Душа звездного дракона
Шрифт:
– Мне нужно еще кое-что сделать. – Он взял Эт за ладони и опустил их вдоль ее тела. – Отдыхай.
Теар вышел из комнаты и направился по коридору, страстно желая выйти на простор хотя бы ненадолго.
– Ваше высочество! – встряхнул его приглушенный голос.
Он обернулся и увидел Ливию. Девушка шла быстро. Казалось, она хотела схватить его за руку, но замерла перед ним всего в двух шагах, будто не могла преодолеть невидимую стену.
Теар был одновременно рад и не рад этой встрече. Девушка была нужна ему, чтобы узнать правду, но каждый раз их столкновение заканчивалось слишком странным… притяжением.
– Мне нужно с вами поговорить.
Теар охватил взглядом ее всю. Она влекла неподдельностью и несгибаемой верой в себя. Несмотря на низшую касту. Откуда что берется? Уже не узнать прежнюю неприкасаемую – научилась бороться, невольно угодив в самое сердце драконьих разборок.
– Это отец отправил тебя ко мне?
Он сделал тот шаг, на который не решилась она.
Что же в ней цепляло? То ли большие глаза под медовой прядью на лбу. То ли чувственные губы, так и готовые вскрикнуть или порывисто улыбнуться. То ли тщательно скрываемая страсть – в учащенном дыхании, в биении венки на шее, в каждом плавном движении ее тела.
– Нет. Я… я действительно этого хочу. За последний день я это поняла. Хочу знать, кто я на самом деле.
Ливия сделала мимолетное движение, будто оглядываясь, и Теар догадался, в чем может быть дело: опасается, что Этерил застанет их снова. Он выхватил у девушки короткую мысль про невесту и ее угрозы и убедился в этом.
Вот как. Этерил все же и правда ревнует, раз держит Ливию при себе.
– Хорошо. Ты хочешь попробовать прямо сейчас?
– Я не знаю… – она снова подалась назад, – я проснулась от кошмара. В нем я видела, как забываю дочь. И себя. Ничего не остается. Пожалуйста. Ваше высочество.
Увести ее снова к себе или в другое тихое место? Последняя попытка закончилась непозволительно близко…
– Хорошо. Пойдем, – кивнул Теар и позвал с собой.
Ливия обхватила себя за талию и молча последовала за ним по пустынному коридору.
Они шли рядом, и Лив долго хмурилась, прикусывала губы, пока не спросила:
– Вы можете вернуть мой амулет? – Она приподняла брови, будто пытаясь показать, что это не такой и важный вопрос. Но волнение и судорожное дыхание выдавали страх.
– Думаю, сегодня он нам не понадобится.
Коротко вспыхнуло рядом ее раздражение, но Теар не обратил внимания.
Вскоре они поднялись по последней лестнице на крышу дворца. Последний стражник, которому Теар приказал остаться на месте, ждал внизу. На крыше привольно гулял ветер, но, к счастью для девушки, он был теплый.
Она ненадолго замерла, оглядываясь. Едва ли прежде бывала на такой высоте. Но то, что ей сейчас предстоит, наверняка испугает еще больше.
Теар повернулся к ней. Теперь они стояли друг напротив друга и смотрели в глаза. Здесь было хорошо: ни лишних глаз, ни ушей, можно не играть роль примерного наследника.
– Воспоминания – важная часть нас, не так ли? – заговорил Теар. – Без них мы теряем слишком много. Кто мы, кем рождены, что любим, что пережили и кто нам дорог. Не знаю, что за заклятье наложили на тебя много лет назад, но если ты готова – помогу с этим справиться.
– Не буду спрашивать, могу ли я от этого умереть, – хмуро отозвалась Ливия, обнимая свои плечи.
Теар рассмеялся:
– И правильно. Потому что сегодня тебе будет еще страшнее.
В упрямо глядящих на него глазах промелькнул испуг, но отказаться она была не готова. И Теар подошел ближе, на расстояние вытянутой руки.
– Думал, ты увидишь это завтра, на свадьбе. Но странным образом мое желание вырваться на свежий воздух совпало с твоим, так что… Можешь закрыть глаза.
– Что вы сделаете?
– Ты уже знаешь.
Ливия хмыкнула, но выполнила его просьбу и прикрыла веки. Темные ресницы дрогнули, ноздри тревожно затрепетали, будто она хотела уловить опасность на запах, а губы так и не сомкнулись до конца.
Теар не торопился и, забавляясь, рассматривал чудную неприкасаемую, доверчиво закрывшую перед ним глаза. Ветер трепал края яркой накидки, обрисовывая стройную фигуру с манящими изгибами и кончики ее золотистых волос, гулял по гладкой загорелой коже.
Вдруг захотелось узнать, что она сделает, если он сейчас коснется ее талии и мягких губ. Испугается, вырвется с криком или наоборот – потянется навстречу? В его покоях, когда он был рядом, Ливия явно боролась с собой. В ней ощущалась загадка, которую хотелось отгадать.
Теар даже неслышно подошел, не сдерживая это притяжение. Она почувствовала его близкое тепло и запах и напряглась. Но глаза не открыла, замерла тревожно, не дыша. Теар тоже прикрыл глаза и медленно вдохнул. Зачем он это делает? Зачем дразнит себя и ее?
Он качнул головой, отступил и выдохнул шумно, как дракон. Сосредоточился на несколько мгновений и, наконец, позволил истинному облику взять верх.
Когда он пришел в себя, Ливия уже стала такой хрупкой рядом с ним. Она так и стояла, зажмурившись, но уже явно понимая, что произойдет.
Теар опустился как можно ниже, чтобы его голова оказалась напротив ее. Сердце девушки колотилось так часто, что это передавалось быстрыми вибрациями. Она словно хочет и одновременно страшится увидеть его таким.
«Бу!» – передал он мысленно.
Ливия распахнула глаза. Каким он отражается в них: чудовищем-пришельцем или все же разумным? Главное, чтобы не побежала прочь и не сверзилась с крыши. Впрочем, подхватить ее он теперь сможет. К счастью, крылья снова сильны, как прежде. Не так просто его убить.
«Кричать не будешь?» – поинтересовался Теар.
– Н-нет! – у нее стукнули зубы.
Но все же Ливия не выдержала и торопливо отошла прочь, потом еще, пока не споткнулась и не грохнулась попой на крышу.
Теар неторопливо подошел. Кажется, они уже в это играли, тогда, у Этерил. Еще несколько шагов, и Ливия превратилась в дрожащую статую.
«Надо было-таки поцеловать. Это бы тебе понравилось больше», – задумчиво произнес он. Девушка тут же с негодованием вскочила на ноги, даже кулаки сжала. И неясно, из-за чего больше: из-за подавленного желания ответить на поцелуй или из-за обиды за невесту, которую Ливия, похоже, успела принять близко к сердцу. Какая же буря эмоций у нее внутри!
Теар покорно положил голову на передние лапы и лег на крышу.