Чтение онлайн

Гиллеспи не дал себя сбить с толку.

— Арестовал убийцу мистер Вуд, но я при этом присутствовал. Ну а потом допрашивал, пока он во всем не признался.

— Полагаю, мистер Гиллеспи, что там, вы оказались не случайно, — заметил Эндикотт.

Шеф глубоко вздохнул и произнес то, на что прежде никогда бы не решился:

— За все надо благодарить Вирджила, это он распутал дело.

Джордж Эндикотт, конечно, все понимал и комментировать признание шефа полиции не стал, а лишь добавил:

— Мы тут поговорили, я, Грейс и Дуэна, и решили, несмотря на траур, собраться сегодня у нас вечером и отметить это событие. Надеюсь, вы не возражаете.

— Нисколько.

— Замечательно. И будьте добры передать наше приглашение Сэму Вуду и Вирджилу Тиббзу.

— Обязательно передам. — Гиллеспи в задумчивости положил трубку.

«Да, я так и сделаю. И в кровь разобью морду тому, кто в этом мерзком городишке посмеет назвать меня негритянским прихвостнем».

Вернувшись к скамейке, он неожиданно протянул руку детективу-негру.

— Вирджил, большое спасибо за помощь. Я непременно напишу твоему шефу благодарность, что он позволил тебе здесь задержаться. Сообщу, что ты умело справился с данным делом. — Гиллеспи выпустил из своей громадной ручищи ладонь негра. Такое он делал впервые в жизни.

— Шеф Гиллеспи, вы достойны восхищения, — с чувством произнес Тиббз. — Признаться, я не ожидал от вас подобных слов, и необыкновенно рад, что ошибся.

— А ты, Вирджил… — Гиллеспи замолчал, пытаясь подобрать нужное слово. — Самый лучший не только из черных, но и вообще…

В половине восьмого вечера Гиллеспи заехал в участок на своей машине за Сэмом и Вирджилом. По пути они разговаривали мало. Сказывалась усталость, ведь поспать им почти не удалось. Поглядывая в зеркальце заднего обзора на Тиббза, шеф полиции с удивлением осознавал, что среди гостей у Эндикоттов будет присутствовать негр, а его это почти не смущает.

У порога их встретила Грейс Эндикотт. Они направились в гостиную: Гиллеспи — впереди, следом Сэм, а завершал процессию Вирджил.

Гости уже собрались. Эрик Кауфман, Дуэна Мантоли, управляющий банком Дженнингз с супругой и мэр города Шуберт, тоже с супругой.

Для Сэма здесь существовала только Дуэна, остальных он едва замечал. Сейчас она казалась ему еще красивее, чем прежде. «Неужели я действительно совсем недавно обнимал эту девушку? — спрашивал он себя. — Неужели она меня поцеловала? Этого не может быть».

Тем временем Джордж Эндикотт, дождавшись, когда гости рассядутся, поднял бокал:

— Леди и джентльмены, мы с Грейс решили собрать вас, чтобы отметить ряд знаменательных событий. Не отпраздновать, нет, потому что еще свежа скорбь по нашему дорогому Энрико, а только отметить. Во-первых, рад сообщить, что есть достойный дирижер, способный заменить маэстро Мантоли. Его нашел мистер Кауфман, за что ему большое спасибо. Во-вторых, нам недавно сообщили, что билеты почти распроданы. Теперь уже нет сомнений, что фестиваль состоится. Оркестр начал репетировать. Уровнем музыкантов мистер Кауфман весьма доволен. Вероятно, вам это неизвестно, но он превосходный дирижер, и я хочу в вашем присутствии попросить его продирижировать одним из концертов.

Его слова гости встретили аплодисментами.

— Это для меня честь, — проговорил Эрик Кауфман, краснея.

— У меня есть еще предложение, — продолжил Джордж. — Присвоить нашему фестивальному театру имя Энрико Мантоли. Думаю, он заслужил. Вчера данное предложение одобрили все члены организационного комитета. — Он посмотрел на Дуэну, которая сидела опустив голову. — Надеюсь, мисс Мантоли не откажется открыть фестиваль. — Эндикотт помолчал. — И наконец, третье событие, последнее по счету, но не по важности. Наши доблестные полицейские, усиленные талантом необыкновенного человека, который оказался в нашем городе по счастливой случайности, выследили и арестовали преступника, заставившего всех нас переживать эту ужасную трагедию. Может, кто-нибудь из них расскажет, как им все удалось? Разумеется, если это не секрет.

