Чтение онлайн

— Довольно странный вопрос для того, кто даже представиться отказался. — это было достаточно познавательно и открывать все карты сразу Молох не спешил. У него всё еще оставались сомнения относительно поведения и лояльности Тридцать Пятого. Повторение судьбы Шестидесятого он наблюдать не хотел.

— Не держите на меня зла, уважаемый капитан. Просто имя моё может привлечь к вам внимание нежелательное и даже опасное. Я не хочу такой судьбы для своего благодетеля. Это сложная ситуация, не нужно в неё вникать.

О да, Тридцать Пятый. Тут он был абсолютно прав — это сложная ситуация, в которую уже пришлось вникнуть глубже, чем хотелось.

Они дошли до нужного места быстро, времени на разговоры не осталось. Молох наклонился и открыл гнездо с искинами. Тридцать Пятый увидел искин, такой же, как и у себя в груди:

— Что? Неужели предательство поглотило ваше сердце, капитан? Сей предмет может принадлежать лишь плохим людям, совершившим много зла. Не могу потерять я волю снова, ибо она сродни жизни. А за жизнь свою я буду сражаться.

Не соврал. Тридцать Пятый развернулся к наёмнику с нечеловеческой скоростью. Ударил с невероятной силой. Протезы дарили куда больше возможностей, чем обычное, смертное тело. Но и ограничений хватало. И самое главное, это то, что они не броня и не предназначены для прямого боевого столкновения.

Кулак Тридцать Пятого ударил в грудь своего неожиданного противника. Но броня выдержала. Молох знал, что выдержит. На то это и протез, ведь ты точно можешь определить предел его мощности. Как и разобраться в механизме… Странный скользящий удар в ответ зацепил локоть правой руки Тридцать Пятого. Он выглядел неудавшимся, но лицо парня выражало немалое удивление и даже страх. Рука больше не слушалась. Эх… Слишком он отвлекся на конечность. Потерял контроль над ситуацией. И подсечка ноги, выбила Тридцать Пятого из равновесия.

Парень потерял опору и начал заваливаться на бок. Но его траектория резко изменилась, ведь бронированная рука опустилась на плечо и с силой направила тело в другую сторону. Он упал вперед, напоровшись плечом на шипы лежавшего в гнезде искина. По ним полилась черная, вязкая кровь.

«Провожу анализ…»

«Анализ окончен»

«Данные пересланы на корабельный искин»

«Предварительный результат…»

«Объект полностью контролирует свои действия»

Этот короткий отчет пришел на коммуникатор наёмника, пересланным его собственным кораблем.

Рывок назад и плечо Тридцать Пятого снова свободно. Лишь тонкая струйка крови напоминает о прошедшем инциденте. Молох же убрал руки и отступил назад.

— Значит, ты можешь себя контролировать, Тридцать Пятый? Это хорошо.

— Это есть правда, но… Стоп. Откуда ты имя моё знать можешь?

Лицевая маска с щелчком отошла в сторону, открывая лицо капитана наёмников.

— Рад видеть тебя после стольких лет, брат.

— Не может быть, Сорок Седьмой? Ты выжил? Глаза мои не верят, но душа переполняется радостью! Ученые считали, что ты умер, когда нашли разбитую, догорающую эвакуационную капсулу.

— Я очень сильно на это надеялся, поджигая остатки топлива в ней. А что до тебя, Тридцать Пятый? Ты знаешь, что случилось с остальными братьями?

— После того, как ты убил злодея, что возглавлял наш проект, остальные ученые просто не смогли продолжить сей труд. Светоч его безумия был далек их пониманию. Нас просто посчитали неудачным экспериментом. Каждому выжившему брату в мозг был вживлен управляющий чип. Нас, как скот, отдали в качестве живой силы. Мы стали извинением за их провал. Гордые воины стали пушечным мясом, которое не жалко отправить на убой. В одной из таких миссий я получил тяжкие травмы, но мой чип управления дал сбой. Отец подсказал, как освободиться от пут, сковывающих волю.

