Чтение онлайн

– А это не так? – Он спросил жестче, чем собирался.

– Отчасти так. Но мир не черно-белый. Демонам никогда не отказывали ни в сотрудничестве, ни в свободе. Но мы не можем мириться с их образом жизни.

– Разве вам есть дело до образа жизни другого народа? Иной расы с другими законами?

– Если этот образ – кровавые ритуалы, жестокие убийства, рабовладение, торговля людьми и запрещенными зельями – да, есть. Если они не считаются с ценностью человеческой жизни, если люди для них – игрушки, рабы, кто угодно, но не равные союзники. Во время войны многие демоны были на стороне Акориона. И после не захотели меняться. Они не готовы к диалогу, они хотят навязать свой мир. А это темный мир, Даркхолд. И с ними очень сложно договориться. У демонов нет сильного лидера, заинтересованного в развитии страны. В основном они хотят власти, неограниченной магии и рек крови смертных. Смертные почему-то против. Пока что это противоречие мы не разрешили.

Шутка получилась грустной. Женщина тяжело вздохнула.

– Никогда не любила политику. В юности я не понимала, почему нельзя сделать всем хорошо. Раздать бедным магию, превратить Бавигор в светлое и безопасное королевство, сделать из Джахнея цветущий сад, всем обняться и спеть. Но… оказывается, делая кому-то добро, ты с почти стопроцентной вероятностью причиняешь кому-то зло. Ужасно несправедливо.

– Я тоже не любил политику. Хотя отец пытался меня учить.

– Вряд ли твой отец что-то в ней понимал. Не обижайся, но лорд ван дер Грим был… не тем человеком, к которому стоило прислушиваться. Мы нашли его записи в замке. Ему повезло, что он мертв.

– Я его убил.

Он не собирался это говорить, вырвалось. Почему-то подумалось, что она непременно выяснит, как именно погиб отец. И наверняка его жизнь приплюсуют к прочим обвинениям.

– Я знаю.

Он едва не споткнулся от удивления.

– Одри рассказала. И мы допрашивали очевидцев. Ты не убивал его, ты защищался. За это не казнят. Но не стану отрицать, что далеко не все твои поступки можно обелить. Даркхолд, ты слышал когда-нибудь имя Сван Рейн?

– Нет, – мгновенно откликнулся он, хотя на миг показалось, будто внутри что-то шевельнулось.

– Уверен? Он был адептом Школы Бури.

– Был?

– Погиб. Кто-то темный столкнул его с башни. Точнее, чья-то очень мощная темная магия.

– Вы думаете, моя? Не существует силы, способной бить на таком расстоянии. Я никогда не строил иллюзий насчет себя. Я многое натворил. Но сотни человек могут подтвердить, что меня и рядом не было с вашей школой.

– Сван Рейн пытался изнасиловать Коралину в приюте. В тот день, когда она об этом рассказала, его убили.

Теперь он вспомнил. Вечер, когда они с Коралиной летали – тогда он узнал о парне, напавшем на нее перед отъездом, едва не сломавшем все его планы. Коралина могла не приехать в школу. Она могла погибнуть. Даже сейчас мысль об этом вызвала приступ ярости, который не укрылся от Таары.

– Я не убивал его, – с трудом произнес Даркхолд. – Но рыдать не буду.

– Тебе не раз еще зададут этот вопрос. Ты куда сильнее других магов. Будь готов к тому, что люди будут сомневаться.

– Мне не привыкать.

– Ты хочешь есть? Я бы перекусила. Как насчет уличной еды? Муж не любит гадость, которую можно купить в лотках, а я, к счастью, не такого знатного происхождения.

– Леди… гм… Таара…

– Мое имя Деллин. Деллин ди Файр. Я не использую ее имя.

– Ее… – Дарк нахмурился.

Пока что он не до конца понимал, что происходит и кто есть кто. Он тяжело принимал присутствие новых людей в своем окружении. Отгораживался школой и ролью. Всегда играл в свою игру, и никогда еще не было необходимости выстраивать с кем-то настоящие отношения. За игрой всегда можно было спрятаться.

– Таара – мое прошлое. Другая жизнь, другое воплощение. Поэтому и имя совсем другое. Лучше использовать его.

– Понятно. Что дальше? Будет суд?

– Нет. Суда не будет, ты не арестован, Даркхолд. Мы принимаем во внимание обстоятельства, в которых ты вырос. С учетом того, что никто не пострадал, король готов не выдвигать обвинения. Но с некоторыми условиями.

Она вручила ему большую булочку, начиненную мясом и овощами. Даркхолд вдруг подумал, что Деллин лукавила и вовсе не хотела есть. Она искала предлог купить еду ему. Обычно – как в случае с Бриной или Кейманом – он терялся и впадал в ступор, стыдясь собственного страха перед голодом, но сейчас ощутил раздражение. Ему казалось, Деллин прекрасно знает, как обращался с ним отец, и пытается покормить его, не ударив по самолюбию.

Но он все равно не может отказаться и с наслаждением жует мягкое тесто, ароматное мясо и хрустящие овощи, щедро сдобренные сливочным соусом.

– С какими условиями?

– Год ты проведешь под опекой. Опекун будет контролировать твои траты и перемещения, учебу, работу, решать конфликты и наблюдать. Если через год ты не совершишь новых преступлений, опеку снимут.

– Кто будет опекуном?

– Я.

– Хорошо.

Наверное, это логично, она ведь сестра его отца. Даркхолд покосился на Деллин, пытаясь отыскать в ней сходство с собой. Показалось, они и впрямь похожи, но воображение порой играло злые шутки.

– Ты не будешь общаться с Одри.

– Но…

– Ее не бросят. Когда следствие закончится, ее тоже передадут под опеку. Она будет учиться, искать работу. Ей помогут с жильем и всем остальным. Но давай начистоту: ты не совсем здоров. Это не твоя вина, твой отец не имел права так с тобой обращаться. Но из-за него вы с Одри долгое время жили в изоляции. Эта девушка – напоминание о прошлом, твой якорь. Нужно научиться жить среди людей. Выкарабкаться из страхов и обид. Через год сможете увидеться, поболтать. Будучи двумя взрослыми самостоятельными людьми. Идет?

Дарк пожал плечами.

– У меня разве есть выбор? Либо тюрьма, либо так.

– Верно. Но мне хочется, чтобы ты понимал наши мотивы. И то, что мы не даем тебе видеться с Одри не потому, что злимся или издеваемся, а потому что вам обоим нужна помощь. Скажи, между вами есть романтические чувства? Вы были парой?

– Нет, – поспешно ответил он. – Мы не пара. Одри мой друг.

– Тогда вам обоим нужно немного свободы. Я обещаю, никто ее не обидит.

– Спасибо.

– Третье условие: ты закончишь школу.

Даркхолду показалось, он ослышался. Школу? Он серьезно должен ходить в школу?

– Мне уже не восемнадцать. И меня обучали.

– Именно поэтому я не стану включать тебя в число адептов первого курса. Но, во-первых, я понятия не имею, как тебя обучали и чему. Нужно оценить твои знания, заполнить пробелы. Если то, что я прочла в записях твоего отца, вкладывалось тебе в голову, то нужно составить в твоей голове более объективную историческую картинку. А во-вторых, ты обладаешь уникальным даром. Огромным, сложным. Им нужно учиться управлять. Ты способен на удивительные вещи.