— Да, очень интересно послушать, — подал голос Фрэнк Шуберт.

— Прошу вас, мистер Гиллеспи! — попросил Джордж Эндикотт.

Билл смутился. Ведь рассказывать ему было нечего, потому что он ничего не знал. Надо было как-то выкручиваться.

— Думаю, Сэм и Вирджил сделают это лучше меня, — произнес он с великодушным видом победителя, не желающего присваивать себе все лавры.

Джордж посмотрел на Сэма:

— Мистер Вуд?

— Рассказывать должен Вирджил. — Сэм указал на сидящего чуть поодаль от остальных негра. — Честно говоря, расследование вел он.

Эндикотт перевел взгляд на него:

— Мистер Тиббз, пожалуйста. Я слышал, вы сегодня уезжаете, так не оставляйте нас в неведении.

— Давай, Вирджил, — поощрил его шеф.

— Мне, право, неловко, — смущенно произнес Тиббз.

Эндикотт улыбнулся:

— К чему скромничать? На вашем счету уже много раскрытых дел.

— Я не об этом, — проговорил Тиббз. — Просто мне неловко признаваться, как много в данном деле я допустил ошибок. И если бы не счастливый случай, не знаю, чем бы все закончилось.

— Вы расскажите, а мы уж рассудим, — предложил Дженнингз.

Вирджил вздохнул.

— Расследование убийства всегда начинается с установления мотивов преступления. Только выяснив, кому это было выгодно, можно двигаться дальше. Разумеется, если нет под рукой какой-либо очевидной версии. Когда мистер Гиллеспи договорился с моим шефом, чтобы я занялся здесь расследованием убийства маэстро Мантоли, я начал с установления мотивов. И пусть мистер Кауфман меня простит, не знаю, сможет ли он это сделать, но в первую очередь я заподозрил именно его. И приложил все усилия, чтобы найти этому доказательства.

Сэма это откровение не удивило. Он и сам подозревал Эрика Кауфмана, хотя не мог объяснить почему.

— Дело в том, — продолжил Тиббз, — что у мистера Кауфмана действительно был серьезный мотив. После ухода из жизни маэстро Мантоли главным на фестивале становился он, со всеми вытекающими отсюда последствиями. Многие убийства совершались по причинам куда скромнее. Сразу добавлю, что мистер Кауфман своими последующими действиями полностью опроверг это предположение. Но тогда, в самом начале, я, как говорится, положил на него глаз. Особенно после того, как он во время нашей первой беседы — это было здесь же, в этом доме, — сказал, что маэстро Мантоли «пристукнули». Я тогда подумал: человек только приехал из Атланты, откуда ему знать, что маэстро Мантоли убили ударом по голове? Его могли застрелить, отравить… Поэтому я воспринял это как разоблачающую оговорку, и он сразу стал подозреваемым номер один. Однако я не учел, что «пристукнуть» — синоним слова «убить», и не обязательно его воспринимать буквально.

— Если тебе тяжело это слушать, скажи, — негромко произнесла Грейс Эндикотт, глядя на сидящую рядом Дуэну.

Та отрицательно покачала головой, не сводя глаз с Тиббза.

— Затем добавился вишневый пирог. — Вирджил сокрушенно вздохнул. — Проверяя алиби мистера Кауфмана, я выяснил, что никто точно не знает, когда он в ту роковую ночь прибыл в Атланту. Ему зачем-то понадобилось рассказывать лифтеру отеля, что он поужинал слишком поздно, да еще с вишневым пирогом. Тут мне показалось очевидной попытка сфабриковать алиби. Доказать, когда именно поужинал мистер Кауфман, плотно или неплотно, было совершенно невозможно. И, говоря об этом, он как бы автоматически прибавлял час к времени своего пребывания в городе. Честно признаюсь, в вишневый пирог среди ночи я не поверил. И притом этот нарочито демонстративный разговор с лифтером, будто специально рассчитанный, что тот о нем обязательно вспомнит, если его станут спрашивать. В общем, я утвердился во мнении, что вышел на правильный путь, и удвоил усилия.