.

Венеция положила вилку. В ее глазах отразилась смутная догадка.

– Раз вы здесь, то преступник может переключить свое внимание на вас? Вы хотите отвлечь его от меня?

Гейбриел пожал плечами и взял еще один тост. Беатрис внезапно повеселела.

– Ну конечно! Это же ясно как божий день. Какой замечательный план, мистер Джонс! Какой смысл преступнику следить за Венецией, если появились вы? Скорее всего вор подумает, что если кому и известен тайный код сундука, то только вам. В конце концов, Венеция всего лишь фотограф.

– Это простой план, – согласился Гейбриел. – По опыту знаю, такие планы срабатывают лучше всего.

Венеция сосредоточилась на еде, а Гейбриел заметил, что замечание Беатрис вовсе не принесло ей облегчения. Есть ли надежда, что она беспокоится о его собственной безопасности?

Гейбриелу нелегко было отпустить ее вчера вечером. Он стремился к ней всем своим существом. Неужели она не понимает, что, они созданы друг для друга? Неужели она забыла клятву, которую произнесла в ту самую ночь, страстную ночь в Аркейн-Хаусе?

«Я твоя».

Маленькая и изрядно обветшавшая галерея Гарольда Бертона выглядела совсем уныло. Все было в предчувствии, что хозяин больше не вернется.

Густой туман не способствовал повышению настроения. Венеция стояла у закрытых дверей дома через дорогу от фотогалереи Бертона. День был в самом разгаре, но туман застилал все настолько густой пеленой, что молодая женщина с трудом прочитала вывеску. Она подняла глаза на окна над галереей. Создавалось впечатление, что там тоже никого не было. Скорее всего там жил сам Бертон.