Дубай. Наши в браке
Шрифт:
– Это наша машина. – сказала Эля. – Я пробовала водить, но она большая такая, пока еще не могу… страшно.
– Красавец! – восхитилась я.
– Знаешь, сколько он стоит? – улыбаясь, спросил меня высокий смуглый красавец, а по совместительству, Элин муж.
– Даже боюсь себе представить…
Он озвучил цифру, явно довольный собой и таким удачным приобретением. А мне стало понятно, что дорогие вещи, статус твоего положения или, хотя бы то, как ты выглядишь, для местных граждан является жизненным приоритетом. А то, как ты живешь и какие у тебя отношения с близкими, никого не касается, даже самого тебя.
Через пару лет Эля с мужем переехала в новый район и там они сняли большую трехкомнатную квартиру. Почти сразу квартира обставилась новой мебелью и техникой. Он все также работал, а Эля растила сына и ходила по выходным с мужем навещать его родственников. Но, почему то, чем лучше становился их быт, тем хуже становилась семейная жизнь. Общение Эли с подругами и любые попытки социальной активности сводились к нулю. Общаться с ней можно было только в отсутствии мужа и только внутри дома. Они все чаще ссорились, а возможность выйти куда-то, даже с ребенком, случались все реже. Постепенно Элина жизнь свелась к трем составляющим – общение с сыном, уборка по дому и вопросом к мужу: «Когда вернешься?».
***
«Я сама мусульманка, у меня два высших образования, арабским владею свободно. В Эмираты прилетела по работе. До того, как я прожила в ОАЭ пять лет, я тоже говорила, что люди все разные и нельзя всех под одну гребенку грести…Но теперь, имея большой опыт общения с арабами я могу сказать, что это очень неприятные люди. Вот НЕБОЛЬШОЙ перечень сходных качеств разных людей: хитрые, лгуны, озабоченные, высокомерные, хотя многие из себя ничего не представляют…Более того, все ленивые, трусы, подлые! Их дешевые понты про религиозность и любовь к ЕГО ВЫСОЧЕСТВУ – все это показное! На каждом шагу лукавят и нарушают правила своей мусульманской религии…Половина из них геи! При чем многие и не скрывают… Девушки, которые мечтают выйти замуж за богатого араба из ОАЭ! Как это может быть вашей мечтой или желанием? Вы что с ума сошли? Да за них, даже за самого богатого, если предложит – ПОЗОР выйти замуж… Это они должны мечтать и обламываться! И жениться на своих страшных арабках, которые кстати конченные б***и, а перед свадьбой просто восстанавливают девственность…Да что там говорить, я могу еще массу чего нового вам рассказать если желаете узнать! Знайте себе цену, не стройте иллюзий.»
Лейла
Легенда о пышных арабских свадьбах или Клуб Исламских Жен
Клянусь говорить правду, только правду, и ничего, кроме правды…
«Какой он, все-таки, молодец!» – думала я, рассуждая о скоротечном, непонятном, но, вроде бы легальном бракосочетании Людмилы и Саида. Непостижимо, как в последний день действия Люськиной туристической визы, ему удалось найти имама, договориться, провести обряд бракосочетания, получить документ, подтверждающий акт свершения оного и отправить Люську на ченч визу, чтобы она влетела в Эмираты, уже на Husband визу. Все-таки, если мужчина действительно хочет, он женится на женщине, даже если она в этом, не так сильно и нуждается. Люсьен улетела на ченч визу, будучи уже законной женой араба и, преисполненная чувством гордости, что самый завидный посетитель бара, где они работали по контракту, достался, в итоге, ей.
Когда Саид впервые зашел в клуб, все девушки, стоящие на сцене, сразу заприметили для себя «выгодную партию». Брутальный, крепкого телосложения и, наглого вида мужчина, всегда занимал VIP столик и одаривал шампанским музыкантов и танцовщиц, в знак своего расположения и глубокого восхищения их талантами. Люда просто пела для него его любимые песни и благодарила за каждое шампанское, как их учил главный менеджер отеля. А когда в рядах танцовщиц, за позицию girlfriend мистера Саида, начались настоящие драки, Люся откровенно смеялась над столь беспросветной глупостью сотрудниц и неистовым желанием устроить свою судьбу, что называется, «по-быстрому». Каково же было ее удивление, когда, пригласив всех участников группы на обед, он, встретив ее выходящей из дамской комнаты, смущаясь и запинаясь признался, что ходит в их бар только из-за нее. Когда конкурентки из группы узнали о том, что «клиент уходит», прямо на глазах, прямо в мечеть для сочетания браком, борьба за руку и сердце Саида перешла в откровенное противостояние. И чем больше Людка отбрыкивалась от Саида, и пыталась вверить его судьбу в руки молодых и мечтающих о замужестве танцовщиц, тем больше Саид проявлял свои чувства и откровенно ухаживал, именно за Людкой. И все-таки, после трехмесячного штурма, сердце разведенной женщины с двумя детьми сдалось. Саид, пообещав любить Людку и ее дочерей вечно, сделал ей предложение, а она его предложение приняла. И, собрав все документы и разрешения на брак, они все-таки, успели пожениться по законам Шариата, в последний день ее легального проживания в ОАЭ. Через пару дней она снова влетела в Эмираты и стала первым консультантом по вопросам семейного права для всех влюбленных, беременных и обреченных на безответную любовь артистов и фрилансеров, мечтающих выйти замуж за араба в Эмиратах. Среди всех нас, на тот момент она оказалась своеобразным символом, что мечты сбываются и, что даже имея двоих детей от предыдущего брака, можно выйти замуж и быть первой и единственной, любимой арабской женой.
