Чтение онлайн

– Надо же, какой, оказывается, ты интересный малый.

Отож. Помолчали друг с другом. Репортер, что-то для себя решив, снова принялся говорить:

– Как контролер, я не имею права тебе помогать. Запрещено правилами. Но никто не обязывает меня сообщать об этом комиссару-наблюдателю гонки. Я понимаю, что тебя уже интересует не столько сама гонка, небось сколько необходимость предупредить ее высочество о нападении. Как гражданин Тартарии, я хотел бы этого тоже. И хотя мне не нравится наша императорская семья, при всех их недостатках, небось это не мешает мне уважать их!
– как-то очень пафосно вдруг высказался мне Бойко.

– Поэтому я принимаю твою сторону и хотел бы всячески помочь тебе, закрыв глаза на нарушения. Ну и моя газета заинтересована в жареных репортажах и горячих расследованиях. Ежели что пойдет не так, небось смогу уговорить редактора поддержать и помочь после гонки, чем сможем. По рукам?

А что еще остается делать.

– По рукам!

– А теперь давай немного побеседуем. Расскажи мне немного о себе и своей жизни.

– А что тут рассказывать, Олег. Потерялся я. Фельдшером диагностирована ретроградная амнезия. – а вот на-ка, выкуси, глядя на его удивленное лицо:

– Помню себя ровно с того момента, как попал под паровик обер-полицмейстера в Старом Петерсборге. С него и пошла моя история.

– ?!

– Вашбродие! А вашбродие! Человечек тут один к нам подошел. Начальства срочно требует.

К становому приставу, отвечающему за порядок на территории во время проведения гонки, подошел урядник.

– Прямо-таки срочно. А ну веди к нему.

Через некоторое время встреча состоялась:

– Кто таков? И что у вас к нам за дело?

– Запасный участник гоночной команды Арбузова Степан Николаевич. Сообщаю, что за минуту до старта от основного гонщика команды мне стало известно о готовящемся покушении на ее высочество княжну.

– Та-ак! Ну начинается! Еще один “добровольный” осведомитель. Не ваших ли рук дело подброшенные в околотки анонимки?

Степана Николаевича немедля пробил холодный пот, после чего мужчина нервно вытер проступившую испарину со лба.

– Каких еще анонимок? И ничего я не рассылал. Я в первый раз от вас об этом слышу.

– Как не рассылал. Мы уж тут с ног сбились. Которую ночь не спамши, с проверками-то.

– Это же не я! Я же только узнал и сразу к вам.

– Вот все вы так говорите. Посидите пока за решеткой, подумаете...авось и еще чего вспомните.

– Проверьте мои слова, господин урядник, я не вру вам. Там еще возле уборной зарезанный мужик лежит.

– Даже так. Проверим. Обяз-зательно проверим. А ну! Р-руки! Р-руки вверх!

Задолбали драндулетки. Маломощные, но верткие. И много их, не желающих уступать и пропускать.

Но я нашёл способ с ними тягаться. Разгоняясь, показываю, что хочу воткнуться и обойти, допустим, слева. Гонщики вуатюреток обычно, видя такие поползновения, сразу же закрывали мне проезд слева своим паровиком, едва не сталкиваюсь со мной. Тут мне очень пригодилась школа картинга в дворце пионеров. Габариты я чувствую хорошо, к реакциям и откликам своего паровика я приловчился. И как только мне вуатюретка закрывала проезд, я тут же резко, изо всех сил (усилителя руля тут пока не придумали) перебрасывал руль направо и давя до упора ботинком педаль тяги, быстро втискиваясь, пока конкурент не просек, проскакивал справа. С некоторыми эта стратегия срабатывала с первого раза, с иными – со второго или даже с третьего-четвертого раза. Лишь двое меня весьма помучили. Одного я все же обошел, воспользовавшись промашкой в его обороне, а второй в итоге нашего противостояния, слегка внезапно притормозив, ударился о выступающие впереди моего паровика рессоры. Точнее, получается, это я его “поцеловал”. Честно! Я этого не хотел! Он сам!

