Чтение онлайн

— Неприглядную картину вы мне нарисовали, Вадим Васильевич, — задумчиво проговорил Роман. — Ну, а начальство как на все это смотрит?

— Начальству что? Есть суда передовые, есть отстающие. «Никель» какой год в отстающих. Привыкли.

— Так, так. Помощники? Помполит?

— Помполит не полагается. Помощники хлам. Тоже работать не хотят… Вот «Никель» уже двое суток стоит здесь. Ему дали десять суток на профилактический ремонт, но я не уверен, уложатся ли механики. Не вижу никого из них на борту. Одни мотористы чего-то ковыряются там.

Вечером Роман подписал акт о принятии «Никеля». Северов лихорадочно собирал вещи. Комкая, запихивал в чемодан мешки и коробки. Видно, боялся, чтобы новый капитан не передумал и не убежал раньше его. Он уже сожалел, что так разоткровенничался.

Никто не вышел проводить капитана. Роман помог ему спустить чемоданы на причал. На прощание Северов помахал рукой. Роман остался на палубе один.

Вернувшись в каюту, Роман задумался. Неужели все так плохо на «Никеле», как говорил Северов? Теплоход дрянь, заработки дрянь, команда дрянь… В каюте стоял кисловатый запах долго не проветриваемого жилья. Роман распахнул все иллюминаторы. Свежий холодный ветер ворвался в помещение. Роман принялся убирать каюту. Он с ненавистью выбрасывал через иллюминатор в воду пустые бутылки. Ими были наполнены все нижние ящики шкафа и дивана. Коробочки, пузырьки из-под сердечных капель, бумажки трехлетней давности, которых тоже накопилось изрядно, полетели вслед за бутылками. Капитану хотелось, чтобы здесь не оставалось ничего от старого, очевидно под корень прогнившего быта. Его каюта должна хоть отдаленно напоминать каюту на «Гурзуфе». Роман открыл чемоданы. Он поставил на полку любимые книги, с которыми не расставался, повесил над койкой рамку с фотографией жены и дочки, достал чистые блокноты, карандаши… Потом спустился в кают-компанию. Сейчас там было пусто. По столу, покрытому коричневым линолеумом, полз жирный таракан. Из окошечка в камбуз доносился шум передвигаемых кастрюль, лязг ножей. Роман заглянул в камбуз. Петрович что-то готовил.

— Эй, парень, выйди-ка на минутку, — позвал капитан.

Петрович подозрительно взглянул на Романа.

— Некогда мне, макароны переварятся, — ворчливо сказал он, но все же через минуту появился в кают-компании.

— Тебя как зовут? — спросил Роман.

— Ну, Зимин Алексей Петрович.

— Ты что же, Зимин, как трубочист выглядишь? Ведь на камбузе работаешь. Может быть, пароходство колпаков и фартуков недостаточно дает, а?

— Дает. Редко у нас в стирку возят. Времени не хватает, — со злостью сказал поваренок. — Все больше, как придем в порт, водку жрут. Ух, и ненавижу ее.

— Это хорошо. Ну ладно, к твоему виду еще вернемся. Кто у вас тут каюты убирает и белье выдает?

— Есть один деятель. Ваняшка Буров. Вы погодите, я вот макароны выну, его позову.

Роман уселся в тесное деревянное креслице, принялся терпеливо ждать. Кают-компания, — она же и столовая команды, — выглядела, как и все на судне, неопрятной и запущенной. На иллюминаторах — грязные репсовые занавески, палуба — черная, замасленная, давно не мытая. Вся обстановка вызывала отвращение.

Скоро появился Ваняшка Буров, длинноногий чернявый матрос. Круглые карие глаза и отставленные от тела руки придавали ему сходство с пингвином.

— Что прикажете, товарищ капитан? — весело блестя глазами, спросил Буров. — За пол-литром смотаться, что ли? Это я мигом.

— За пол-литром? Что, праздник сегодня какой или радостное событие?

— Да я думал, что свое назначение праздновать будете, товарищ капитан, — хихикнул Ваняшка.

— Белье мне нужно. Каюту убрать. Палубу вымыть. Вот пока все, что надо.

— Сейчас сделаем, товарищ капитан.

Он вернулся с ведром, щеткой, мылом. Не говоря ни слова, уборщик поднялся в каюту капитана. Роман услышал, как Буров начал шаркать щеткой. Уборка началась. Роман вышел на палубу. У брашпиля копался бодрый старик в зимней шапке с отвислыми ушами, в старом ватнике и, несмотря на сравнительно теплую погоду, в валенках с галошами. «Боцман», — догадался Роман, подходя.

— Здравствуйте, боцман, — поздоровался капитан. — Что один работаете? А где остальные?

— Выходные, товарищ капитан. Да, впрочем, есть они или нет — все едино. Сачки. Вахту стоят, и ладно.

— Вы давно на «Никеле», боцман?

— Месяца четыре. Я раньше на хорошем судне плавал. Не повезло. Якорь с тремя смычками потеряли. Ну, комиссия признала, что недосмотр. Соединительное звено разомкнулось. Говорят, что не зашлинтовано было. В общем, сняли меня и старпома. Теперь уж на хорошее не пошлют. Возраст не тот.

— Оставьте. С таким опытом, как ваш, — пошлют. Здесь начинающему боцману работать надо. Вы, наверное, всю жизнь плаваете?

— Верно. Начал с зуйка. На иолах с дядькой в Норвегию плавал, — с видимым удовольствием и гордостью согласился боцман. — На Севере фамилия Хабаровых известная.

— Ну вот видите. Не навечно вас сюда. На пенсию не собираетесь? Нет? Пойдете еще на большой пароход.

— Товарищ капитан, готово! — услышал Роман голос Бурова. Он стоял на спардеке и махал ему рукой. В кают-компании Ваняшка сказал:

— Сейчас белье принесу, и будете жить, как в номере люкс в гостинице «Арктика».

— Между прочим, Буров, — спросил Роман, — ты кают-компанию когда-нибудь моешь?

— А чего ее мыть, товарищ капитан? Все равно, мой не мой. Мазут, соляр, солидол хоть в ведра собирай.

— Так по шею зарастешь, пожалуй.

— Вы им скажите, чтобы ботинки снимали, робу чистую надевали, тогда буду мыть, а так бесполезно.

— Ладно, скажу. Тащи белье.

После усилий Бурова и Романа каюта приняла приемлемый вид. В ней стало даже уютно. Роман приказал Ваняшке позвать к нему старшего механика.

Старший механик тоже оказался молодым человеком. Тощий, с худым испитым лицом серо-зеленого цвета — видно, накануне злоупотребил спиртным — он по внешнему виду никак не подходил к должности руководителя машинной команды. На нем был засаленный ватник (Роман подумал: «Что они все в грязных ватниках? Форма, что ли, у них такая? Или другой робы нет?») и стоптанные, тоже засаленные, тапочки. Войдя в каюту, стармех представился Евгением Назаровичем Рудневым и без приглашения сел.

— Вызывали?

— Да. Хотел выяснить, как идет дело с ремонтом.

— Делаем, — неохотно ответил механик.

— Успеете окончить в срок? Иначе опять план не выполним.

— А его и так и так не выполним.

— Почему же?

— У нас то стрелы не готовы, то трюма не убраны, то в шторм попали, то рабочих нет… Потом, все тут временные.

— И вы тоже?

— И я. Что же вы думаете, я на такой лоханке всю жизнь плавать буду? Нет. Подожду еще с месяц-другой, не дадут приличного парохода — уйду на берег. Хватит.