— Подожди, искины не забрали у вас?

— Глупцы не понимают, как нас лечить и используют искины для контроля медкапсул. Отцы наши следят за своими детьми, но помочь вернуть свободу воли сами не могут. Я исключение. Отец помог, заменив желания чипа своими. Теперь моя воля — это его воля. Наши желания едины и святы в своем порыве нести добро.

— Ага… Стремления наших отцов просты — воспитать достойных детей. Сохранить достоинство и желание нести добро в мир. И все это наложено на искаженную чипом связь искина и живого сознания. Теперь понятно, почему ты разговариваешь, как рыцарь из сказок, спасающий принцесс. Несешь достоинство и добро в мир. Ну… не самое худшее, чем можно заниматься. Что ж, с самым важным вопросом мы закончили, осталось решить парочку попроще. Начнем с самого простого — как твое имя, брат? Имя свободного человека в свободном мире.

Может для Молоха вопрос был простым, но Тридцать Пятый серьезно так растерялся.

— Я… Я не знаю… А стоит ли менять?

— Стоит. Новое имя оборвет связь с прошлым и помешает нашим врагам. Давай думать вместе. Тридцать Пятый… Три Пять… ТриПит… ТреПет? Трепет?

— О боги, брат мой, — но не смотря на возмущения, Тридцать Пятый все же задумался. — Даже у меня нет столько пафоса, чтобы носить такое имя. Но в старых книгах об императоре, было множество слов на позабытом языке. Было и это. Тогда зови меня Трэм и хватит об этом.

Наёмник улыбнулся и протянул руку:

— Рад знакомству, Трэм. Я Молох.

Ответом ему стала такая же улыбка и рукопожатие:

— И я рад, Молох. Я Трэм.

— Ну и последний вопрос, Трэм. Поможешь ли ты нам наказать плохих людей?

— Брат, тебе ли не знать, что судить других мы можем лишь доказав их…

— Стальной Кулак.

Улыбка на лице Тридцать Пятого исчезла. Ни единой эмоции:

— Сотрем их в пыль.

Рида Морган неспешно шла, периодически страдая от последствий недосыпа. Вместо сна, её разум только и делал, что размышлял и строил теории. Любые варианты, любые планы, только бы выполнить это чертово невыполнимое задание гильдии. Когда она прилетела по просьбе Катарины Лонг, то надеялась на какую-то уникальную, интересную работу. Нет, в целом, все ее надежды это задание оправдало, но как-то хотелось еще и пожить немного после него. А вариантов, как это сделать, не было.

Окончательно прервал её неудавшийся сон, Молох. Он вызвал Риду по коммуникатору и попросил прийти в диспетчерскую, как самое защищенное от прослушивания место. Да, Стальной Кулак немаленький. Вполне мог найтись и на верфи дружочек, что доложил бы пиратам о подготовке наёмников. Так что Морган не была против говорить в диспетчерской, тем более туда должен был подойти новый главмех и подтвердить, что всё запрошенное Молохом для задания, есть в наличии. Хотя, что запрашивать и как делать это задание, Рида все так же не понимала. Тем не менее, чертов псих утверждал, что всё готово и он нашел того, кто нам поможет.

— Да чтоб ты срал три дня и три ночи желейными медвежатами! Кто учил тебя говорить загадками, Молох?! — Этот крик отчаяния был адресован пустому коридору, но…

— Никто не учил. Это у меня врожденный талант, за спиной стоял упомянутый наёмник. И когда только успел подойти? — А если я расскажу план, можно обойтись без трехдневной медвежьей диареи?

— Ха-ха, ё-мое. Пошли уже! Я не могу дождаться, когда услышу твой план.

В самой диспетчерской их уже ждали. Даже небольшой стол притащили. Там была Шейла, Макс и даже Трэм, в лицевой маске, укутанный с ног до головы, как привидение. Все эти люди тихонько общались, пока не появилось два капитана. Вот теперь собрание можно было считать открытым.