От неосторожного столкновения ту вуатюретку слегка тряхнуло и подбросило, а потерявшие сцепление с дорогой, почти велосипедные колеса мобиля повело. И в следующий момент незадачливого гонщика развернуло посреди дороги. Я проехал мимо, а мне вслед понесся отборный мат. Мы с Олегом заржали:

– Оревуар! Шкандыбай дальше!

Когда вдалеке появились флаги гонки, я наконец возрадовался:

– Ну неужели конец первого этапа! Надеюсь, Александра еще там.

Влетев на главную улицу какой-то деревушки и пересек символическую линию финиша этапа, торможу свой паровик с громким шипением испускаемого пара и поднятым в воздух клубом сухой пыли, от которой даже закашлялся. Ибо поднявшаяся пыль противно забила мне нос, рот и глаза. Прочихавшись и протерев глаза, вижу бегущего к нам молодого парня с папкой. Наверное, писарь местный.

Бойко, махнув мне рукой прямо, кричит, наставляя:

– Беги туда, ищи там главного-то, я пока со своими управлюсь. У него кулон для связи с организаторами гонки небось должен быть. Сообщи ему все. Спешить некуда. Все равно гонку небось прекратят.

Согласно кивнув ему, быстро побежал к показанному мне приметному навесу на удалении, с вывеской ” Администратор” над ним. Подбегаю к навесу, за которым виднелись низкорослые кустарники и какой-то сельский домишко, огороженный красивым деревянным забором. Ффух, наконец-то! Внутри навеса за стойкой стоят несколько столов и стульев с бумагами. И никого. Пусто. Не понял. Кручу в удивлении головой. Где же все?

– Эй, – ору: – Народ, вы где?

Молчание было мне ответом. Не дождавшись ответа, выбегаю из-под навеса. Вижу неподалеку суховатого дедка, сидящего на деревянной лавке, сбитой из чурбаков и распиленного по стволу дерева.

– Дедуль, а где тут главный? Где все то? Где начальство?

– Главный, сынок?! А нетути главного-то. Усвистали оне.

Чего? К-куда? У меня даже челюсть отвалилась, от такого заявления.

– Куда...усвистали?

– Куда-куда. Человече на тракте разбился. Ажно двое вроде как. Из ваших. Спешите все, спешите. Сурьезное это дело. Вот усе начальство туды и собралось. Нешто не видел, они же навстречу?

Буркнул дедку спасибо и поплелся к паровику. Видел. Видел я их. Видимо тот грузовой паровик с двумя “легковыми” паровиками, что принимались к обочине, когда мы повстречались, и были они. Видел я и аварию, где возле перевернувшегося мобиля уж толпились местные. Остановившись, нам сообщили, что поперед нас уж несколько паровиков останавливалось и обещали фершалу сообщить.

Что же делать? Гнать обратно? Так туда ехать с час будем. Они наверняка уж там. Пока доеду, они скорее всего уедут. И поедут в сторону города. Лечить тут явно негде.

Не обращая внимание на проводящих регламентные работы и готовящихся стартовать конкурентов, подхожу к своему транспорту, возле которой собралась стайка местных ребят вместе с механиком и Бойко. Паренек с папкой бегал между другими паровиками, только собирающимися стартовать.

– Олег, представь, нет тут главного. Вообще никого из начальства.

– Да, Серёж, я уж в курсе. Разминулись мы с ними. Надо небось ехать обратно, за ними.

Внезапно меня посещает мысль:

– А кто-нибудь скажет, мобиль с ее высочеством за номером “ноль девять” когда отсюда ушел.

– Да с осьмнадцать минут назад и ушел. Фьють! Только пыль столбом. – отвечает мне механик.

– Восемнадцать минут?! Нифигасе нас драндулетки притормозили.

– Ну что небось, обратно?!

– Нет, Олег, мы Александру догоним. И не смотри на меня так! Догоним! Должны догнать.

И обращаюсь к механику:

– Воды мне залили?! Колеса заменены?! Проверку провели?! Капот опломбирован?

Тот в ужасе взглянул на Бойко, словно ища у него защиты:

– Так он же сказал, что все, приехали. Хучь стой, хучь пляши.