Дуда. В поисках Щепки
Шрифт:
– Тебе-то это зачем?
– У меня, Дуда, за время нашего путешествия, возникло стойкое ощущение того, что находится с тобой, для меня гораздо безопасней, чем без тебя. – И шмыгнув носом, она добавила. – С другой стороны я очень часто ошибаюсь.
После этих слов, она уставилась на меня. И взгляд у неё был такой проникновенно просящий, словно она ожидала, что я ей, сейчас, всё популярно объясню, успокою и скажу, что всё это шутка никуда я лезть не собираюсь, а собираюсь, весело насвистывая популярный мотивчик, идти к Муравейнику.
Так как я не того не другого делать не собирался. То пожал плечами и, нагнувшись, спрятал карту в рюкзак. Когда я выпрямился, Кавка по-прежнему не отрывала от меня взгляда. Я, на всякий случай, вновь пожал плечами.
– Я тебе сказала, почему я пойду за тобой, куда бы ты не пошё…. – Тут она немного запнулась, но вскинувшись, твёрдо закончила. – Пошёл. А вот ты. Зачем полезешь туда ты, Дуда. Как говорит мой брат, Муравейник, находится совсем в другой стороне.
Я посмотрел на заросший вьюном вход в пентагон. Перевел его вверх, на облепленные сорочьими гнездами антенны. Потом вновь на девушку.
– Понимаешь Кавка, если вдруг выяснится, что Щепка жив. – Я слегка посмаковал на языке это словосочетание. «Щепка – жив» - То топать к Муравейнику нам будет крайне неразумно.
– А куда…? Куда нам надо, будет – «топать»? – Удивлённо прошептала Рыжая.
– Разберёмся. – Многозначительно сказал я и, двинулся к неприметной дверце, находившейся в сотне метров от основного входа. Вернее, к небольшому тёмному проёму. Дверь на нём отсутствовала.