Собрав все документы по списку, выданному нам Люськой и, потратив на все переводы, легализации, и прочие судебные заморочки около месяца, я уже стала сомневаться о такой нужной для каждой женщины детали, как штамп в паспорте.
Я стояла перед зеркалом, поправляя на себе черную абаю и никак не могла придумать, как же замотать шейлу на голове так, чтобы эта черная тряпка выглядела, хоть чуточку, празднично.
– Да заколи ты уже ее булавкой и не мучайся! Уже пятнадцать минут ее себе на мозг наматываешь! – не выдержала Люся.
– Как это, не мучайся! Я ж, все-таки, не в супермаркет иду! Я ж, все-таки, замуж выхожу! Конечно платьице, не совсем чтобы белое…
– Скорее, совсем не белое!
– Да уж… Слушай, а может ну его, это замужество? Ну сколько можно в этот суд приезжать?
Тут в «комнату невесты» вошел мой будущий муж. Не глядя на нас, он принялся открывать шкафы, искать что-то на полочках и, даже, заглянул под кровать.
– Не нашел? – спросила я.
– Бэйби… Может, все-таки, без фотоаппарата? Ну откуда мне знать где он?
– Ты что, каждый день женишься?
– Мы просто зайдем со свидетелями, повторим за мутавва слова, поставим подписи и все! – ответил он мне.
– И все? А что ж тогда я здесь… наряжаюсь, диадемы примеряю? А ты что здесь делаешь? Ты, вообще, не должен видеть меня раньше времени в этом прекрасном, воздушном, а главное «белом», свадебном «платье»!
Мой любимый скривил лицо, поняв мой сарказм, но не стал «дергать смерть за усы» и молча продолжил поиски фотоаппарата.
– Вот видишь, Люсь, платье так себе, фотика нет, тамады я так понимаю, тоже не будет… К тому же, мы уже в пятый раз туда поедем! Сколько можно в суд, как на работу ходить? То эта бумажка не нужна, то другая нужна, то такой закон, то другой! А может это знак? Может Бог хочет меня уберечь от опрометчивого шага? Слышишь, зая? – обратилась я к нему и села на диван, так и не намотав шейлу на голову. – Может Бог хочет нас уберечь? Может тебя уберечь?
Друг сердца моего вылез из-под кровати с небольшим пакетом. Пошарив внутри, он облегченно вздохнул и, торжественно, с чувством выполненного долга, вынул оттуда фотоаппарат.
– Вот…– сказал он, улыбаясь. – Теперь уже можно ехать?
– Да на фига мне фотографироваться в таком мрачном, то есть брачном наряде? Да и эта… «фата черной вдовы» … и не туды и не сюды… Не буду я фотик брать!
Большой, стокилограммовый Зая гневно швырнул пакет на кровать и со словами «Нет Бога, кроме Аллаха и пророка его Мухаммеда», вышел из комнаты, хлопнув дверью.
– Точно, – сказала Люда, – его Бог уберечь пытается!
Жаркий осенний день, поздняя такая осень, не просто бабья, а прямо-таки, банья – жара, градусов сорок пять! В очередной раз выходим из большого помещения в здании Шариатского Суда города Дубаи. Мой женишок беспокоится, суетится, то и дело обсуждает со свидетелями и многочисленными работниками суда, что-то на местном наречии. Мы с Люськой стоим у входа и ждем марш Мендельсона. Она в джинсах, но в широкой рубашке, закрывающей руки и задние карманы на джинсах. На голове легкий серый шарф, повязанный на манер чалмы, еле вместивший в себя ее длинные русые волосы. Я, само собой, как и полагается счастливым невестам – вся в черном, на голове шейла, на постыдных глазах солнцезащитные очки. Люди входят и выходят, проходят мимо нас с Люськой, не обращая никакого внимая ни на нас, ни на торжественность момента.
– Эх…наш еврейский друг, видимо, не получил визу и зря мы его здесь ждем. – рассуждала я вслух.
– Кто? Изя Шниперсон?
– Нет, Сема Мендельсон!
– А шо ви хотели? Тут вам ни Одесса и мы вам счастье не переедем! – ответила Люська с соответствующим говорком. – И что они там бегают?
– Если они нам опять скажут, что там нужна какая-то справка, о том, что у нас уже есть справка в подтверждение предыдущих документов, я уйду домой и больше никаких попыток обсупружиться предпринимать не стану!